Кружащие тени - Кирнан Селин - Страница 55

Кристофер забрался в середину постели и, дрожа, свернулся клубочком. Винтер тепло накрыла его.

— Я узнал… — проговорил Кристофер. — Мерроны… везут письмо… для твоего брата.

Рази быстро подошел, опустился на колени у мехового ложа и поглядел вопросительно.

Кристофер широко улыбнулся.

— Ну что? — засмеялся он, хоть зубы его стучали. — Теперь мы помирились?

— Да заткнись ты, — проворчал Рази. — Ты и мертвого разозлишь.

— Откуда ты знаешь, что письмо для Альби, любимый? — ласково спросила Винтер.

Кристофер закрыл глаза.

— Они… — проговорил он. — Ох… они его упомянули… в б-благословении. И ее тоже… — Он умолк, отчаянно дрожа.

Винтер сжала его руки под одеялом.

— Крис! — обеспокоенно позвала она.

— Скоро пройдет, — пробормотал он. — Мне надо поспать.

— От кого письмо? — мягко спросил Рази.

Кристофер открыл почерневшие глаза, глядя на них почти невидящим взглядом. Он почти потерял сознание.

— Ох… Маргарита… — пробормотал он. Винтер сжала руки крепче. — Маргарита… — повторил он настойчиво, будто боясь, что они не расслышали в первый раз.

— Ширкен, Кристофер? Маргарита Ширкен?

Кристофер кивнул.

— Да, — выдохнул он. — Маргарита Ширкен. Эта подлая… подлая сука… охотница на ведьм… — И он впал в тяжелое забытье. Рот его приоткрылся, глаза закатились.

Рази прижал пальцы к шее Кристофера, затем накрыл юношу мехами до подбородка и выпрямился с пораженным лицом.

Винтер покачала головой. Значит, это была правда — документы и впрямь предназначались Альберону. В этом у нее больше не было сомнений. Маргарита Ширкен, дочь и единственная наследница короля Ширкена, — женщина, которую ее отец называл «гнусной змеей», — состояла в тайной переписке с наследником Южноземья.

— О Рази, — прошептала она. — Что он делает? Ведь наши отцы пять лет потратили на то, чтобы не разрешать этой династии вмешиваться в дела Южноземья. Отец заплатил здоровьем за то, чтобы избавить от них Джонатона. Оба они стольким пожертвовали, чтобы помешать этим кровожадным негодяям… — Слова застревали в горле. Все, что она видела на севере, все ужасы всплыли в ее памяти во всех звуках и запахах, и она зажмурилась от этого воспоминания.

Рази положил руку ей на плечо. Винтер стиснула в кулаках складки покрывала и снова встряхнула головой. Ее грудь жгло осознание предательства. Впервые за долгое время Винтер почувствовала, насколько зла на Альберона.

— Я убью его, Рази, — сказала она. — Убью. Если бы не он, все было бы хорошо. Это он толкнул Джонатона к тирании. Ты был бы в безопасности. Отец…

Рази вскочил на ноги и отошел вглубь шатра.

— Я соберу наши вещи, — сказал он.

Винтер подняла на него глаза — он наклонился к их мешкам и седлам и стал приводить вещи в порядок.

Она собиралась помочь ему, но вдруг по стене поползли тени. Кто-то ходил вокруг палатки. Он остановился у двери.

Рази поднялся, выхватив нож.

— Кто здесь? — прошипел он.

— Можно мне войти?

Услышав знакомый голос Ашкра, они вздохнули с облегчением, но все же удивленно переглянулись. Почему он встал? Ведь, когда они видели его в последний раз, он был почти без сознания.

Рази, нахмурившись, выглянул наружу. Он запахнул полог, и его длинная тень вытянулась по двери.

— Что тебе надо?.. — начал он, а затем Винтер услышала, как изменился его голос, когда он увидел мерронского лорда поближе. — О господи! — в тревоге воскликнул он. — Почему ты встал? Халвор? Зачем ты выпустила его на двор?

Ашкр дрожащим голосом прервал его:

— Пожалуйста, впусти меня. У меня мало времени, Сол проснется и увидит, что меня нет.

Рази запахнул полог шатра, и Халвор помогла Ашкру переступить порог. В шатре высокий меррон кивнул целительнице и мягко подтолкнул ее к двери. Она покосилась на него встревоженно, но вышла и присела неподалеку в ожидании.

— Мне нужно поговорить с Коинином, — прохрипел Ашкр, шагнув к постели. Он едва не свалился на их спящего друга, но Винтер и Рази бросились к нему и помогли ему сесть.

