Мифология греков и римлян - Лосев Алексей Федорович - Страница 92

92

Аполлон, которому в классическое время не приписывались воспитательные функции, в архаические времена обладал ими в полной мере. Но и в классическую пору это осталось весьма заметным рудиментом. У Гомера (Од. XIX 86) Телемаху дано вырасти «по воле Аполлона». У Гесиода (Theog. 347) «вместе с царем Аполлоном и с Реками мальчиков юных пестуют девы»; Каллимах (Hymn. II 12—15) выставляет требование для отроков приветствовать Аполлона лирой, если они хотят дожить до брака или до старости. У Феокрита (XVIII 50) читаем: «Лето пускай вам дарует растящая, [та, которая выращивает] юношей, Лето, счастие в детях». В этой же роли выступает Лето и у Антонина Либерала (17). Здесь Лето придаются те же функции, что и Аполлону.

Аполлон укрепляет силы не только детей. Достаточно привести следующий выразительный текст нз Павсания (X 32, 6) об одной пещере и статуе Аполлона у магнесий–цев:

«Тут есть одна очень древняя статуя Аполлона, которая придает людям силу на всякое дело: находясь под покровительством этого бога, люди могут прыгать с покрытых острыми камнями отвесных и высоких скал и, вырвав с корнем очень большое дерево, ид^и с этой ношей по очень узким тропинкам».

в) Для уяснения себе всей хтонической сущности Аполлона необходимо подойти к этому еще с двух сторон, которые в еще более яркой и выразительной форме демонстрируют характерное для первобытного мышления взаимопроникновение категорий жизни и смерти.

Прежде всего Аполлона часто представляли и как бога–целителя, бога–врачевателя, и как бога–губителя, даже как бога смерти. Это совмещение жизни и смерти особенно характерно для мифологии матриархата; и его остатки ясно ощущаются в дошедших до нас материалах. Аполлон — Алексикакос, Отвратитель Зла, Апотропей — Отвратитель, Простат — Предстатель, или Заступник, Иатромант — Врачегадатель, врач, Акесий — Целитель, Пеан или Пеон — Разрешитель Болезней и отец Аскле–пия, бога врачевства. Об Аполлоне Алексикакосе Павсаний (I 3, 4) пишет: «Говорят, что такое название присвоено богу за то, что благодаря прорицанию из Дельф он прекратил подобную чуме болезнь, губившую у афинян город во время Пелопоннесской войны». Подобное же рассказывает Павсаний (VIII 41, 8) об Аполлоне Эпику–рии — Попечителе. В схолиях к Аристофану (Pax 422) говорится о почитании Аполлона и Геракла как Алекси–какосов. Апотропеем Аполлон не раз называется у Аристофана (Vesp. 161, ??. 61, Plut. 359, 854), Апотропом — у Еврипида (Her. 821). Аполлон Простат — у Софокла (Trach. 208), Простатерий — у него же (Е1. 637). О Про–статерии Гесихий сообщает: «Называют так Аполлона постольку, поскольку его выставляют перед дверями» (то же у Фотия). Из надписей известен некий Малеат в качестве героя или демона–целителя. Но вот оказывается, что был образ и Аполлона Малеата — в Эпидавре (Paus. II 27, 7) и Спарте (III 12, 8). В гимне Исилла Эпидаврского говорится, что в адитон (доступную только жрецам часть храма) Асклепия в Трикке можно войти только после принесения жертвы Аполлону Малеату (27—31 Diehl).

На врачевательные функции Аполлона находим определенные указания у Гомера. Аполлон исцеляет Главка (Ил. XVI 508—531), приводит в порядок тело Сарпедона (XVI 656—683), сохраняет тело Гектора (XXIV 15—27). Его мать Лето и сестра Артемида возвращают силу и красоту раненому Энею, которого Аполлон доставляет с поля сражения в свой Пергамский храм (V 445—448). Врачом называют Аполлона Аристофан (??. 584, Plut. 11) и Ликофрон (1207, 1377). С этим прозвищем Аполлон особенно известен в Понтийских колониях: Ольвия, Пан–тикапея, Фанагория, Танаис, Аполлония, а также и в Маг–несии на Меандре (эпиграфические и нумизматические материалы). Аполлон Акесий (Целитель) имел свой храм в Элиде, по Павсанию (VI 24, 6), а у Еврипида (Andr. 880) он — Акестор (Целитель, Врач).

