Кружащие тени - Кирнан Селин - Страница 9

— О!.. — произнес он.

— Двумя днями позже Рази вновь объявился на кухне. На этот раз он нес под мышкой наследного принца — увесистого, пухлого младенца. Просто удивительно, что четырехлетний ребенок смог так далеко его утащить.

— Зачем он это сделал? — тихо спросил Кристофер.

Винтер вновь взглянула на реку:

— Ты знаком с матерью Рази, Кристофер?

— Да.

— Что ты можешь о ней сказать?

Кристофер ненадолго задумался.

— Я считаю, — осторожно начал он, — что это женщина, которой удалось добиться своего места в мире, где господствуют мужчины. Она поистине достойна восхищения.

Его слова настолько ошеломили Винтер, что на мгновение она потеряла дар речи. Кристофер был первым известным ей человеком, который смог сказать что-то хорошее об Умм-Рази Хадиль бин-Омар.

— Мой отец называет Хадиль — «спрятанный кинжал», — сказала она.

Веселые ямочки на щеках Кристофера сменились улыбкой.

— И это прозвище ей подходит. Так почему Рази принес своего брата на кухню, девчушка?

Винтер бросила еще один быстрый взгляд на реку. Курчавая голова Рази только что показалась на глаза — он поднимался к ним по склону. Так что девушка продолжила быстрым шепотом:

— По словам Марни, Рази сказал только одно: «Моя мама на него смотрит».Сколько бы раз Альби ни возвращали в его покои, через некоторое время его опять находили в кухне, спящим рядом со мной в коробке с сеном. А Рази сидел на полу у наших ног.

Кристофер повернул голову на звук шагов Рази, подходившего к ним по опавшей листве.

— Рази защищал нас всю нашу жизнь, Кристофер. Он стоял за нас как скала. Альби никогда бы не причинил ему вреда. Я просто не могу поверить, что Альби мог желать ему зла.

Волоча ноги, Рази вошел в лагерь, согнувшись под тяжестью наполненных бурдюков и собственных нелегких мыслей. Начиняя спуск со склона, он вздохнул и закатил глаза, а затем остановился и заметил, что двое его спутников сидят скрестив ноги и увлеченно беседуют.

— Треклятые лежебоки! — завопил он. — Вы же ничегошеньки не сделали за то время, пока меня не было!

— Хм…. Десять дней, — размышлял Рази.

Они уложили все пожитки и подготовились к выходу, а теперь все втроем склонились над картой Винтер. Солнце только поднялось, но жара была ужасная, а мухи уже роились в воздухе. Винтер моргнула, смахивая пот с ресниц, а Рази в это время прослеживал путь от долины Индири вниз через всю карту к тому месту, где они стояли лагерем.

— Десять дней, — вновь повторил он и задумчиво забарабанил пальцами по пергаменту.

— Долго придется идти, не зная, что происходит дома, — сказала Винтер. — Мы должны выяснить, по ком развевались черные знамена, Рази.

Он взглянул вверх, встретившись с ней глазами, и они оба почти мгновенно отвели взгляд. Повисло натянутое молчание, во время которого они сверлили карту невидящими взорами.

— Мы могли бы остановиться в гостинице, — тихо предложил Кристофер. — Лучшего места для сбора новостей и сплетен не сыскать.

Винтер подняла брови. Неплохая идея.

— Ближайший трактир находится здесь. — Она указала на таверну «Бери», жилище паромщика и прибежище для путешественников, расположенную у паромной переправы. — До него всего пять дней хода, и он нам по пути.

Рази наклонился поближе, чтобы все рассмотреть.

— Нет, есть еще один, — возразил Кристофер.

— Ты имеешь в виду «Оранжевую корову»? — Девушка провела пальцем вверх по течению реки и указала на гостиницу на перекрестке. — Она в семи днях отсюда. Лучше будет…

— Нет, — настаивал он, мягко отодвинув ее руку в сторону и развернув карту к себе. — Я уверен, что видел…

— Кристофер, — терпеливо сказала Винтер, — я рассматривала эту карту множество раз, и на ней всего две гостиницы.

— Постой, постой… — Он поднял руку, изучая пергамент. — Что это за карта?

— Это карта для торговцев, карта купцов из серебряной гильдии.

