Лицо в зеркале - Кунц Дин Рей - Страница 69

69

Никто и ничто не ускользало от миссис Макби и метода дедукции, которым она владела в совершенстве.

Добрая и, несомненно, уроженка Земли, она, конечно, не стала бы свежевать и жарить его. Вместо этого пожелала бы знать, почему он разделся до пояса на кухне, почему только что вымылся в кухонной раковине, почему выглядит таким же виноватым, как глупый кот с перышками кенаря в усах.

Поскольку она работала у Призрачного отца, Фрик мог бы заявить, что технически она работает и у него, а потому он не обязан отвечать на ее вопросы. Если бы он решился пустить в ход этот аргумент, то оказался бы и полном merde[49], как радостно сказал бы мистер Хэчетт. Миссис Макби знала, что на нее, помимо прочего, возложены обязанности in loco parentis, к которым она относилась весьма серьезно.

Если бы он попытался что-нибудь выдумать или поделиться только частью правды, миссис Макби тут же вывела бы его на чистую воду, интуитивно догадавшись обо всем, что произошло как минимум с того момента, как он проснулся в кресле. И двадцать секунд спустя, с ухом, зажатым между большим и указательным пальцами правой руки миссис Макби, он стоял бы перед пальмой в кадке, весь в поту, пытаясь объяснить, почему он дважды окатил бедное дерево потоком мочи.

А еще через несколько минут миссис Макби вытащила бы из него всю историю, от Молоха и мужчины из зеркала до телефонного разговора с Адом. После чего пути назад для него бы уже не было.

Даже миссис Макби, с ее удивительной способностью засекать ложь, в этом случае не смогла бы увидеть правду. Слишком невероятной была его история, чтобы кто-либо решился в нее поверить. Она нашла бы его куда более сумасшедшим, чем бесчисленные сумасшедшие представители индустрии развлечений, которые, посещая Палаццо Роспо, последние шесть лет удивляли миссис Макби своим сумасшествием.

Фрик не хотел, чтобы миссис Макби разочаровалась в нем или подумала, что он психически неполноценен. Он ценил ее мнение о себе.

И чем больше он думал об этом, тем сильнее убеждался в том, что рассказ об общении с путешествующим посредством зеркал ангелом-хранителем однозначно приведет его на сессию групповой психотерапии. Группа будет состоять из шести психиатров, а пациентом он будет единственным.

Психиатров Призрачный отец ценил так же высоко, как духовных советников.

Тем временем миссис Макби вышла из кабинета, закрыла дверь и остановилась, оглядывая кухню.

Фрик вновь нырнул за островок для жарки картофеля-фри и приготовления блюд на гриле. Затаил дыхание. Пожалел о том, что не может вот так же заткнуть поры, чтобы отсечь и идущий от него запах.

Своим лабиринтом главная кухня не годилась в соперники чердаку, хотя могла похвастаться не только шестью большими холодильниками, но и двумя морозильниками, множеством разнообразных духовок, какие найдешь не во всякой пекарне, тремя далеко разнесенными друг от друга плитами с двадцатью газовыми горелками, разделочной зоной, пекарней, мойкой с четырьмя раковинами и четырьмя посудомоечными машинами, тремя островками для готовки, подсобными столиками и множеством оборудования уровня первоклассного ресторана.

Менеджер по обслуживанию вечеринок и сорок его подчиненных могли работать на кухне в одной упряжке с мистером Хэчеттом и персоналом особняка, не создавая ощущения толчеи. Размеры кухни позволяли без всяких проблем накормить пришедшие на обед три сотни гостей. Фрик видел такое неоднократно, но не переставал удивляться.

Если бы два, даже три обычных человека решили отыскать Фрика на кухне, он бы посчитал, что у него неплохие шансы остаться ненайденным. Но миссис Макби не следовало причислять к обычным людям.

Затаив дыхание, он буквально видел, как она принюхивается к воздуху кухни.

Фрик похвалил себя за то, что не включил свет, хотя она, конечно, учуяла запах свежей воды в одной из раковин.

Шаги.

Фрик едва не вскочил, чтобы добровольно сдаться на милость победителя. Все лучше, чем ждать, когда тебя найдут, как мелкого воришку, голого по пояс и определенно нашкодившего.

И только потом понял, что шаги удаляются.

