Невеста для ректора (СИ) - Пашнина Ольга Олеговна - Страница 51

Я обдумывала сказанное.

- Веста, - Михаил в сердцах едва не ударил по столу кулаком, - я не хочу, чтобы ты думала об этом. Я обещаю, что со всем разберусь. Ты мне веришь?

- Не очень, - честно призналась я.

- Ладно, - ректор устало откинулся на спинку стула. – Можем мы просто поужинать и прогуляться? Я работаю днями и ночами, изредка выбираясь к тебе.

- Хорошо, - пришлось изобразить послушную девочку, хотя вопросы вертелись в голове.

Я еще не закончила с десертом, когда Михаил пододвинул свой стул к моему. Он откинул мои волосы с шеи и, щекоча дыханием кожу, что-то пробормотал. От такого повышенного внимания кусок в горло не лез. Несмотря на всю романтичность момента, я как-то обалдела. Не очень удобно есть. Когда тебя домогаются.

О чем я не переминула сообщить ректору.

Моя вилка тут же полетела в сторону.

- Ты сыта, - сообщили мне и усадили на колени.

- Опять ты все за меня решил, - насупилась я.

- А как же иначе? Ты ведь не способна жить самостоятельно.

- Жила как-то раньше, и сейчас могу.

- Совсем одна?

- Совсем, - вздохнула я.

- Бедная моя, вишенка, - Михаил ласково улыбнулся. – Но теперь-то я с тобой. Ты рада?

- Ага. Со стула вот падаю от радости.

- Я же держу.

Несмотря на паршивое настроение, я улыбнулась. Михаил изо всех сил старался быть милым, хотя я видела, что ему это дается не просто. Может, я действительно что-то значу для него?

- А знаешь, меня пригласил на карнавал один очень знатный и важный подданный нашего короля, - мне вдруг захотелось немного поддразнить ректора.

Михаил подозрительно прищурился.

- И что же это за господин? Ему давно не били морду?

- Фу, как грубо, - скривилась я. - Это Гам Горный, победитель Единорожьих Бегов.

- Единорог? - Михаил расслабился. - Ты уже заигрываешь с единорогами? Не замечал в тебе страсти к…

- Хватит! - рассмеялась я. - Не хочу продолжать этот разговор.

- Ты сама начала. Поцелуешь меня?

Я посмотрела в глаза ректора, пытаясь угадать его намерения и чувства.

-Не укушу, обещаю. Просто ты сегодня такая красивая, а я ночью уезжаю и до конца вашей практики не приеду. Хоть поцелуй оставь на память. Пожалуйста, вишенка!

- Когда ты перестанешь придумывать мне дурацкие прозвища? - нахмурилась я. - Не с ребенком же разговариваешь, и хватит издеваться над моим цветом волос. Не могу я его обратно вернуть!

- И не нужно.

Ректор погладил меня по волосам. Получилось ласково. Определенно, делает успехи. Интересно, у кого научился?

- Так что, поцелуй мне положен? Я себя хорошо вел?

- Лучше.

Я осторожно прикоснулась губами к Михаилу, легко и нежно. Но сильные руки сжали меня и…

Отборная ругать донеслась до нас из кустов. Мы оба ошеломленно взирали на то, как Пит и Элен выбираются из зарослей какого-то колючего (но невероятно красивого) кустарника. Лица у них были красные, как помидоры.

- И как это понимать? - от холода, просквозившего в голосе Михаила, впору было кутаться в шубку.

- Простите, - Элен опустила голову, но было видно, что раскаяния в ней нет ни грамма.

Я, конечно, знала, что мои студенты внимательно следят за моей личной жизнью, но в кустах они еще не прятались. А может, не попадались?

Я стояла на балконе и любовалась закатом, который вот-вот должен был закончиться, Михаил вдалеке отчитывал принцессу и Питера, внизу сновали люди: готовился фейерверк в честь отбытия Хранителя. Все жители были показательно опечалены сиим известием, только Лира ходила счастливая. Отца она любила, но слишком навязчивое внимание сестер вкупе с прибывшей внезапно популярностью, порядком достали водянку. В силу своего простого характера она не понимала, чем особенна, но знай ректор и преподавательский состав о происхождении этой зеленоволосой дриады, почести ей бы оказали не меньше, чем Элен. Это только у водного и лесного народов дети повелителей — такие же дети природы, как и все. С поправкой на нашу иерархию Лира была не просто дочкой повелителя. Она даже не была равной Элен, она была выше ее. Разумеется, на своей территории. К счастью, принцесса оказалась не заносчивой: весть о происхождении Лиры восприняла спокойно и теперь всеми силами помогала водянке прятаться от родственников.

