Король мечей - Стоун Ник - Страница 81

— И что ты предлагаешь?

— Взять автомобиль с тонированными стеклами. Посадить туда манекен.

— Манекен? — Элдон посмотрел на Ловена, словно тот сморозил какую-то чушь на иностранном языке. Его бородавка стала малиновой.

— Ты подставишь ключевого подозреваемого под огонь преступников? — спросил Ловен.

— Да, а что?

— А соглашение, которое вы ему предложили?

— Какое соглашение, Дарилл? — воскликнул Элдон. — Я не предлагал ему никакого соглашения.

— А окружной прокурор и адвокат Исмаэля? Разве на сегодня не предполагалась встреча с ними?

— Предполагалась, но ситуация изменилась. Исмаэль заговорил. На магнитофон.

— А расследование?

— Нет больше никакого расследования, Дарилл, — холодно промолвил Элдон. — Началась война. Они задели одного из нас, и мы убьем их всех. Совершим правосудие в самой простой и эффективной форме. Никто не смеет трогать моих людей и после этого жить как ни в чем не бывало. И еще прими во внимание вот что, Дарилл. Исмаэль ведал деньгами Букмана. И потому он не меньший подонок, чем его босс, даже если вместо пистолета он держал авторучку и калькулятор. Что мы всегда слышим от мрази из гетто? Что у них «никогда не было выбора». Они не ходили в школу, не видели отца или матери, не имели возможности вырваться из этой жизни и так далее, так что единственное, что им оставалось, — выйти на большую дорогу грабить и убивать людей. На это покупаются многие либералы. А вот я нет, хотя в этом и есть доля правды. Ну давай предположим, что тут все чистая правда. Какие оправдания у Исмаэля? Да никаких. Он имел возможность и получил образование, у него были родители. Он имел возможности, но пренебрег ими. Сделал неправильный выбор. Так пошел он к черту!

— Мы намеренно подставляем подозреваемого под удар, — настаивал Ловен.

— Немного поздновато для тебя, Дарилл, изображать образец добродетели, — проворчал Элдон, и Ловен поморщился. — Исмаэль сейчас уже не подозреваемый. Он признан виновным. Он признался. Все подписано и скреплено печатью. Исмаэль помогал управлять наркоимперией, ворочающей миллионами. А программа Лимон-Сити, которую он представлял? Из-за нее убили людей, его хороших знакомых! Причем всех до единого, Дарилл, включая детей. А младенцев эти изверги вуду забрали, и неизвестно, что с ними сделали! Так избавь меня, пожалуйста, от своего благочестия! Промой мозги и приведи их в порядок!

Макс взглянул на Джо: тот усмехался и качал головой.

— Кого ты защищаешь, Дарилл? Похищенную ни в чем не повинную женщину или какого-то преступника, чья жизнь не стоит и секунды ее жизни? Мы тут собрались, чтобы возвратить ее и Макса живыми. Это все, о чем ты должен сейчас думать. Если же ты собрался читать нам лекции по этике, тогда убирайся, ты нам не нужен! — Последние слова Элдон выкрикнул, его индикатор настроения сделался темно-бордовым.

Элдон и Дарилл смотрели через стол друг другу в глаза. Плечи у обоих были напряжены. Дарилл будто хотел найти какой-нибудь повод ударить Элдона. А тот словно собрался задать ему трепку. В комнате повисла тишина. Ее нарушил Элдон:

— Ты с нами, Дарилл?

Ловен не ответил.

— Ты с нами, Дарилл? — повторил Элдон. Его нижняя губа дрожала. Никогда прежде Макс не видел его таким взбешенным.

— Я могу привести двадцать пять человек, — тихо произнес Дарилл и откинулся на спинку стула. Он был рассержен, но повержен.

— Спасибо, Дарилл, — усмехнулся Элдон.

— Кто руководит операцией? — спросил Макс, возвращая собравшихся к текущим делам.

Элдон повернулся к нему:

— Я.

— Ты? Когда ты в последний раз руководил тактической операцией?

— В восемьдесят первом году. Координировать станет Джед, но я буду рядом. А ты? Поедешь один?

— Да.

— Нет, Макс, так не пойдет, — возразил Джо. — Я отправлюсь с тобой.

Макс отрицательно покачал головой:

— Я уже получил хорошую возможность потерять одного близкого человека. Не хочу умножать количество на два.

