Мила Рудик и Чаша Лунного Света - Вольских Алека - Страница 104

Ворота Проклятого замка были открыты.

Ромка с Милой переглянулись и, не сговариваясь, взялись за весла. Когда проплывали под воротами, Мила посмотрела вверх: над их головами угрожающе зависла открытая паучья пасть с торчащими из нее острыми клыками.

— Интересно, как здесь принимают гостей? — поинтересовался Ромка. — Стаканчик «Глазуньи» хоть предложат?

— Вряд ли, — отозвалась Мила, когда лодка погрузилась в темноту тоннеля, где их голоса отдавались эхом, отражаясь от невидимых стен.

— Это хорошо, — сказал Ромка. — А то бы я сразу повернул обратно.

Мила усмехнулась «приятным» Ромкиным воспоминаниям, пытаясь различить в темноте хоть что-нибудь. Слух улавливал звонкие клацающие звуки: судя по всему, с потолка и стен в воду падали капли влаги. Пахло сыростью и дохлыми мышами. Мила достала палочку.

— Свет! — приказала она, и тут же в темноте проступили очертания стен, а на воде появились светящиеся круги.

Арочный свод тоннеля тяжело нависал над ними, а по стенам стекали тонкие струйки воды. Впереди Мила увидела лестницу.

Когда лодка причалила к ступеням, Мила и Ромка выбрались из нее, ступив на мокрый каменный пол.

— Нам туда, — сказала Мила, кивая головой вверх, куда уходила лестница с широкими, испещренными глубокими трещинами, ступенями.

В полном молчании они поднимались по ступеням, пока не остановились перед небольшой деревянной дверью с ручкой-кольцом. Дверь была невзрачной, и даже не верилось, что она ведет в просторные и величественные залы замка. Такая дверь подходила разве что для какого-нибудь подвала.

— Ну, пошли, — сказал Ромка, дергая за кольцо.

Дверь со скрипом открылась, и, по очереди переступив через порог, ребята оказались в поистине огромной зале. Судя по высоте потолка, здесь запросто могли бы кружить в вальсе великаны. Да и ширина комнаты ничуть высоте не уступала.

Мила и Ромка с открытыми ртами шагнули вперед, и в этот момент раздался оглушительный стук захлопнувшейся двери. Заскрипели металлические запоры, и ребята поняли, что теперь они заперты в этом замке, как в ловушке.

— Ну, все не так уж плохо, — бодро сказал Ромка, хотя лицо у него было ошарашенное. — В конце концов, нам ведь назад не нужно, правда?

— Правда, — согласилась Мила, но внутри у нее все сжалось в комок.

Нужно было идти вперед, и они пошли. Стены необъятной залы тонули в темной дымке тени, а свет исходил от большой мрачной люстры с десятью дюжинами толстых свечей, не меньше.

Когда они дошли до середины залы, Миле послышалось, что где-то рядом раздался лязг металла. Она остановилась.

— Ты слышал? — спросила она у Ромки, вглядываясь в темные углы залы.

— Что? — спросил Ромка. — Я ничего не слышал. Вроде тихо.

— А я слышала какой-то звук, — упрямо сказала Мила.

Мила и Ромка торопливо приготовили палочки, выставив их вперед. Кто знает, что преподнесет им этот замок в следующую секунду? А у Милы было очень странное чувство. После короткого звука наступила оглушающая тишина — совершенно неправильная тишина.

— Мне кажется, что мы с тобой кое о чем забыли, — сказал Ромка, привлекая внимание Милы, которая уже секунд тридцать пялилась в самый темный уголок, откуда, как ей показалось, и исходил звук, но совершенно ничего не видела.

— Что?

— В Яшкиной книге, кроме всего прочего, было написано, что нашедший Проклятый замок, найдет его себе на беду. Ну, всякие глупости… вроде жутких тайн, смертоносных капканов и всего такого…

— Ну! — Мила раздраженно уставилась на Ромку, чувствуя, что где-то поблизости есть нечто такое, что ей наверняка не понравится.

Взглядом, который Миле уже страшно не понравился, Ромка посмотрел на что-то за ее спиной и сообщил:

— Кажется, это уже начинается.

Мила резко обернулась и увидела проступающий сквозь сумрак, исходящий от стен залы, силуэт рыцаря в доспехах. В следующий миг рыцарь сделал шаг вперед, выйдя из тени. В руках у него был тяжелый меч, а забрало было опущено, так что понять, скрывается ли там внутри человек или доспехи пусты, было невозможно.