— Коинин спит, Ашкр, — сказала Винтер. — Он уже три ночи не спал как следует.

Ашкр опустил глаза на подергивающееся лицо Кристофера.

— Он и сейчас не спит… Ох… — Ашкр вдруг закрыл глаза и, ссутулившись, поднес ко лбу трясущуюся руку. Рази положил руку ему на плечо.

— Ты замерз, — пробормотал он. Он накинул один из мехов Эмблы на плечи Ашкра и закутал ее до самого подбородка.

Ашкр закутался в одеяло, как глубокой зимой.

— Я не останусь надолго, — прошептал он. — Я еще не пришел в себя после видения… Мне нужно… — Он заморгал, будто старался собраться с мыслями. — Коинин, — сказал он, склонившись над Кристофером и глядя ему в лицо. — Коинин, — тихо позвал Ашкр касаясь плечо Кристофера. — Все в порядке. Все кончилось.

Кристофер застонал, его мокрые ресницы задрожали, а все тело под одеялами дернулось, будто от удара.

Рази предупреждающе поднял руку.

— Осторожнее, — прошептал он.

— Коинин, — снова позвал Ашкр.

Кристофер издал тихий долгий стон, как испуганный зверь. Ашкр вдруг сжал его плечо.

— Проснись! — сказал он глубоким, властным голосом, и Кристофер пробудился и, тихо ахнув, широко раскрыл глаза. — Молодец, — ласково сказал Ашкр, сразу отпустив плечо Кристофера. — Теперь ты вернулся. Ты свободен.

Кристофер непонимающе перевел взгляд на Ашкра. Затем он взглянул на Винтер.

— Изольда, — прохрипел он, — я боюсь.

— Тш-ш-ш… — тихо шепнула она. Его губы пересохли. — Выпей воды.

Он пил жадно, будто видел воду в последний раз, свесившись с постели и лихорадочно схватившись за мех. Винтер пришлось отнять у него воду, чтобы он себе не повредил.

— Хватит! — воскликнула она.

К ее удивлению, когда Кристофер отстранился, его лицо стало внимательным, а взгляд — осмысленным, хоть глаза еще были черны от расширенных зрачков. Он совсем не казался удивленным тем, что Ашкр сидит рядом с ним на кровати.

— Ашкр, — прошептал он, — ничего не получилось. Впереди беда.

Ашкр сжал свои потрескавшиеся губы и скривился.

— Да, — хрипло сказал он. — Беда… плохо. Мы видели только плохое. Плохо на севере, плохо здесь. Эмбла видела кровь, видела, как умирают люди, один за другим, вот так… — Он быстро защелкал пальцами и поник, весь дрожа. — Как колосья под огнем и железом. Ульфнаор говорит, это потому, что народ здесь недавно. Говорит, наше видение искажено. Ан Домейн еще нас не знает, говорит он. Когда узнает, будет хорошо. — Тут Кристофер и Ашкр замерли, глядя друг на друга с застывшими лицами.

— Ан Домейн вас узнает после того, как будет Фрит, Ашкр? — спросила Винтер. — В этом цель обряда?

Ей хотелось, чтобы Ашкр согласился с ней. Хотелось, чтобы для этого нужен был только обряд Фрита, который Кристофер, похоже, так любил. Но что-то в ней говорило, что Ашкр имел в виду не только Фрит.

Ашкр ласково посмотрел на нее, но не ответил, а только потянулся и погладил ее по щеке холодными влажными пальцами. Он взглянул на Рази, но Кристофер обратился к нему, отвлекая его внимание.

— Твой народ здесь никогда не примут, Ашкр, — сказал он. — Все напрасно.

Винтер и Рази хмуро переглянулись. Они столько недоговаривали! Это бесило.

— Возвращайтесь домой, Аш, — продолжал Кристофер. — Скажи народу, что надо вернуться домой. Здесь нет места старым обычаям, и что бы вы ни отдали Ан Домейн, этого не изменишь. — Он схватил Ашкра за руку, глядя в его взволнованное лицо. — Ашкр, умоляю, — продолжал он. — Возьми с собой Солмундра и Эмблу, и отправляйтесь на родину. Прошу тебя!

— Но там нам тоже нет места, Коинин, — прошептал Ашкр. — Ширкен гонит нас дальше и дальше. Забирает наших аойре, тащит их на дыбу. Разоряет наши охотничьи угодья. Что же нам делать?

— Приспосабливайтесь, — сказал Кристофер, устремив на него настойчивый взгляд серых глаз. — Иначе нельзя! Мир не будет оставаться прежним только в угоду вам. Вы должны к нему приспособиться!