Призрачные огни - Кунц Дин Рей - Страница 94

— Думаю, он просто не успел мне сказать, даже если бы и собирался, — возразила она, окончательно решив остаться стоять. — Мы так поспешно расстались.

Рейчел удивилась так потому, что Бен рассказал ей, что они с Уитни были вместе во Вьетнаме. Теперь, увидев его печальное состояние, она не могла понять, как он мог быть солдатом. И только потом до нее дошло, что в Южную Азию он уехал здоровым и именно там оставил руку и ногу.

— Бен в порядке? — спросил Уитни.

— Не знаю.

— Где он?

— Должен ехать сюда, чтобы встретиться со мной. Но точно я не знаю.

Неожиданно она с содроганием поняла, что это ее Бенни мог вернуться из Вьетнама с изуродованным лицом, без руки и ноги, и мысль эта ошеломила ее. С вечера понедельника, после того как он так ловко отнял «магнум» у Винса Бареско, Рейчел почти неосознанно стала считать его бесконечно предприимчивым, бесстрашным и, по сути, непобедимым. Иногда она за него боялась, а с той поры, как оставила его в горах у озера Эрроухед, беспокоилась постоянно. Но глубоко в душе ей хотелось верить, что он достаточно находчив и ловок, чтобы избежать беды. Теперь же, увидев, в каком состоянии Уитни Гэвис вернулся с войны, Рейчел внезапно осознала и поверила, что Бенни смертный человек, такой же хрупкий, как и другие, привязанный к жизни такой же тоненькой жалкой ниточкой, на какой и все остальные висят над пустотой и безмолвием.

— Эй, вы в порядке? — окликнул ее Уитни.

— Я… сейчас все будет нормально, — неуверенно произнесла она. — Просто устала… и беспокоюсь.

— Я бы хотел знать, в чем дело, правду, а не ту ерунду, что в новостях.

— Тут долго придется рассказывать, — ответила она. — Но не здесь.

— Да, — согласился он, оглядываясь на проходящих мимо людей, — не здесь.

— Бенни велел мне ждать его в «Золотом песке».

— В мотеле? Верно, хорошее место, чтобы спрятаться, я тоже так думаю. Правда, отнюдь не первоклассные удобства…

— Мне сейчас не до удобств.

Он тоже оставил свою машину у служащего на стоянке и потому при выходе протянул ему сразу две квитанции, свою и Рейчел.

За огромным, высоким навесом ночь была наполнена дождем и ветром. Молнии сверкали реже, но ливень отнюдь не был серым и бесцветным, во всяком случае рядом с гостиницей. Янтарные и желтые огни над входом в «Гранд» отражались в миллионах капель, и создавалось впечатление, что дождь из расплавленного золота покрывал улицу панцирем, достойным ангелов.

Сначала пригнали машину Уитни, практически новую «Карманн Гиа», за ней следом подъехал «Мерседес». Хотя Рейчел и понимала, что привлекает внимание служащих, она настояла на том, чтобы тщательно проверить, нет ли кого в машине или багажнике, и только потом уселась за руль. Пластиковый пакет с бумагами был на месте, но, честно говоря, она заглядывала под сиденье совсем с другой целью. Она становилась смешной и сознавала это. Эрик умер или превратился в странное существо, рыскающее по пустыне в сотне миль отсюда. Он никак не мог выследить ее в«Гранде», не мог забраться в машину за то короткое время, пока она стояла в подземном гараже гостиницы. Тем не менее Рейчел осторожно заглянула в багажник и с облегчением обнаружила, что он пуст.

Она последовала за машиной Уитни на бульвар Фламинго, затем на восток на бульвар Парадиз, потом повернула на юг к Тропикане и убежищу в полуразрушенной гостинице «Золотой песок».

Даже ночью и в проливной дождь Эрик не рискнул поехать по Южному бульвару, этой яркой и причудливой улице, которую местные называли Лентой. Ночь ярко освещалась огромными, высотой в восемьдесят этажей, рекламными вывесками, тысячами раскаленных ламп, которые мигали, пульсировали и сверкали, и сотнями миль скрученных неоновых трубок, похожих на светящиеся внутренности гигантской глубоководной рыбы. Слой воды на стекле и ковбойская шляпа с опущенными полями не вполне скрывали его чудовищное лицо от проезжающих мимо автомобилистов. Поэтому он свернул с Ленты в первую попавшуюся улицу, ведущую на восток, задолго до того, как начались гостиницы, сразу после международного аэропорта. На этой улице гостиниц не было, как не было и моря огней и встречных машин. Объехав кругом, он добрался до бульвара Тропикана.

