Сияющая Цитадель - Эддингс Дэвид - Страница 91

– Не совсем. Почему бы тебе не сесть с ней рядом и не потолковать о чем-то более значительном, чем погода, птицы на деревьях или рыбы в пруду?

Вэнион пронзительно глянул на него.

– Почему бы тебе не заняться собственными делами?

– Это и есть мое дело, Вэнион. Сефрения не станет прежней, пока вы не помиритесь, – да и ты, кстати, тоже. Вы оба мне нужны, а, покуда вы не уладите дела между собой, я не смогу целиком на вас положиться.

– Я не смею торопиться, Спархок. Один неверный шаг может снова все испортить.

– Промедление тоже. Она ждет, когда ты сделаешь первый шаг. Не заставляй ее ждать слишком долго. На парапет вышел Стрейджен.

– Телэн очнулся, – сообщил он. – Он все еще немного не в себе, и в глазах у него двоится, но, по крайней мере, он пришел в себя. Твоя дочь, Спархок, хлопочет над ним, как наседка над цыпленком.

– Она его любит, – пожал плечами Спархок. – Она всем говорит, что когда-нибудь они поженятся.

– Странный народ эти девчонки.

– О да, и Даная страннее прочих.

– Я рад, что застал вас одних, – продолжал Стрейджен. – Мне бы хотелось кое-что с вами обсудить, прежде чем посвящать в это дело остальных. – Говоря это, Стрейджен рассеянно вертел в руках пару золотых эленийских монет, то и дело осторожно проводя пальцем по их гуртованным ободкам и покачивая их на ладони, точно пытался определить их вес. Судя по всему, признание баронессы Мелидиры изрядно выбило его из колеи. – Итог бешенства Заласты вовсе не так безрассуден, как мы ожидали. Тролли в Северном Атане – более чувствительного удара он не мог нанести. Слов нет, рано или поздно мы с ними управимся, но, думается мне, пора нам уже сейчас готовиться к следующему удару. Троллей стоит только погнать в нужном направлении, а там уж за ними не нужно особо присматривать, так что у Заласты развязаны руки и он вполне в состоянии заняться чем-то еще.

– Пожалуй, – согласился Спархок.

– Я, конечно, могу ошибаться…

– Но ты так не думаешь, – сардонически договорил за него Вэнион.

– Что-то он нынче не в духе, – заметил Стрейджен, обращаясь к Спархоку.

– У него много хлопот.

– Я полагаю, что в следующем шаге, каким бы он ни был, Заласта использует тех самых мелких заговорщиков, которых Сарабиан и Элана оставили в покое за недостатком тюремных камер.

– Или же армии, которые собрали в Западной Дарезии Парок, Амадор и Элрон, – возразил Вэнион. Стрейджен покачал головой.

– Эти армии, лорд Вэнион, предназначены для того, чтобы не допустить в Дарезию рыцарей церкви, и собрали их по особому приказу Киргона. Если сейчас Заласта рискнет ими, ему придется отвечать перед самим Киргоном, а я не думаю, что он настолько бесстрашен.

– Может быть, ты и прав, – признал Вэнион. – Что ж, предположим, что он действительно использует этих мелких заговорщиков. Сарабиан и Элана уже приготовили все, чтобы взять их под арест.

– А зачем их вообще арестовывать, мой лорд?

– Чтобы убрать их с улиц, во-первых. Кроме того, не будем забывать о том незначительном факте, что они виновны в государственной измене. Их следует судить и наказать.

– Зачем?

– В назидание другим, болван! – взорвался Вэнион.

– Я согласен, лорд Вэнион, что их следует убрать с улиц, но что касается назидания – существуют более действенные, а главное, устрашающие способы. Когда полицейские отправляются арестовывать преступников, поднимается шум, и кое-кто успевает удрать. Не говоря уже о том, что суды – штука нудная, дорогая и не всегда надежная.

– У тебя есть другое предложение? – осведомился Спархок.

– Естественно. Почему бы не устроить вначале казни, а уже потом суд?

Рыцари непонимающе уставились на него.

– Я только развиваю свою старую идею, – пояснил Стрейджен. – В распоряжении у нас с Кааладором имеется некоторое количество непривередливых палачей, которые охотно устроят все эти казни частным порядком.

