Невеста для ректора (СИ) - Пашнина Ольга Олеговна - Страница 54

Пришедшее осознание того, что я здесь погибну и никто меня не найдет, заставило сердце быстро биться. «Спокойно, Веста, ты взрослый человек. Здесь нет страшилищ, которыми отец пугал тебя в детстве». Действительно, нет. Только главное страшилище где-то прячется, сытое и злобное.

В том, что убийца — не человек, я уже не сомневалась.

Послышались голоса. Я быстро спряталась за колонну, надеясь, что меня не слышали. Из проема показались двое мужчин, одетые как попало. Бродяги. Они, пошатываясь, шли через зал и никого вокруг не замечали. Я, затаив дыхание, сидела за колонной. Если они здесь останутся, придется пробираться с боем. Только бы ушли!

Медленно, но верно, бродяги приближались к выходу. Но только когда их голоса затихли в отдалении, я позволила себе расслабиться и выйти.

Куда же идти? Будь я убийцей, какой из проемов я бы выбрала? Тот, в котором ближе всего скрыться, если кто-то за тобой гонится. Значит, самые дальние отпадают. Вряд ли в планы убийцы входило чесать через весь зал. Ближайшие проходы. Теперь все зависело от того, если в этих проходах подходящие помещения.

Вся моя теория не стоила и медяка, если переходы соединялись между собой. Тогда убийца мог заскочить в ближайший и, петляя, вернуться в укрытие. Но если единственной связующей оставался этот зал, то такая логика рассуждений вполне имела шансы на успех.

Что-то блеснуло у стены. Я подошла поближе и увидела крохотную женскую сережку-колечко. Или она здесь достаточно давно, что исключено, потому что выглядит серьга новенькой, или преступник действительно женщина.

Итак, проход был определен. Что дальше? Идти туда не стоило, разумнее всего было вернуться и рассказать страже, Риорскому, Гаму, отцу, но… меня колотило так, словно я вылезла из проруби, предчувствие чего-то ужасно плохого не покидало меня. Пути назад не было: я должна узнать, кто стоит за всем этим.

Бесшумно я брела по коридору, прислушиваясь к каждой двери. Я осматривала каждый кусочек пола, каждую ручку, надеясь заметить следы присутствия постороннего. Но все выглядело так, словно вот уже сотни лет здесь не было никого. И только сережка, крепко зажатая у меня в руке, доказывала обратное.

Только перед последней дверью я замерла. Отчетливо были слышны голоса, но звучали они как бы вдалеке. Осторожно я приоткрыла дверь и уперлась взглядом в металлическую лестницу, ведущую вверх.

Лестница оказалась неустойчивой лишь на вид, вдобавок была хорошо смазана и не скрипела. Значит, я по адресу. Именно здесь прячется убийца.

Голоса теперь казались мне женскими. Говорящих было двое, они о чем-то спорили. Медленно я продвигалась по лестнице и, наконец, оказалась на небольшом балкончике, откуда мне было отлично видно все пространство помещения. Это был один из залов, точно такой же обветшалый и заброшенный, большой, круглый зал. В центре стояли две фигуры. Обеих женщин я узнала.

Первой была Адриана, дриада. Правда, теперь она не была похожа на опытную куртизанку. Ее кожа была бледна, почти просвечивала, я даже различила вены на ее открытых руках. Губы были ярко-алыми, два массивных клыка выпирали из-под верхней губы, а глаза горели красным огнем.

Второй была Элен. Ее рыжие волосы ни с чем нельзя было спутать. Вот только голос… голос принцессы изменился до неузнаваемости. В нем звучало раздражение, злоба, ненависть. Девушка едва сдерживалась, а потому говорила достаточно громко. Я услышала:

- Риорский перевернет весь Вир Тонг в поисках убийцы! Куда я спрячу тебя?! Зачем ты сожрала именно этого придурка?! Не могла выбрать менее близкую к Волверин жертву?!

- Простите, госпожа, - сдавленно отозвалась Адриана. - Голод сильнее меня, я увидела его и…

- Да, ты вспомнила эту дрянь и не сдержалась, - закатила глаза принцесса. - Только учти: если Риорский найдет тебя, я тут не причем! Ланнан, мы не можем позволить себе провал!

Я медленно сползла по стенке, пытаясь отдышаться. Элен?! Принцесса?! Добрая и жизнерадостная девочка знала, кто убийца? Знала, молчала и прятала Адриану… Выходит, именно принцесса напала на меня в музее?

Я, не отрываясь, смотрела на Элен, не слыша слов девушки.

