Травница (И я не осуждаю тебя, Парк-авеню 79) (СИ) - "Джиллиан" - Страница 62

- Нет. Я не хочу тебе ни о чём напоминать. Я просто хочу сказать, что Сергей вряд ли откажет тебе, если ты попросишь гитару. Если хочешь, могу сама обратиться к нему.

- Почему... - он поискал слово и снова пожал плечами. - Почему ты помогаешь мне? Сначала не хотела даже разговаривать.

- Это потому, что ты обращаешься с людьми так же бросово, как с собой.

- Бросово?

- Ну, наплевательски. Себя ни во что не ставишь - и других заодно.

- Живу как могу.

- Ты мечтатель. - Я наконец решилась. - Александр... То, что я сейчас скажу... Ты можешь не верить. Я занимаюсь травами, а это относится к нетрадиционной медицине. - Я с трудом выбирала слова, чтобы он мне поверил. - И поэтому я немного знаю ещё кое-что и по другим областям эзотерики. Ты только не злись из-за того, что я тебе скажу. Понимаешь, ты не любишь Марину.

Он медленно развернулся ко мне. Лицо не возмущённое, а насторожённое. Но промолчал, и я торопливо продолжила:

- Ты любишь только мечту о ней. Она просто... ну, поразила твоё воображение, когда ты её впервые увидел. И вот что я скажу - верь не верь: тебе надо написать песню, в которой ты расскажешь о своих настоящих желаниях. Ты поёшь так, что пробирает до костей от силы твоего... обаяния. А значит, ты живёшь песней. Ты очень сильный именно пением. Но в романсе "Я не хочу, чтоб ты ему приснилась..." ты допустил ошибку. Нельзя о своих желаниях говорить, начиная со слов "не хочу". Напиши песню, в которой ты начнёшь строку со слова "хочу". Извини, не хотела так грубо вмешиваться...

- Ничего, - вяло ответил он и снова согнулся, обнимая гитару.

Я встала и нерешительно отошла от него. Так и не поняла, спрашивать ли у Сергея разрешения на гитару.

Это дикие розы, появляющиеся во время его пения, подсказали, что к Марине у него любовь не настоящая. Он пел с мечтой о ней - все песни. Но в реальности ему трудно представлялось, как бы он с ней жил. И эта-то оторванность и есть ненастоящее. Уступи ему женщина - он не знал бы, что делать дальше.

Если бы Сергей не любил Лину... Додумать не дали.

- Привет, - негромко сказал Вадим и улыбнулся.

- Привет, - сказала я и сразу повеселела, глядя на Стаха, который, привставая на задние лапы, пытался обтереться о морду Регги. Та терпела, но морду задирала высоко.

- Андрей что такой сердитый?

- Александр с утра напился. Потому что здесь Марина.

- А, тебе уже объяснили. - Он смешливо покосился на Александра, одиноко пригорюнившегося на диване, но ехидничать по его поводу не стал. - Ты что сейчас делаешь? До обеда не хочешь сбегать в овраги? Минут сорок у нас есть.

Да, всё правильно. С сегодняшними делами я совершенно забыла, что Сергей остался без травяного отвара.

- Ой, подождёшь - переобуюсь в кроссовки?

- Конечно.

Через минут пять мы уже мчались знакомой тропкой. Кот с нами не пошёл, зато Регги радостно скакала сбоку, ныряя во все кусты. А на обратном пути я спросила:

- Вадим, а вы с Алёной будете на дне рождения Сергея? Он пригласил вас?

- Если б он нас и не пригласил, мы б явились сами, - усмехнулся Вадим. И объяснил: - Когда он начал скупать здесь участки, было несколько странных случаев нападения на него. Причём нападали не те, у кого он скупал участки. Ну, а я как раз на пенсию вышел. У меня стаж очень удобный - по местам прохождения службы. Да и по работе. Купил дом в деревне - Алёна мечтала давно. Сергей со всеми новичками в округе знакомится обычно - и пригласил меня в качестве охраны. Я-то думал, работа здесь будет - не бей лежачего. Это потом пошло-поехало всё... Лето у нас в прошлом году весёлое было. Многое пережили. Хорошо, его родители не обо всех событиях знают. А в августе всё вроде затихло, и мы с Алёной уехали на море. Приезжаем в сентябре, а здесь Андрей - и Сергей покалеченный. Правда, он потом быстро на ноги встал. Никто и не подумал, что такие последствия - гангрену я имею в виду - могут быть... А ты всё ещё думаешь идти на день рождения или нет? Что мешает?

