Тайна черного озера - Янкин Роман - Страница 4

Глава вторая

Городские легенды

Сразу после завтрака немного сконфуженная Лина сообщила племяннице, что сегодня ей предстоит много работы, и предоставила обрадованной Златке полную свободу действий, ограниченную, правда, территорией музея и примыкающего к нему парка.

Златка, которой еще вчера хотелось побродить по залам старинного особняка, совсем уже было собралась начать обход, но как-то незаметно для себя самой, словно повинуясь притяжению невидимого гигантского магнита, оказалась у пруда…

Трава была сырой. Она все еще хранила следы вчерашнего дождя. Хотя вполне возможно, это была обильно выпавшая в ранние утренние часы роса. Подходить к самой кромке воды Златка не стала. Метрах в пяти от берега она присела на живописную корягу, похожую на неизвестное науке диковинное животное, и посмотрела на пруд. Мертвенно застывшая поверхность, на которой не было заметно ни кувшинок, ни камышей, оставалась по-прежнему идеально ровной. Ее не нарушало ни дуновение легкого летнего ветерка, ни игривый всплеск мелкой рыбешки! На стеблях прибрежной травы – ни одной букашки… Не порхали бабочки… Не проносились стрекозы… И вообще все вокруг казалось погруженным в какое-то необычайное безмолвие! Девочка внимательно огляделась. Стараясь не пропустить ни одной детали, она принялась воспроизводить в памяти историю, рассказанную Линой за завтраком. Это случилось сразу после того, как Златка будто бы между прочим заметила, что один только вид мрачного водоема в парке вызывает у нее какое-то необъяснимо-жутковатое ощущение…

…Давным-давно, несколько столетий назад, на том самом месте, где сейчас находится пруд, одинокая нелюдимая женщина, которую все в округе считали ведьмой, разбила диковинный сад. Чего в нем только не было! Сочные красные ягоды тиса и лиловые брызги похожих на колокольчики соцветий аконита, сладкие иссиня-черные гроздья паслена и бледно-серые с фиолетовыми прожилками цветы дурмана, призрачно-белые соцветия белены и хрупкие лилии, чьи желтые глазки трогательно выглядывали из лепестков нежных белых чаш…

Разумеется, сами по себе цветы не могли никому причинить вреда, так как изначально ни одно из творений природы не несет в себе зла. Но, как известно, дурные цели порождают дурные средства. Ведьма, собиравшая свой урожай под покровом ночи, готовила колдовские зелья. Она смешивала их в микстуры, вызывающие кошмарные видения и завлекающие несчастных в сети недуга, а также готовила смертоносные настойки, способные легко убить и животное, и человека…

А еще поговаривали, что с помощью дивных ароматов своего сада ведьма могла заманить к себе любого прохожего, особенно ребенка… Во всяком случае, как-то раз несколько ребятишек, отправившихся в лес за грибами короткой дорогой – по тропинке, протоптанной недалеко от сада ведьмы-отшельницы, – обратно домой так и не вернулись. Никаких следов как в воду канувших детей обнаружить так никому и не удалось… Ходили слухи, что колдунья забирала у каждого, кто попадал в ее коварную ловушку, всю жизненную силу, чтобы вернуть себе молодость и былое могущество. Седоголовые старейшины рассказывали, что много лет назад, когда они и сами еще были малыми детьми, неизвестно откуда появившаяся и скромно обосновавшаяся на краю селения ведьма выглядела древней, как сама вечность… Но проходили десятилетия, и она становилась все моложе, будто время для нее повернуло вспять…

– А дальше? – нетерпеливо поинтересовалась Златка, когда Лина, допив остатки уже остывшего кофе, принялась убирать со стола посуду. – Дальше-то что?

– В каком смысле? – не поняла Лина.

– Ну, что с этой ведьмой произошло?

– Представления не имею, – пожала плечами Лина. – Я сама-то обо всем этом совсем недавно услышала. Не думаю, что стоит относиться к этой ерунде слишком уж серьезно! Это – всего лишь фольклор, проще говоря, сказка…

…Прокрутив в памяти все услышанное от Лины, Златка поднялась с коряги, тщательно отряхнула джинсы и тут заметила внизу у своих ног несколько упавших желудей. Она нагнулась и подняла один из них – самый крупный. Златка покатала его на ладони и загадала: если брошенный желудь долетит до воды, все ее неясные тревоги следует считать просто игрой слишком богатого воображения.

