Эринкаль (СИ) - Березенкова Евгения Георгиевна - Страница 44

— А что так? Пристают?

— Да нет, что ты! Наоборот. Просто… ну, понимаешь, странные они какие-то…

— И что же странно? — Заинтересованно уточнил я.

— Да все! Молчат. На вопросы не отвечают. Представляешь, я НИ РАЗУ не видела чтобы они смеялись? Будто что-то просчитывают про себя, аж даже страшно становится представить что именно.

— Хм, не тебе одной…

— Тебе тоже так кажется?

— Что кажется? — Задумавшись, я пропустил последние слова девушки и вынужден был переспросить.

— Аль, ну прекрати, а? Или ты просто делал вид, что тебе интересно?

— Да нет, что ты? Просто отвлекся немного. Так что там тебе кажется?

— Что эти двое строят какие-то планы… и эти планы нам не понравятся.

— М-да, пожалуй, в этом я с тобой согласен.

Появление Рона, рухнувшего на явно маловатое для его габаритов место между нами, стало сюрпризом для Иссы, но не для меня, поскольку его присутствие уловил еще минут пять назад. А вот девушка раздраженно фыркнув тут же отползла подальше, продолжая дуться за вечернюю ссору.

— Исса прекрати вести себя как ребенок, — гнусаво протянул Рон, явно кого-то копируя.

— Это я то ребенок? — Праведно возмутилась сестра, оборачиваясь к обидчику. — На себя посмотри!

— Эх, каждое утро смотрю, все никак понять не могу…

— И что же?

— Чего ты там видишь кроме неземной красоты? — Рассмеялся парень.

— Печать недалекого ума! — Высказалась девушка и они дружно покатились со смеху, заставив меня поморщиться от громкости выражения чувств и удалиться в сторону костра.

Чаю хотелось просто зверски и стало уже наплевать на присутствие посторонних. Кстати, при внимательном рассмотрении, посторонних прибыло. Рядом с расслабленно потягивающим кипяточек Натаном сидел внушительного вида человек в длинном светло сером, каком угодно, но только не походном плаще и медленно помешивал содержимое своей чашки. Мужчина на первый взгляд не был похож ни на наемника, хотя его габариты и плавность жестов говорили о немалом опыте ратной службы, ни на купца, которому по рангу полагается быть более замкнутым и осторожным, ни даже на простого путешественника, уж больно цепкий взгляд улавливал за секунду все вокруг, и явно не от недостатка ума посетитель слушал баронского сынка чуть нахмурившись.

При моем приближении человек резко вздернул голову и прищурился на правый глаз от заходящего солнца, отчего моментально стал похож на добренького дядю, в отличие от предыдущего образа. Менять траекторию движения было уже поздно, да и нелепо, поэтому я опустил голову, решив не вмешиваться в дела не требующие моего присутствия, и склонился над огнем.

— Aerite'nva, dir soun tua!

Чуть слышный голос, совершенно не соответствующий моим предположениям явно принадлежал воину, а вот неожиданность приветствия на языке, которого мне не доводилось слышать уже Ларох знает сколько лет выбила из колеи окончательно, отчего я просто напросто потерял дар речи.

— Dir nua? — Переспросил человек, видимо устав ждать.

— At lan tuar, — быстро исправил ситуацию и, повернувшись уйти, вежливо уточнил. — Suf tele anir?

Как ни странно на мой вопрос могу ли уйти, человек поднялся на ноги и указал на место рядом с собой, произнеся еще одну принятую у нас ритуальную фразу, переводящуюся примерно как «не желает ли уважаемый разделить один камень на двоих».

— Te vole da'em resqua? — И завершилось все это обычным «пожалуйста». - Genva.

Отказать когда тебя просят настолько правильно я не мог, поэтому неохотно кивнул и уселся на указанное место, быстро опуская на землю свою чашку, изрядно обжегшую пальцы за время разговора. Натан тем временем с таким восхищением уставился на незнакомца, что мне стало как-то не по себе.

— О, простите, я настолько заслушался, что совершенно позабыл про элементарные нормы приличия. Забыл вас представить друг другу. Господин Дейван позвольте представить вам моего спутника — вампир по имени Аль. Аль представляю тебе господина Антонио Дейвана, одного из выдающихся торговцев Империи.

— As te' yra. — Вежливо склонил голову я не как низший перед высшим, а как равные, сразу расставив точки в предстоящем общении.

— As te' yra. — Синхронно повторил «торговец», чуть усмехнувшись губами. — Вас совсем не интересует откуда я знаю терит (язык темных эльфов и вампиров)?