Он подслушал, как Шэдвей говорил Рейчел о гостинице «Золотой песок», и теперь без труда нашел ее на довольно унылом и неухоженном участке бульвара. Это оказалось одноэтажное строение в форме буквы «п» с бассейном в центре и торцами, выходящими на улицу. Иссушенные солнцем деревянные детали нуждались в покраске. Штукатурка растрескалась и покрылась пятнами, а местами осыпалась. Крыша требовала ремонта. Несколько окон без стекол забиты досками. Все вокруг поросло травой. К одной из стен прибило сухие листья и всякий мусор. Сломанная неоновая вывеска, установленная на двух двадцатифутовых стальных столбах у въезда, слегка покачивалась на ветру.

По обе стороны от гостиницы на две сотни ярдов ничего не было, сплошные пустыри. Напротив через улицу — строительная площадка: несколько домов в разной степени готовности, напоминающие скелеты, мокнущие под дождем. Если не считать редких машин, проезжающих мимо, этот мотель на юго-западной окраине города был относительно изолирован.

Свет нигде не горел, значит, Рейчел еще нет. Где она? Он ехал очень быстро, но, как ему казалось, ее не обгонял.

Стоило Эрику подумать о ней, сердце его начинало бешено стучать. Перед глазами плыли красные круги. Он вспомнил о крови, и рот наполнился слюной. Хорошо уже знакомая холодная ярость наполнила все тело кристалликами льда, но он сжал острые, как у акулы, зубы и твердо решил вести себя по возможности разумно.

Он оставил свой пикап на обочине более чем в сотне ярдов от гостиницы, слегка заехав передними колесами в канаву, чтобы создать впечатление, что машину занесло и ее оставили до утра. Выключил фары, потом мотор. Теперь стук дождя, которому уже не надо было соревноваться со звуком работающего мотора, стал громче. Эрик дождался, когда дорога в обе стороны опустела, распахнул дверцу и вышел в дождь.

Он прошлепал по дренажной канаве, наполненной бурлящей коричневой водой, затем через пустырь бегом двинулся к мотелю. Бегом, потому что, появись в этот момент на бульваре машина, ему негде будет спрятаться — на пустыре, кроме нескольких шаров перекати-поля, нервно вцепившихся корнями в песчаную землю и покачивающихся на ветру, ничего не росло.

Когда он оказался под открытым небом, ему снова захотелось сорвать с себя одежду и отдаться страстному желанию свободно мчаться через ветер и ночь, подальше от огней города, в дикие места. Но еще более сильное стремление отомстить заставило его подавить это желание и сосредоточиться на своей задаче.

Небольшой офис мотеля размещался в северо-восточном конце строения. Через большое застекленное окно Эрику была видна только часть темной комнаты: смутные контуры пустого ящика для почты, стол с лампой и конторка портье. В квартиру менеджера, где Шэдвей велел Рейчел спрятаться, можно было, по всей вероятности, попасть из офиса. Эрик дернул дверь, ручка целиком исчезла в его огромной кожистой руке. Как он и ожидал, дверь была заперта.

Внезапно он увидел свое смутное отражение в мутном стекле: рогатый демон со сверкающими зубами и уродливыми костяными наростами на лице. Быстро отвернулся, сдержав готовый вырваться жалобный стон.

Он прошел во двор, куда выходили со всех сторон двери комнат мотеля. Света нигде не было, но каким-то образом ему удавалось разглядеть огромное количество подробностей, даже таких, как синий цвет, в который выкрашены двери. Во что бы он там ни превращался, зрение у этого существа оказалось куда лучше, чем у человека.

Над дорожкой, проходящей вдоль всего мотеля, висел покореженный алюминиевый навес, предназначенный для защиты от дождя в плохую погоду. С навеса на край дорожки потоками лила вода, образуя лужи рядом на газоне, почти сплошь заросшем сорняками. Громко шлепая ботинками по воде, Эрик прошел сквозь сорняки к бетонной площадке около бассейна.