Наиболее же частое прозвище Аполлона как целителя — это Пеан, или Пееон, или Пеон, или Пеоний. У Гомера врач Пеон еще отличен от Аполлона и, следовательно, восходит (Ил. V 401, 899 и сл., Од. IV 232) к другим источникам. Кое–где Пеан вообще упоминается без всякого намека на Аполлона. Но в трагедии Пеон и Аполлон часто отождествляются (например, у Софокла— О. R. 154 или Еврипида — А1с. 92, 220). От этого названия надо отличать пеан — победную песню Аполлону. Так, в Илиаде (XXII 391) Ахилл предлагает воспеть благодарственный пеан после победы над Гектором; у Эсхила (Pers. 392) Ксеркс говорит о пеане в этом же смысле (то же у Фукидида, Ксенофонта и др.). Несколько отличен от этого тот пеан, который поют ахейские отроки после чумы в Илиаде (I 473). А в Гомеровском гимне (II 339) пеан, воспеваемый критянами Аполлону, выражает только одно их ликование и торжество.

Впоследствии название «Пеан» стало применяться к самому Аполлону. Были и храмы, посвященные Аполлону–Пеану. Например, об алтаре Аполлону–Пеану в Оропе говорит Павсаний (I 34, 2).

Имя Пеон–Пеан употреблялось то как имя собственное, то как нарицательное. Этимология этих слов неизвестна. Это вполне типично для древней хтонической мифологии вообще. Типично и расширение представления о Пеане до восприятия его как начала, противодействующего вообще всякому злу (у Эсхила, Agam. 146 и сл., хор призывает Иэиоса–Пеана в связи с жертвоприношением Ифигении; такой же широкий смысл вносит в этот термин Ксенофонт).

Равным образом необходимо считать вполне естественным для древнего синтетизма то обстоятельство, что Пеан кое–где оказывается прозвищем не только Аполлона, но и других богов, не исключая Зевса, Афины Паллады, Диониса, Пана, Асклепия и даже некоторых героев.

У Овидия (Met. I 521 и сл.) Аполлон говорит о себе:

Я врачеванье открыл; целителем я именуюсь В мире, и всех на земле мне трав покорствуют свойства.

Каллимах (Hymn. II 38—41) говорит, что с кудрей Аполлона ниспадает благодатный елей, так что, если б капли такие «ниспали в граде каком–либо, там невредимым бы все пребывало».

У Ватиканских мифографов (III 8, 15, р. 208 и сл.) целительные функции Аполлона выдвигаются на первый план и особенно подчеркивается оздоровление сырых и вредных для здоровья мест и времен года под действием солнечных лучей.

В позднейшие времена Аполлон был также и врачевателем душ, хотя его противоположность дионисий–скому оргиазму исконная. У Диона Хризостома (I 419, 23—26) мы читаем: «Его называют Пеоном и Алексика–косом, поскольку он отвращает зло и дарует здоровье душам и телам, а не болезнь и не безумие».

Итак, Аполлону свойственны благодетельные и целительные функции. Наряду с этим, однако, Аполлону приписываются и чисто губительные функции.

Аполлон — убийца змея Пифона, детей–чудовищ Ало–адов, ревностный участник гигантомахии и убийства детей Ниобы, убийца Ниобы, Ахилла, Мелеагра, Тития, Флегия, Эврита, причина смерти Неоптолема. Его изображали иной раз с мечом (Хрисаор — Златомеч), копьем, панцирем и даже с эгидой. Его знаменитые лук и стрелы очень часто являются орудием смерти, причем любопытно, что именно с этой стороны он больше всего представлен у Гомера. Общеизвестны его эпитеты у Гомера: Гекаэрг — Далеко Действующий, Афетор — Метатель Стрел, Сребролукий, Гекат, Гекабол, Гекатебол, Гекате–белет — Дальновержец, Славнолукий; у Пиндара — Ширококолчанный, Златолукий, Луконосец. Этими стрелами он разносит чуму в ахейском лагере в начале «Илиады» (тут — знаменитое место I 43—52). Этими стрелами вместе с Артемидой он приканчивает стариков, если они очень долго живут (Од. XV 403—411), и даже убивает без всякого повода (Од. III 279 и сл., VII 64 и сл.).

Мелантий (Од. XVII 251) желает, чтобы Аполлон убил Телемаха, а Пенелопа (494) — чтобы Антиноя. У Корнута (32) читаем:

«Некоторые рассуждают об этимологии Геката и Гекаты иначе, полагая, что те, кто наложил на них эти имена, молятся им, чтобы [эти божества] были вдали от них и чтобы к ним [молящимся] не приближался вред, исходящий от Аполлона и Артемиды. Ведь последние, оказывается, иногда вредят воздуху и становятся причиной чумных заболеваний. Поэтому прежние люди относили к ним и внезапную смерть».