Жизнь насекомых. Рассказы энтомолога - Фабр Жан-Анри - Страница 169

Нимфа работает среди грязи. Поэтому-то она и выпачкана в ней, хотя и выходит из сухой земли. Даже у взрослой цикады сохраняется способность выделять жидкость. Если к ней подойти близко, то она брызгает струйкой жидкости и улетает.

Как бы ни был велик запас жидкости у нимфы, его не хватит, чтобы превратить в грязь и штукатурку всю землю, нарытую в колодце. Этот запас должен возобновляться. Где и как? Кажется, я это знаю. Раскапывая норки цикад, я всякий раз находил в ячейке – в стенке ее – свежий корень. Иногда он был с карандаш толщиной, иногда – лишь с соломинку. Была видна очень небольшая часть его – всего несколько миллиметров. Случайность ли это? Или именно здесь источник сока? Думаю, что это не случайность.

Роя колодец, нимфа ищет близости свежего корешка и обнажает небольшую часть его. Этот корешок – тот источник, из которого она пополняет свой запас жидкости. Она вонзает свой хоботок в корешок и пьет из него, словно из бочки, вделанной в стену. А затем взбирается кверху и продолжает свою работу землекопа и штукатура сразу. Конечно, я могу только предполагать все это: разве проследишь работу нимфы в подземном колодце.

А если корешка не окажется и запас жидкости истощится? Что тогда? Проделанный мною опыт отвечает на вопрос.

Я беру нимфу, выходящую из земли. Кладу ее на дно стеклянной трубки и покрываю слоем сухой земли в пятнадцать сантиметров толщиной. Нимфа только что вылезла из своего глубокого колодца, вырытого в более плотной почве. Сможет ли она выбраться наружу через мой тонкий слой земли? Если бы это зависело только от силы, то, конечно, нимфа прорыла бы новый колодец. Но запас жидкости истощен, а корешка в моей стеклянной трубке нет. Я опасаюсь катастрофы. И действительно, три дня нимфа выбивалась из сил, пытаясь прорыть ход в сухой земле. Стенки норки все время осыпаются, вырыть ход не удается. На четвертый день нимфа погибла.

Превращение

Выбравшись из норки, нимфа ползает и ищет какую-нибудь опору: кустик травы, соломину злака, ветку кустарника. Найдя подходящее, она всползает туда и прочно усаживается: головой кверху и уцепившись крючьями передних ног. Остальные ножки поддерживают тело, если им есть на что опереться, но нимфе достаточно двух передних: их крючки, раз сомкнувшись, словно клещи, уже не размыкаются.

Проходит несколько минут после того, как нимфа укрепилась на месте. На груди появляется первая трещина: вдоль средней линии среднеспинки. Края этой щели раздвигаются, и в ней показывается нежно-зеленая цикада. Трещина быстро увеличивается, достигает затылка и конца груди. Трескается покров головы – между глазами и впереди глаз, и показываются красные глаза. Из разрывов покровов выпячивается зеленая спина цикады. На среднеспинке это особенно заметно: выпятившаяся часть пульсирует, сюда приливает и отливает кровь.

Кожица нимфы сбрасывается довольно быстро. Вот уже освободились голова и хоботок, понемножку выходят из своих чехлов передние ноги. Последними освобождаются задние ноги. Крылья вздуваются от прилива жидкости, они еще измятые и выглядят какими-то изогнутыми дугой культяпками.

Эта первая часть превращения длится всего около десяти минут. Начинается вторая часть, более продолжительная. Теперь вся цикада свободна, только конец брюшка еще заключен в старый чехол. Сброшенная кожица крепко обхватывает ветку. Быстро высохнув и отвердев, она служит опорой цикаде при сбрасывании остатков покрова нимфы.