От страха у Милы похолодело внутри. Она застыла с открытым ртом как оглушенная.

— По-моему, нам нужно сматываться, — громко прошептал на ухо Миле Ромка.

Рыцарь снова шагнул в их сторону, и это вывело Милу из оцепенения.

— Бежим! — крикнула она, рванувшись к единственной в зале двери.

Но далеко убежать им не удалось. Уже в следующее мгновение они попятились назад, потому что в зале начали появляться другие рыцари. Один за другим они отделялись от стен и, лязгая тяжелыми железными сапогами с дребезжащими дужками шпор, направлялись в сторону двух ребят в центре залы. Они шли отовсюду — считать их ни Миле, ни Ромке даже в голову не пришло. Но на взгляд рыцарей было около двух дюжин или больше.

— Что делать? — в панике спросила Мила.

Они с Ромкой прижались друг к другу.

— Если внутри доспехов кто-то есть, то нечего даже и пытаться, — сказал Ромка. — А если они пустые, то можно еще побороться.

— Так сделай же что-нибудь! — воскликнула Мила, поражаясь спокойствию его голоса.

— Ладно, — не очень уверенно произнес Ромка, нахмурив от каторжных усилий лоб. — Что же сделать? Снести голову… Нет, не пойдет… Э-э-э… Наслать куриную слепоту… Нет, еще хуже…

Рыцари выстроились в круг и приближались к ним, шагая в ногу. Миле всегда казалось, что хождение в ногу выглядит смешно. Сейчас она была на этот счет совсем другого мнения. Мечи в руках рыцарей угрожающе подрагивали при каждом их шаге, а лязг ботфорт о мраморный пол залы казался все громче. От этого звука сердце уходило в пятки.

— Быстрее придумывай! — крикнула Мила, тоже пытаясь что-нибудь выдумать. Но в голове, кроме отдающихся эхом шагов, ничего не было.

— Сейчас… Вода, огонь, молния… Нет, все не то… Точно! — Ромка вскинул палочку в сторону одного из рыцарей и громко выкрикнул: — Коллапсо!

Рыцарь взорвался и разлетелся на осколки, словно зеркало. Осколки разлетелись в воздухе, но уже в следующую секунду вновь превратились в металл, и рыцарь, обретя прежнюю форму, пошел прямо на них.

— Почему не получилось? — спросила Мила.

— Видимо, это не настоящий рыцарь, — с нервными нотками в голосе крикнул ей в ответ Ромка. — Это только отражение. Но ведь от чего-то они отражаются! Значит, один из них настоящий.

— И какой же? — требовательно спросила Мила.

— Не знаю! — разозлился Ромка.

Мила посмотрела в прорези для глаз на шлеме одного из рыцарей. Внутри она не увидела ничего, кроме темноты.

— Нужно взрывать их всех по очереди, — сказал Ромка и, направляя палочку уже в другую сторону, выкрикнул, — Коллапсо!

Следующий рыцарь взлетел зеркальными осколками, но тут же собрался вновь.

Мила тоже подняла палочку.

— Коллапсо!

Калейдоскопом снова вспыхнули осколки, но и этот рыцарь оказался только отражением и, не останавливаясь, продолжал идти на них.

Мила с Ромкой прижались друг к другу теснее, стоя плечом к плечу. Рыцари были уже слишком близко, и их было так много, что ребята просто не могли успеть взорвать всех и найти настоящего. Мила уже мысленно попрощалась с Троллинбургом, но в тот момент, когда Ромка в очередной раз выкрикнул: «Коллапсо!», она увидела в разбросанных в воздухе осколках вполне ясное отражение рыцаря в доспехах. Это было всего лишь отражение… но ведь отражаться может только то, что существует на самом деле. И значит, настоящий… (рыцари были уже буквально в двух шагах от них, обступив их тесным кольцом)… а настоящий рыцарь должен был быть прямо у них за спиной!

Мила резко обернулась и, интуитивно выбрав именно того, кого по ее мнению показывали зеркальные осколки, выкрикнула:

— Агглютинацио!

И тут же все рыцари, кроме одного, вспыхнули вокруг Милы и Ромки, словно разлетевшееся вдребезги зеркало, и посыпались на мраморный пол. А настоящий рыцарь, неуклюже шатаясь, скрипел и шумел своими тяжелыми доспехами, пытаясь обрести равновесие. Но приклеивающее заклинание, которым Альбина однажды пригвоздила к потолку чугунный утюг, подействовало отлично — рыцарь просто не мог оторвать ноги от пола.