С некоторым усилием Златка отделила от желудя круглую шляпку с листиком, размахнулась и метнула его в сторону пруда. Желудь с сухим щелчком ударился о лежавший у самой кромки воды ствол поваленного дерева и, отскочив от него, упал в заросли прибрежной травы…

Проходя по коридору, Златка заглянула в слегка приоткрытую дверь кабинета: сидевшая за столом Лина что-то усердно писала. Девочка тихонько отошла от двери, немного подумала и тоже решила заняться чем-нибудь полезным.

Она пришла на кухню, осмотрелась и сделала вывод, что для начала ей не помешает полить цветы, которые в изобилии произрастали в керамических горшках на подоконнике. Для этой цели она облюбовала небольшой стеклянный кувшин, который стоял на верхней полке кухонного шкафа. Златка приподнялась на носочках, взялась за ручку сосуда и потянула его на себя. При этом она неловко задела старенький транзисторный приемник. Знававший лучшие времена динамик неожиданно тихонько хрюкнул, жалобно зашипел… и сквозь треск помех девочка ясно услышала одну-единственную фразу:

– Наконец-то ты появилась…

И хотя Златке довелось слышать этот голос только один раз, она была абсолютно уверена: он принадлежал ведущей местного радио, скрывавшейся под псевдонимом Атака.

Между тем натруженная мембрана прощально булькнула, а спустя несколько секунд наступившую в помещении тишину нарушил долетевший с улицы шум автомобильного двигателя.

Златка выглянула в окно и увидела перед входом в здание синий фургон. Большие белые буквы на его глянцевом боку складывались в надпись «Городской узел связи».

Златка быстро сбежала по ступеням каменной лестницы и оказалась во дворе в тот момент, когда из машины выгрузился тучный дядька с пухлым портфелем. Одет представитель узла связи был в синий комбинезон с точно такой же надписью, которая украшала фургон. На его круглой бритой голове красовалась синяя бейсболка.

– Кто тут заявку оформлял? – поздоровавшись, спросил Златку толстяк.

– Не знаю, – растерялась та. – Вы, пожалуйста, немного подождите… – Златка развернулась, чтобы сходить за Линой, но та уже показалась в дверном проеме.

– Вы по поводу ремонта телефонной связи? – уточнила она.

– Да, по заявке… – дядька откашлялся. – Только мне директор музея нужен… Тут вот сначала кое-какие бумаги подписать требуется.

– Я и есть директор, – представилась Лина и сделала приглашающий жест. – Прошу вас!

Связист с некоторым сомнением взглянул сначала на Лину, затем на потертые голубые джинсы, в которые та была облачена, вздохнул и потопал за ней. Потом, спохватившись, он оглянулся на стоявшего рядом с фургоном долговязого брюнета лет восемнадцати с длинными волосами, собранными на затылке в хвост.

– Ты пока иди – оцени ситуацию на месте!

– Куда идти-то? – поинтересовался напарник у толстяка.

– Златочка, будь добра, проводи молодого человека, – попросила Лина племянницу. – Начать можно с кухни.

Златка кивнула и в сопровождении долговязого направилась в сторону дома.

– Злата… – со вкусом произнес парень, раскладывая на кухонном столе содержимое своего плоского чемоданчика – пассатижи, отвертки, мотки проволоки. – Красивое имя, необычное…

Златка промолчала.

– А меня Кириллом зовут, – сообщил разговорчивый связист.

– Тоже неплохо, – ответила Златка, не зная, как должна реагировать на полученную информацию.

– Очень даже неплохо, – тут же согласился ее собеседник. – Ведь запросто могли бы и Мефодием назвать!

– Мефодием? – удивилась Златка.

– Кирилл и Мефодий – родоначальники русской словесности. Или сейчас школьникам про это уже не рассказывают? А-а, понял, ты, наверное, двоечница… – С этими словами Кирилл присел на корточки около стены, извлек из кармана комбинезона отвертку и принялся откручивать телефонную розетку.