— Ты никого не потеряешь, — настаивал Джо. — Я втянул тебя в это, я и вытащу.

— Он прав, — кивнул Элдон, не глядя на Джо. — Вместе попасть в ад веселее.

63

Утром Кармин проснулся и увидел Соломона. Он стоял около кровати. Его слегка освещали тонкие полоски света, пробивающиеся сквозь щели в ставнях. Они падали на его темно-синюю рубашку и частично на лицо. В другое время Кармин, наверное, постарался бы внимательно изучить лицо Соломона, посмотреть, насколько он изменился, но теперь его больше интересовало то, что Соломон держал в руках. Снайперская винтовка, с которой Кармин охотился на аллигаторов с Сэмом. Она хранилась в магазине.

— Чего тебе нужно?

— Сделай одно дело и будешь свободен, — произнес Соломон.

— Свободен? И что дальше?

Кармин сел. Он не выходил из дома два дня. Мать заперла его. Он покидал свою комнату, когда требовалось поесть, сходить в туалет и помыться. Мать с ним почти не разговаривала. Кажется, она была чем-то обеспокоена. Кармин не решался спросить, знал, что начнется крик, а может, что-нибудь и похуже.

Соломон молчал.

— Что за дело? — спросил Кармин.

— Объясню в машине. Одевайся.

64

В пятницу, в восемь утра Сэма Исмаэля одели в его смокинг, припудрили на лице свежие ссадины, посадили на заднее сиденье почтового фургона и привезли в УГРО, где оставили одного в комнате для допросов. Он просил вызвать адвоката. Не получил ответа. Попросил позвать Макса или Джо. Ему заявили, что сейчас с ними увидеться нельзя. Он снова попросил вызвать адвоката. И опять не получил ответа.

Пятница. Два часа дня. Радиоэфир взорвала новость. По телевидению и радио передали сообщение о засаде, в какую попали три полицейских автомобиля без опознавательных знаков, в одном из которых везли подозреваемого в убийстве Сэма Исмаэля. Произошло это на перекрестке Двадцать девятой улицы и Корал-Хиллс-драйв. Путь конвою блокировали два грузовика, как выяснилось, угнанные вчера из города Тампа, откуда выскочили восемь вооруженных человек в черных комбинезонах и масках. Они окружили автомобили конвоя, вывели из машины подозреваемого, Сэма Исмаэля, и увезли в зеленом «плимуте». Нападавшие разоружили копов, разбили радиосредства, дали несколько автоматных очередей по автомобилям и скрылись. Один из полицейских, Пирро Овьедо, сумел достать оружие, но не успел выстрелить, его убили раньше. В данный момент в городе и во всем штате объявлена операция «Перехват» с целью задержать Исмаэля и похитителей.

В телевизионных новостях несколько раз показали сюжет с места происшествия, как санитары уносят на носилках в специальном мешке нечто, напоминающее труп.

Пятница, день. Исмаэля посадили на заднее сиденье полицейского джипа, заставили лечь, накрыли одеялом. Джип заехал на подземную парковку рядом со зданием суда через дорогу, где его ждали Макс и Джо в черном пуленепробиваемом «кадиллаке» с тонированными стеклами. Автомобиль заимствовали в АКН, а они, в свою очередь, захватили его во время рейда на дом наркодельца.

Увидев Макса, Исмаэль оживился:

— Мой адвокат придет?

— Нет, — ответил Макс, рассматривая его распухший нос, подбитый глаз и ссадину на левой щеке. С ним хорошо поработали, даже слишком. Хотелось извиниться за неуклюжие действия коллег.

— Но хотя бы мои родители в безопасности? — спросил Исмаэль, соображая, что ситуация каким-то образом изменилась.

— Их привезли в посольство, — произнес Макс, хотя уже не был в этом уверен. Судя по развитию событий.

— Тогда ладно. — Сэм грустно улыбнулся.

Макс открыл заднюю дверцу, предложил ему сесть, следом за ним в машину влез Джо. Они направились в Малую Гавану, где Макс должен был позвонить по номеру, который дал Букман.

Макс позвонил из телефонной будки по номеру, указанному на бумажке, которую нашел в своем почтовом ящике. Ответили после третьего гудка. В трубке слышался шум уличного движения.