Вдруг принцесса повернула голову. И посмотрела прямо на меня.

- Миледи Волверин, - губы Элен изогнулись в усмешке. - Лучше было бы вам оставаться на празднике…

Голова взорвалась дикой болью, я села на пол и закрыла глаза. Ментальный удар… второго я не выдержу. Темнота поглотила мое сознание, которое больше не желало терпеть пытку. Что говорила Элен, я уже не слышала.

***

Вода капала совсем близко. А еще я слышала чьи-то торопливые шаги, возню и тихую ругать.

- Вставай! – раздался отрывистый голос Адрианы. – Я же знаю, что ты очухалась!

Раньше голос дриады звучал мелодичнее, нежнее. Сейчас больше был похож на скрип. Неестественный, металлический голос, вызывавший дрожь. Я открыла глаза. Надо мной было небо. Мы снаружи?

Я лежала на балконе, но в каком Округе, определить не могла: они были почти одинаковыми, а флага я не видела. В стене зияла дыра, какой-то потайной ход, из которого, очевидно, мы и вышли.

- Не лезла бы не в свое дело, жива была бы, - радостно выдала Адриана, связывая мне ноги толстой веревкой.

Я попробовала было дернуться, но сил после удара было мало.

- Ну-ну, - женщина похлопала меня по коленке. – Не дергайся, поранишься. Жаль, что ты появилась именно сейчас. Некогда с тобой возиться. Хотя оно и к лучшему: давно мечтала покончить с твоим любопытным носом.

- Что это значит? – хрипло поинтересовалась я. – Зачем тебе все? Причем здесь Элен? Ты человек?

- Успокойся, Веста, - хмыкнула Адриана. – Я не из тех злодеев, что любят поболтать перед тем, как убить героя. Так что лучше заткнись и посиди молча, тогда умрешь быстро и без предварительных увечий.

Адриана занялась какими-то странными манипуляциями: продевала веревку в отверстие большого серого камня.

А я вдруг вспомнила имя, которым назвала дриаду Элен…

- Ланнан Ши! – воскликнула я.

Женщина вздрогнула и зло на меня посмотрела.

- Ты вампирша!

Ланнан молча продолжила вязать узел. Я напрягла память, силясь вспомнить, что за легенда рассказывает о Ланнан Ши.

Кровожадный дух, вампирша, являющаяся парням в облике прекрасной девы с алыми губами. Она не может причинить вред жертве, пока та не влюбится в нее. Когда это происходит, впивается в шею несчастного и выпивает всю кровь. Я вспомнила свой сон, тогда, когда спала после нападения в музее. Так вот ты какое, древнее чудовище…

Стало ясно, чьих рук (точнее зубов) убийства молодых парней. Также я догадалась, почему они все были так или иначе связанными с Элен. Вовсе не любовь Вадима была причиной творившихся зверств. Но что? Зачем принцессе все это? Она не производит впечатление злодейки, совсем даже наоборот.

Ланнан тем временем закончила и подошла ко мне. Меня рывком (с недюжинной для такой хрупкой женщины силой) поставили на ноги.

- Вот и все. Больше Весту Волверин никто не увидит. Как жаль, она пропала без вести. Ничего, Михаил утешится.

- Уж не тобой ли, - усмехнулась я, не обращая внимания на подступающие слезы.

Ланнан не ответила, но я догадалась, что попала в точку.

Теперь стала ясна цель ее манипуляций: камень предназначался для моей шейки. А я предназначалась для моря. Ситуация была почти безвыходная.

Страх перед глубиной затмил все остальные чувства. Я уже не терзалась догадками о роли Элен во всей этой истории, не жалела Адама, не злилась на собственную глупость. Я была зачарована плещущимися внизу волнами, когда Ланнан подвела меня к краю, предварительно повесив камень. Снять его и хоть как-то защититься возможности не было: я была связана по руками и ногам, вдобавок чувствовала дикую слабость.

Мощный толчок отправил меня вниз. Когда я почувствовала теплую, почти горячую воду, я уже почти не ощущала реальности.

Зачем я задержала дыхание, не знаю. Шансов спастись практически не было. Камень тянул на дно, руками и ногами я, как бы отчаянно не барахталась, двигать не могла, да и платье, намокнув, не облегчало задачу. Легкие жгло все сильнее, смертельно захотелось вздохнуть, но я не позволила себе, продолжая тщетные попытки ослабить узел на руках. Но даже если бы я освободилась, единственной пользой от этого было бы то, что я умерла со свободными конечностями: плавать я все равно не умела.