– Ты говоришь об убийствах, Стрейджен, – укоризненно заметил Вэнион.

– Ну да, лорд Вэнион, кажется, именно так это и называется. Весь смысл того, что называется «назиданием», – хорошенько напугать людей, чтобы они не совершили того же преступления. На деле это не всегда срабатывает, потому что преступники знают, как трудно их изловить и наказать. – Стрейджен пожал плечами. – Это обычный риск, свойственный нашему ремеслу, только и всего. Мы постоянно нарушаем законы – только не свои собственные. В нашем сообществе нарушителей не судят. Их попросту убивают. Ни прошений, ни помилований, ни побегов в последнюю минуту. Смерть. Точка. Дело закрыто. Государственное правосудие действует медленно и не наверняка. Если уж хотите запугать людей, чтобы добиться от них честности, так запугивайте как следует.

– В этом что-то есть, Вэнион, – осторожно заметил Спархок.

– Надеюсь, ты шутишь? Речь идет о тысячах людей! Это же будет крупнейшая бойня во всей истории человечества!

– Значит, мое имя может попасть в исторические хроники, – пожал плечами Стрейджен. – Мы с Кааладором так или иначе решили, что сделаем это. Мы с ним люди нетерпеливые. Я бы не стал вас даже беспокоить, но мне хотелось услышать ваше мнение. Посвящать нам в это дело Сарабиана и Элану, или лучше обойтись без их ведома? Разговоры о нравственности так утомительны. Суть в том, что нам нужно нанести новый удар Заласте, и мне сдается, эта бойня – именно то, что надо. Если в недалеком будущем он проснется и обнаружит, что остался в полном одиночестве, он поневоле задумается, а правильно ли он вообще поступает. Да, к слову, я одолжил Берита и Ксанетию. Они прогуливаются близ кинезганского посольства, чтобы Ксанетия могла забросить свой невод в мысли тех, кто там засел. Нам известны некоторые имена, но я уверен, что их намного больше.

– Разве она не должна находиться в одной комнате с человеком, чтобы прочесть его мысли? – спросил Вэнион.

– В этом она не уверена. Ей еще не доводилось проверять пределы своего дара. Нынешний поход к посольству – своего рода испытание. Мы надеемся, что она сумеет проникнуть мыслями за стены и вызнать имена тех, кто прячется в посольстве. Если нет – я найду способ провести ее внутрь. Нам с Кааладором нужна информация и имена – как можно больше имен. Подготовка крупнейшей бойни в истории человечества – дело весьма сложное, и нам бы не хотелось проделывать его дважды.

ГЛАВА 24

– Это всего лишь отвлекающий маневр, – говорил на следующее утро Улаф. Он отложил одну из депеш, которые принес с собой император Сарабиан. – Оборотни, вампиры и вурдалаки – всего лишь иллюзии, так что они никому не могут причинить вреда, а эти нападения на атанские гарнизоны не более чем самоубийственные выходки, которые призваны поддерживать смятение в Империи. Наши противники не придумали ничего нового.

– Он прав, – согласился Спархок. – Все эти происшествия не новы, и единственная их цель – связать руки атанским гарнизонам.

– К несчастью, своего они добились, – заметил Бевьер. – Пока все это продолжается, мы не можем намного сократить гарнизоны, чтобы послать помощь Бетуане.

– Но лорд Вэнион предложил взять по роте из крупных гарнизонов, – возразил Сарабиан. – Это хоть какой-то выход.

– Верно, ваше величество, – согласился Бевьер, – только будет ли этого достаточно?

– Должно быть достаточно, – сказал Вэнион. – Больше мы сейчас выделить не можем. В конце концов, мы говорим об атанах, а когда дело касается атанов, количество их не имеет значения. Один атан сам по себе заменит половину армии.

Стрейджен знаком поманил Спархока, и они отошли к длинному столу, на котором был накрыт завтрак. Светловолосый вор принялся придирчиво выбирать печенье.

– Сработало, – сказал он едва слышно. – Ксанетия должна видеть человека, чтобы пробраться в его мысли, но Берит отыскал рядом с посольством дом, который к тому же немного выше самого посольства. Мы сняли для Ксанетии уютную комнатку с видом на кабинет посла. Сейчас она добывает для нас информацию – и имена.