- Замерзла? - я даже не слышала, как подошел Михаил. Умеет он подкрадываться незаметно.

- Нет. Теплые ночи. У нас уже сугробы, да?

- По колено, - усмехнулся ректор. - Студенты то и дело устраивают форменные дебоши.

Уж это я могла представить, сама не раз практиковала.

Солнце почти скрылось за горизонтом, освещая мягким красноватым светом все вокруг. Мне нравилось смотреть на море, чувствовать его запах, слышать, как волны бьются о скалы и едва различимое пение глубинных сирен наполняет не только воздух, но и душу. Было в этом времени суток особое очарование. Прошел еще один день, грустно, что время уходит безвозвратно. Что становится с нашим миром там, в прошлом? Продолжаем ли мы жить, развивая параллельные ветки возможных событий? Проживаем ли каждый миг в непрерывном цикле прошлого? Или наш мир, который всего секунду назад был живым и ярким, остается пустынен, постепенно бледнеет, теряет запахи, звуки?

А впереди ночь. Для кого-то время, когда можно отдохнуть. Для меня ночь символизирует начало чего-то нового, интересного и очень уютного. Звезды, которые вот-вот начнут мерцать на бескрайнем темном небе, придадут романтичности фейерверку, до которого осталось совсем немного.

- Нам нужно поговорить, - вдруг сказал Михаил, обнимая меня.

- О чем?

- О нас. О тебе, о том, что с тобой происходит.

- Со мной все хорошо, - удивилась я. - Что случилось?

- Я чувствую, что ты боишься меня. Не могу не признать, что страхи твои имеют основания, но… мне бы хотелось, чтоб при виде меня твои глазки загорались радостью, а не желанием сбежать на другой конец света.

- Приходи с шоколадом, - хмыкнула я, - радость обеспечена. Неконтролируемая, буйная и разрушительная.

- Я учту, - слегка улыбнулся Михаил. - Но все же меня пугает твое состояние. С детства ты привыкла, что с тобой обращаются плохо. Ты нужна мне, Веста, но я не хочу думать, будто ты простишь меня за любое насилие. Как бы сильно я не… не хотел тебя, как бы сильно ты мне не нравилась, я хочу, чтобы следующий мой удар стал последним для наших отношений. Ты во многом была права, ты достойна лучшего. Не позволяй мне сделать с тобой то, что некогда сделали со мной.

- Слушай, этот вечер один из самых чудесных за всю мою жизнь. Никогда еще не было, чтобы мне нравился мужчина, и я ему нравилась, и мы были рядом и… Тебе обязательно заниматься самокопанием именно сейчас? Можем мы просто отдохнуть?

Михаил развернул меня к себе лицом и заглянул в глаза. Позади раздались первые залпы салюта, радостные крики людей. Но в этой темноте, опустившейся на город, мне уже не хотелось искать света. Сильные руки Михаила держали меня крепко, я впервые не думала о том, что стою на краю балкона. Его движение к моим губам показалось мне бесконечным. Прежде, чем поцеловать меня, он усмехнулся. Вопреки ожиданиям, эта усмешка не вызвала во мне негодования или злости. Да, он победитель, он выиграл в нашей битве характеров. Я не хочу больше притворяться, будто он не нужен мне.

Меня никогда так не целовали (если, конечно, не вспоминать последствия Лириного варева, что я отведала на осеннем балу). Михаил тяжело дышал, под моей рукой билось его сердце… Я провела руками по его груди, залезая под рубашку, срывая с его губ стон…

- А-А-А!

- Ты чего?! - Михаил испуганно выпустил меня.

- У тебя сердце…

Я не могла ничего сказать, со смесью удивления и страха смотря на ректора.

- Да, у меня сердце. А еще почки, печень и кое-что, что я покажу тебе после свадьбы. Чего конкретно ты испугалась?

- Оно справа бьется!

- Ну и что? Не у всех сердце слева, ты же образованная девушка, - пожал плечами ректор.