Мифология греков и римлян - Лосев Алексей Федорович - Страница 166

У Лонга в его «Дафнисе и Хлое» (IV 17) имеется упоминание о том, что Аполлон любил козопаса Бранха, что приводится как основание для аналогичных отношений среди людей. Ксенофонт Эфесский в своем романе об Аброкоме и Антейе (I 6) упоминает о святилище Аполлона Колофонского.

в) Греческая Антология, т. е. те три большие тома эпиграмм, которые издавались и пополнялись несколько раз и полнее всего представлены в издании Epigrammatum anthologia Palatina, является любимейшим жанром греческой литературы. Она представлена несколькими тысячами хорошо дошедших до нас эпиграмм. Эпиграммы эти рассыпаны решительно по всей греческой литературе, заходят в литературу византийскую и дают тоже немало разного рода сведений по мифологии Аполлона. Сборники греческих эпиграмм стали составляться еще с I в. до н. э., несколько раз пополнялись и видоизменялись и в настоящее время объединены в один сборник под названием «Палатинская Антология» (по так называемой Палатинской библиотеке в Гейдельберге, где оказалась наиболее полная рукопись этих эпиграмм). Эпиграммы эти разделены на 15 больших книг, к которым примыкает еще 16–я книга, представляющая собой собрание греческих эпиграмм монаха Плануда (XIV в.), а также еще ряд больших добавлений, занявших в издании Diibner — Cougny, как только что указано, целый третий том под названием «Appendix nova» (новое добавление), в семи книгах.

Сначала приведем те несколько эпиграмм, которые касаются сущности Аполлона. Здесь важны стихи Хрис–тодора (Anthol. Pal. II 72—77). В описании статуи Аполлона его обнаженность мотивируется тем, что он открыто вещает всем веления судьбы и; как Солнце, для всех открыт. В той же книге Антологии (266—270) Аполлон трактуется как нестриженовласый; Гекат — метатель стрел и пророк. Аполлон (Append, nov. I 164) прямо трактуется как Солнце, и (Anthol. Pal. XVI 75) красота — его неотъемлемая сущность. В «Добавлении» (Append. nov. IV 27) — объединение всех этих функций: он и Титан–светоносец, и Мусагет, и водитель Ор, и владыка Дельф, и Клароса (т. е. пророк).

Любопытным образцом вырождения мифологии Аполлона в позднейшие периоды является то панибратское отношение к Аполлону, которое мы находим в Антологии (Anthol. Pal. XI 177 и 324). В первой из этих эпиграмм некий вор, выкрадывая статую Аполлона, сравнивает свое ремесло с пророчеством Аполлона и заявляет о своем полном бесстрашии перед этой статуей на том основании, что он продаст ее в другие руки. Во второй эпиграмме изображается, как жрец Аполлона постоянно крадет приносимое богу мясо, причем об этом знает сам Аполлон и сам же говорит о том, что он лишен жертвенного дыма.

Что касается основных мифов Аполлона, затрагиваемых в Антологии, то здесь мы находим следующие мотивы.

Аполлон является (Append, nov. IV 52, 2 и 54) отцом Асклепия, (III 15) отцом Пифагора от Пнфаиды, (Anthol. Pal. IX 124 и 751) любит Дафну и Гиацинта; он (V 86) ранен стрелой Эрота, хотя и сам стрелок. Он (Append, nov. I 197) —сотоварищ Орфея и (Anthol. Pal. XVI 279) помогает мегарскому царю Алкафою строить стены Мегары. Аполлон (XVI 131 и 134) убивает детей Ниобы, а также (IX 477, Append, nov. II 127, 23 и сл.) Ахилла при помощи стрелы Александра (Париса). Есть эпиграмма (II 274) о рождении некоего человека в день рождения Аполлона и о погребении его в дни праздника Аполлона.

Различного рода функции Аполлона описываются в Антологии на все лады и множество раз.

Из более древних функций укажем на (Append, nov. I 95 и Anthol. Pal. VI 75) покровительство в охоте и (IX 241, 1) пастушестве. Он бог исцеления и жизненного благополучия (VI 155), мальчик приносит ему свои волосы с надеждой на помощь в жизни, (230) рыбак просит о своем благополучии, (251) моряк — о попутном ветре. 278 — Аполлон Дельфийский покровительствует здоровью людей, 337 — благодарность Асклепию, сыну Пеона, VII 631 —Аполлон в Милете покровительствует морякам, он вообще целитель — Append, nov. I 209, 226; IV 53. Конечно, целительные функции Аполлона не мешают его губительным функциям, но последние представлены в Антологии очень слабо. Так (Anthol. Pal. VII 530), говорится о гибели детей Ниобы, и (696) Нимфы сожалеют по поводу гибели Марсия. Говорится о целительных функциях Аполлона в соединении с его покровительством хорошо устроенному государству и философии: Anthol. Pal. VII 109 и Append, nov. Ill 34 — Аполлон, являясь отцом Асклепия и Платона, покровительствует здоровью и идеальному государству. Военные функции Аполлона тоже представлены в эпиграммах (Anthol. Pal. VI 9, VII 270; Append, nov. 1 45 и 131).