— Полагаю, вы мне это расскажете и без лишних вопросов.

— Ха! Всегда любил общаться с вашими сородичами именно за неторопливость и основательность в суждениях!

— Не скажу что мое мнение о человечестве взаимно, — довольно дерзко отозвался я, решив прощупать почву.

— Не буду отрицать, — мужчина поднял вверх руки и нахмурился, — поступки моих сородичей уже давно убедили меня в мысли, что люди по большей своей части не заслуживают самого дара жизни.

— Вы настолько самокритичны? Или просто не ставите себя с ними в один ряд?

— Отчего же, — вновь усмехнулся собеседник, получая удовольствие от разговора, в отличие от все более хмурого Натана, явно расстроенного моей невежливостью, — напротив, я всегда считал, что недостоин оказанной мне чести быть meove.

Ага, ну тогда все ясно. И знание языка, и следование обычаям, и способ ведения разговоров с полным игнорированием подводных камней, о которые запнулся бы любой, кроме meove, то есть атташе по-человечески, ну или очень близко к тому. На самом деле если переводить дословно, то получится что-то вроде «голос, который слышно» или «голос, достойный быть услышанным», что точнее. Или, проще говоря, meove — человек (избранный палатой дроу, а не направленный Империей), мнение и слова которого учитываются как равного, а не пропускаются мимо ушей, как происходит со всеми остальными.

Во всем этом есть какой-то знак, не правда ли? Не кажется же мне, в конце концов? Вот какова вероятность встретить на дороге дипломата единственного в своем роде? Полагаю, усиленно стремится к нулю, а поди-ка ты, встретил ведь! И о чем же это говорит? Хм… похоже мне действительно пора домой. Стоит, наверное, задуматься и последовать настойчиво советующим знакам, а не продолжать бегать от себя. Тем более, как известно, от Судьбы не уйдешь — догонит и покарает!

— Могу предположить, что вы ошибаетесь, — с невольным уважением проговорил я, — просто так подобную честь не оказывают.

— Не знаю, — человек отмахнулся и чуть склонился ко мне, меняя тему. — Но позвольте узнать, что делает представитель перворожденных посреди Империи?

— А вот это, — тут я поддел ногтем ошейник, выразительно усмехнувшись клыками, — вам ни о чем не говорит?

— О, что вы, это говорит о многом, но если мне позволено будет предложить свою посильную помощь…

— Нет, не стоит, — быстро отрезал я, не желая вдаваться в объяснения.

— Отчего же? — Удивление, прямым текстом проступило на невозмутимом обычно лице. — Впервые сталкиваюсь с вампиром, довольным рабством!

— Для meove вы чересчур любопытны, — отрезал я, немного напрягаясь.

— Что ж, вы правы, — склонил голову собеседник, — именно поэтому я и считаю себя недостойным.

— Любопытство не всегда порок, — стоит признать очевидное, — так же, как не все вопросы должны быть озвучены.

— Еще раз прошу прощения и все же повторюсь, не могу ли я чем-либо вам помочь?

— Свои проблемы я привык решать сам, так что нет, не можете. Это была единственная причина нашего разговора? — Я отхлебнул изрядно подостывший чай и, скривившись, вернул чашку на землю.

— Я бы не решился просить… но раз уж вы спрашиваете… — Мужчина замялся. — Обычно я не покидаю Брияра, тем более последние годы. После войны многое изменилось, а посланцем я стал очень рано по людским меркам, всего в двадцать, и отношение горожан ко мне тоже изменилось, как вы понимаете, не в лучшую сторону. Я не жалуюсь, да и не на что жаловаться по большому счету, у меня дела идут вполне нормально. Сразу после войны я попробовал уехать севернее, но быстро понял, что чем дальше забираюсь от гор, тем хуже мне приспособиться к жизни. Начал путешествовать, постепенно расширяя круг, пока в одном из городов на самом севере Империи не натолкнулся на местное производство фигурок морских гадов. Творчество народных мастеров настолько запало мне в душу, что я скупил огромный запас безделушек и тронулся в обратный путь, торопясь привезти все домой. По пути, чтобы не ехать пустым, поднабрал еще всякого разного и в итоге до Брияра добрался с тремя полными обозами. Так и началась моя торговая жизнь, полная противоположность предыдущей. Правда, уже несколько лет как я устранился от дел, передав их своим трем сыновьям, и все чаще провожу время нянчась с внучками, коих имею пять штук.