Еще через мгновение услышал, как хлопнула дверь кладовой.

Шаги сменились тишиной.

Потрясенный и где-то огорченный тем, что и миссис Макби может дать слабину, Фрик задышал вновь.

Какое-то время спустя подкрался к двери в коридор, приоткрыл ее. Прислушался.

Услышав далекий шум служебного лифта, Фрик понял, что миссис и мистер Макби спускаются в нижний подземный гараж. И скоро отбудут в Санта-Барбару.

Подождал несколько минут, прежде чем решился прошмыгнуть из кухни в прачечную, расположенную в западном крыле, где находились и апартаменты четы Макби.

Если кухня была гигантской, то прачечная всего лишь огромной.

Ему нравились запахи этого места. Стиральный порошок, отбеливатель, крахмал, еле уловимый запах горячей хлопчатобумажной ткани под паровым утюгом.

Фрик с удовольствием поносил бы второй день те же джинсы и рубашку. Но опасался, что мистер Трумэн это заметит и спросит, в чем причина.

Миссис Макби заметила бы сразу. И тут же начала бы выяснять, с чего такая неряшливость.

Мистер Трумэн в таких вопросах не мог тягаться с миссис Макби. Но он многие годы прослужил в полиции, а потому не мог не обратить внимания на грязную, мятую одежду, которую Фрик носил и днем раньше.

Конечно, казалось маловероятным, чтобы что-то злобное и склизкое поджидало Фрика в его комнатах, но, если и поджидало, ему не хотелось узнавать об этом с самого утра. Вот он и не собирался подниматься на третий этаж, чтобы переодеться.

Понедельник был в поместье прачечным днем.

Миссис Карстерс, горничная и по совместительству прачка, за один день простирывала все грязное и наутро возвращала чистое белье и одежду членам семьи и сотрудникам, живущим в поместье.

Фрик нашел отглаженные синие джинсы, брюки и рубашки, вывешенные на специальной тележке, похожей на ту, которая используется в отелях для перевозки багажа. Аккуратно сложенное белье и носки лежали на дне тележки.

Густо покраснев, чувствуя себя извращенцем, Фрик разделся прямо в прачечной. Надел чистые майку и трусы, джинсы и клетчатую сине-зеленую байковую рубашку, скроенную как гавайская, чтобы носить навыпуск.

Перед тем, как бросить старые джинсы в корзину с грязным бельем, достал из них бумажник и сложенную фотографию.

Довольный тем, что в столь жестких условиях сумел облегчиться, помыться и переодеться, Фрик вновь вернулся на кухню.

Вошел осторожно и, наверное, не удивился бы, увидев поджидающую его там миссис Макби, которая встретила бы его словами: «Ага, дружок, неужели тыдействительно думал, что меня так легко провести?»

Но она уже ехала в Санта-Барбару.

В кладовой Фрик нашел тележку с двумя полками. Двинулся по кухне, загружая в тележку то, что могло понадобиться ему в глубоком и тайном убежище.

Хотел взять шестибаночную упаковку коки, но вкус теплой колы ему не нравился, поэтому он взял четыре банки апельсиновой газировки «Стюартс диет», которая и при комнатной температуре сохраняла отменный вкус, а также шесть бутылок воды по двенадцать унций[50] каждая.

Положив в тележку несколько яблок и пакетик претцелей[51], осознал свою ошибку. Прячась от психически ненормального убийцы с органами чувств, такими же чуткими, словно у вышедшей на охоту пантеры, есть «шумную» еду все равно что во весь голос распевать рождественские песни.

Фрик заменил яблоки и претцели бананами и пончиками в шоколаде, добавив пяток батончиков из гранолы[52]. Положил в тележку и несколько пластиковых пакетов с герметичной застежкой для банановых шкурок. Оставленные на открытом воздухе, шкурки, темнея, источали сильный запах. Согласно фильмам, каждый серийный убийца отличался более острым, чем у полка, нюхом. Так что банановые шкурки могли стать причиной смерти Фрика, если не складывать их в герметично закрывающуюся емкость.

вернуться

49. Merde — дерьмо (фр.)

вернуться

50. 1 унция = 29,57 миллилитра

вернуться

51. Претцель — сухой кренделек, посыпанный солью

вернуться

52. Гранола — смесь плющеного овса с добавками коричневого сахара, изюма, кокосов и орехов