Больше всего мы находим в эпиграммах обрисовку художественных функций Аполлона. Кифарист (Anthol. Pal. VI 54) посвящает Аполлону цикаду, которая помогла ему выиграть состязание, когда у него порвалась струна, (83) старик посвящает Аполлону кифару, которой он уже не может пользоваться по своей старости; (279) Аполлону посвящаются волосы с просьбой увенчать их посвятителя плющом из Ахарн. Павсаний (Paus. I 31,6) говорит, что плющ впервые зародился в Ахарнах. Аполлон (IX 584) помог кифаристу Евмолу победить на состязании, (266) Феб именуется «сладкозвучным» (по поводу состязания с Марсием). Аполлон (X 17, Append, nov. I 92) покровительствует поэтам и пребывает (III 4с) среди Муз. Он (I 72) покровитель красноречия и (I 20) состязаний, дарователь (I 2) вечной славы. Встречается также объединение художественных функций с другими, Anthol. Pal. XI 188 — насмешка над неким Никитой, который в подражание Аполлону является одновременно певцом и врачом. Один солдат (IX 389, 2) является служителем Аполлона Геликонского; (410, 3—6) тетива лука Аполлона и стрела кифары сделаны из одного материала.

Огромное место в «Антологии» занимают оракулы Аполлона. Сначала укажем на мелкие упоминания, отчасти в связи с культом вообще. Упоминается (Append, nov. Ill 75) храм Аполлона Пифийского на вершине Олимпа, построенный Ксенагором, сыном Евмела, с указанием размеров; VI 291, 2 — о священном участке и храме Аполлона. Об Аполлоне в связи с пророческой функцией упоминается в нескольких местах (Anthol. Pal. IX 201 и 505, Append, nov. I 146 и 282; IV 43, 6; 85, 3). Приводится эпитафия Сивиллы, пророчицы Феба (II 123).

Поражает прежде всего самое количество эпиграмм, содержащих оракулы Аполлона. Этим оракулам посвящается значительная часть XIV книги Антологии, также VI книги дополнительного III тома. Это типичные апол–лоновские оракулы, которые касаются многих известных деятелей античного мира. Ограничимся перечислением этих оракулов, чтобы можно было судить об их диапазоне и количестве.

Мы имеем оракулы (Anthol. Pal. XIV), данные (65 и 66) Гомеру, (67) Лаю, (69) Ликургу, (79 и 112) Крезу, (83) Батту — основателю Кирены, (85) Батту Младшему, (86) некоему Этиону, (89) милетянам, (90) аргосцам и милетянам, (91) Главку Спартанскому, (92 и 93) афинянам, (94) аргосцам, (96) спартанцам, (113) Архилоху, (114) матери Александра, (115) императору Константину. В этой же книге имеется ряд оракулов к неназванным лицам (71, 73—78, 80—82, 84, 87, 88, 95, 97). В «Добавлениях» (Append, nov. VI) читаем эпиграммы с оракулами: Аполлона Пифийского (1—122) героям (Кадму, Гераклу, Тезею, Дардану, Пелопсу, Адрасту и др.), а также населению отдельных греческих местностей (пелопоннесцам, мессенцам, спартанцам, мегарцам, фессалийцам и др.), Аполлона Милетского (123—131), Аполлона Исме–нийского (132—133), Аполлона Кларосского (134—139), Аполлона Коло–фонского (140), Аполлона Сарпедонского (141 —142), Аполлона Халкид–ского (143) и Аполлона Неизвестного (144—173). В той же книге приведены также некоторые аристофановские пародии на оракулы Аполлона (279, 281, 288) и лукиановская (309).

Что касается эпитетов Аполлона, то весьма интересным произведением поздней литературы должен считаться тот анонимный гимн Аполлону, который (Anthol. Pal. IX 525) переиздан Абелем в его издании орфиков под именем «магического» (см. стр. 401).

Прибавим к этому: (Append, nov. I 132) Уличный, (Anthol. Pal. VI 230) Акрит — Вершинный, (II 266) Гекат и (Append, nov. I 213) Гекате–бол; (Anthol. Pal. II 266, Append, nov. I 212, 213, 247, VI 309) Нестриже–новласый, (IV 53) Прекрасноколчанный. К числу атрибутов Аполлона относится ворон; рассказывается (Anthol. Pal. IX 172), что он не мог достать воды из намогильной урны. Он был лишен возможности доставать воду наказавшим его за обман Аполлоном (об этом читаем у Овидия, Fast. II 243 и сл.). Наконец, остается указать еще ряд кратких упоминаний об Аполлоне, не развитых в целую эпиграмму, но представляющих собою только беглые воспоминания об этом божестве: (Append, nov. I 9 и 79) упоминается статуя Аполлона; (I 51 и 313) его алтарь; (339, 1 и сл.) жрец бога; (Anthol. Pal. IV 3, 109) колчан Аполлона; (Append, nov. I 340 6) дар Аполлона; (Anthol. Pal. IX 19, 3) Пифон Аполлона. Упоминаются (Append, nov. I 278, 6) род Феба, т. е. жрецы Иамиды; (Anthol. Pal. II 86 и сл.) Хрис — жрец бога с аполлоновским скипетром; (IX 436) древние приношения Аполлону; (639) Аполлон среди других богов. О связи Гомера с Аполлоном говорят II 320 и 345 и сл.; II 230; IX 765. Аполлон в иносказательном контексте и (Append, nov. II 7) обращение к Аполлону, рожденному Лето.