— Ага! — Кристофер поднял восторженные глаза и обменялся усмешками с Рази. — А наша не настолько новая, малышка!

Он пошел и отвязал футляр с картой от своего седла.

— Смотрите! — воскликнул он, расстилая другую карту поверх предыдущей. — Вот здесь.

Он ткнул пальцем вниз, показывая Винтер крохотную точку в чаще дремучего леса, менее чем в одном дне езды от них. Он постучал по карте для внушительности, и Винтер оторвала глаза от его ужасных шрамов и заставила себя сосредоточиться на местности, на которую он указывал.

— Смотри, это тарманская карта, девчушка. На ней подробно показаны такие закоулки, в которые торговцы ни в жизнь не согласятся сунуться.

— Мы доберемся туда всего на второй день пути, — пробормотал Рази. — Думаю, оно того стоит.

— Ага, — ответила Винтер, разглядывая непонятную точку. — Интересно, есть ли у них, где помыться. После семи дней без пристойного мытья я начинаю вонять, как настоящий северянин. — Она немедленно покраснела, ужаснувшись собственным словам. — О, Крис! Прости, пожалуйста!

Он иронично усмехнулся, продолжая изучать карту.

— Никаких обид, девчушка, — был его ответ. — Вы, южане, просто с ума сходите по мылу и воде. Немногим вы лучше в этом, чем его племя. — И он ткнул пальцем в Рази.

— Я — южанин, — мягко произнес Рази, и теперь уже настала очередь Кристофера краснеть и бормотать извинения.

Рази лишь ласково взглянул на него и продолжил жевать бобовый стручок, который обнаружил в миске с завтраком.

— Ванна — это звучит привлекательно, — промурлыкал он, скребя челюсть. За семь дней на ней успела появиться богатая поросль, предвестник великолепной, густой и кудрявой бороды. — Да, — нежно протянул он, — я бы совершенно против нее не возражал.

— Вот так и укореняется эта ужасная привычка, — неохотно признал Кристофер. Он изогнулся, пытаясь почесать спину. — Стоит только пристраститься к мылу и воде, как уже не можешь обойтись.

— Ну хорошо, — подытожил Рази, дотянувшись и почесав Кристоферу между лопаток. — Убирай карту, приятель, и мы отправимся навстречу теплой ванне.

Кристофер отошел, чтобы прикрепить футляр с картой обратно к седлу, а Винтер принялась складывать собственную карту. Она настолько глубоко ушла в свои мысли, что подпрыгнула от неожиданности, когда Рази схватил ее за запястье.

— Винтер, — заговорил он приглушенным голосом. — Я хочу, чтобы ты попросила Кристофера отвезти тебя домой. — Увидев, что она насупилась, он сильно сжал ее руку: — Он любит тебя, сестренка. И поедет, если ты попросишь.

Девушка поймала его взгляд и настойчиво сняла его руку со своего запястья.

— Не пытайся снова нас к этому принудить, — ответила она. — Мы этого не потерпим.

Рази сник, не скрывая своего отчаяния, и на сердце у девушки против воли потеплело от его очевидной заботы.

— Рази, — мягко сказала она. — Я остаюсь, и точка.

— О, Вин, — только и мог ответить юноша.

Девушка нежно запустила пальцы в его бородку. Она оказалась неожиданно мягкой.

— А мне нравится, — с улыбкой прошептала Винтер. — Она тебе идет.

Рази закатил глаза:

— Да уж конечно! Наверное, выгляжу с ней как старый сварливый имам.

Винтер провела по рассекавшему губу белому шраму, оставшемуся от удара отца юноши, а потом нажала пальцем на кончик его носа:

— Мне она нравится! Ты с ней похож на пирата!

Она потрепала его по колену и оставила сидеть с опущенными глазами, а сама присоединилась к Кристоферу, который в последний раз проверял лошадей.

Трактир

— Господи помоги, ну и глушь.

— Даже не надеюсь, — вздохнул Рази, — что мы доберемся до вожделенной ванны, сестренка. Больше похоже на то, что этот трактир окажется палаткой с бочкой и парой пней вместо табуретов.

— А я даже не надеюсь, что мы получим там хоть какие-то сведения! — воскликнула Винтер. — Какие же посетители могут быть в таком глухом месте? Медведи? Может, лисы? Барсуки?