Опрокинувшись головой вниз, цикада повисает, удерживаемая лишь концом брюшка, все еще заключенным в чехол. Она бледно-зеленая с желтым оттенком, ее крылья отвисли и растягиваются: все сильнее и сильнее приливает в них жидкость. Наступает время освобождения брюшка. Цикада выпрямляется, изгибается, цепляется передними ногами за сброшенную кожицу и перевертывается головой кверху. Теперь у нее есть новая точка опоры – передние ноги. Цепляясь ими, она вытягивает конец брюшка из старой кожицы.

Последняя линька – превращение нимфы в цикаду.

Все! Всего полчаса заняло это превращение. Цикада полностью освободилась от кожицы нимфы. Но как еще мало она похожа на ту, какой вскоре станет. Ее крылья распущены, они тяжелые и влажные, жилки зеленые. Спинка едва буроватая, а остальное тело бледно-зеленое, местами даже беловатое. Нужно много солнца, нужна длительная воздушная ванна, чтобы насекомое окрепло и окрасилось.

Цикада прицепилась к сброшенной кожице передними ногами и висит, покачиваясь от ветра. Проходит около двух часов, пока начнется потемнение окраски. Оно протекает очень быстро: уже через полчаса цикада приобретает свой обычный цвет. Нимфа всползла на ветку и укрепилась на ней в девять часов утра, а цикада улетела на моих глазах в половине первого. Сброшенная кожица осталась на ветке. Она держится здесь так крепко, что ее не всегда срывают даже осенние ветры.

Цикада и шкурки нимф (x 1,25).

Для превращения нимфе нужно прицепиться к ветке. Притом в определенном положении: сначала головой кверху, потом перевернуться головой вниз. Что случится, если я помешаю нимфе принять нужное положение?

Я привязываю к задней ноге нимфы ниточку и подвешивав нимфу в стеклянной трубке. Она долго бьется, пытаясь перевернуться головой кверху, старается ухватиться крючками передних ног за нитку, на которой она висит. Иным это удается: кое-как перевернувшись, они превращаются в цикаду. Другие терпят неудачу. Иногда превращение начинается, но не может быть доведено до конца, и цикада погибает. Чаще же нимфа умирает еще до того, как появится первый разрыв покровов: погибает без малейшей щели в кожице.

Еще опыт. Я кладу нимфу в стеклянную банку с песком на дне. Она может ползать по песку, но ей не взобраться кверху по стеклянной стенке. Нимфа умирает: никаких превращений. Но бывают исключения: нимфа ухитрялась превратиться в цикаду, оставаясь на песке.

Такие случаи редки в природе. Возле колодца всегда найдется какой-нибудь кустик, и превращение занимает немного времени. Быстрота эта часто нарушала мои планы. Вот мне удалось увидеть нимфу, прицепляющейся к веточке. Я кладу ее вместе с веточкой в бумажный пакет и спешу домой. Всего четверть часа, и я дома. Открываю пакет: в нем сидит зеленая цикада. Проследить превращение нимфы в цикаду, сидя за столом в кабинете, никак не удавалось. Это приходилось делать в природе, тут же, где нашел нимфу.

Нахлебники цикады, оса, муравьи и жук-усач сосут и лижут сок, выделяющийся из ветки при сосании цикады. (Уменьш.)

Нимфа с такой быстротой превращается в цикаду, что невольно задаешь себе вопрос: как могли древние греки есть этих нимф? Аристотель пишет, что нимф ели. Но ведь для еды нужно наловить не один десяток, а превращение нимфы в цикаду происходит с изумительной быстротой. Однажды мы всей семьей отправились за нимфами, чтобы попробовать приготовить из них кушанье. Впятером мы добыли за два часа всего четыре нимфы. Чтобы помешать им превратиться в цикад, мы опустили их в стакан с водой и так принесли домой. Здесь мы поджарили их на прованском масле, попробовали. Их трудно было разжевать, такими жесткими они оказались. А ведь Аристотель, да и другие писали, что нимфы – лакомое блюдо. Очевидно, Аристотель повторил народные басни.