- С людьми плохо общаюсь. Особенно с незнакомыми.

- Кроме незнакомых там ведь ещё и мы будем, - улыбнулся Вадим, почти слово в слово повторив фразу Сергея.

- Ладно, подумаю, - пробормотала я привычную отмазку.

Ему хорошо говорить. Он будет с Алёной. Сергей будет с Линой. А с кем буду я?

Сразу на кухню с травами идти не решилась. Андрей на последней стадии готовки. Лучше не мешать. Так что тихонько спросила, не помочь ли чем. Велел помыть яблоки и ягоды на стол. Пока мыла, размышляла, в чём идти. Всё равно ведь идти придётся. Хоть и не хочется. Вспомнилось платье, которое мерила у той ворчливой продавщицы. Может, надо было спросить у Ани, как я в нём выгляжу? Прежде чем решительно откладывать его в сторону? Надо бы посчитать деньги. Хватит ли их на такую покупку?

Заглянула Марина, спросила, что можно нести наверх. Мы вручили ей хлебницу.

Почти следом я понеслась - с фруктовой вазой.

Сергей на подготовку к обеду не обращал внимания. Одной рукой он что-то быстро просматривал на экране компьютера, другой прижимал к уху трубку мобильника и говорил напористо и сухо:

- Нет. Вы знаете, что эта сделка выгодна для вашего банка, именно поэтому вы приедете сюда после обеда, к трём часам, для подписания бумаг... Да, все документы готовы. Осталось только подписать их... Итак, ровно в три я вас жду.

Он положил мобильный на стол и оглянулся на меня. Потом взглянул на мать - она на него. И снова отвернулся к столу. Я, озадаченная, решила всё-таки не спрашивать, чего они переглядываются... Да и не понадобилось. Марина бровями указала мне на дверь, и мы вышли. Уже здесь, в коридоре, она буквально секунду помялась и спросила:

- Оля, ты к обеду не переоденешься?

Боюсь, я покраснела, как маленькая девочка, уличённая в поедании спрятанных пирожных. Пролепетала неловко:

- Сейчас! - и дёрнула к лестнице.

И чего им всем понадобилось меня воспитывать? Ишь, к обеду переодеться. Оставили бы меня на кухне - и все дела. И во что прикажете теперь одеваться? И почему раньше никто ничего не говорил - во время завтрака, например? Всем всё нравилось.

Добравшись до комнаты, я встала перед шкафом, распахнула дверцы. Джинсы, джинсы, футболки, простенькие блузки, одна-единственная юбка. И? Что - просто надеть ненадёванные джинсы? И к ним блузку? Но у меня и эти чистые - второй день ношу...

И - прыснула от смеха. Это взгляд зацепился за край большого цветастого платка. На чёрном фоне - яркие ромашки. На рынке мы с Аней наткнулись на киоск с таким разноцветьем всевозможных платков и летних шарфов, что не смогли оторваться от него, пока не накупили по паре очень красивых и того, и другого.

Всё. Даже джинсы менять не буду. Сбросила футболку - потом снова надену. Обернула платок вокруг тела, оставив плечи открытыми. Сунула краешек сбоку, почти под мышкой, чтобы вся конструкция держалась, а на всякий случай закрепила всё сооружение тремя вязаными цветочками на булавках. Та-ак, что ещё можно сделать? А ещё можно отвлечь внимание от странной блузки, сделав странную причёску. Я распустила волосы, собрала волосы с висков - и получилось что-то вроде причёски "под Мальвину", только в диком варианте, то есть без завивки. Ужас тихий...

Похихикав, а потом, сообразив, что опаздываю, я снова заплела косу и скрутила её на затылке. Хватит с них платка в качестве топа.

Сделав постное лицо, я снова поднялась на второй этаж.

Успела вовремя. Встретили спокойно, никто не смеялся. Лина меня, кажется, вообще не заметила. Сначала. Общий разговор за столом был о пятничном событии. Марина настаивала, что нужно бы пригласить побольше гостей, Сергей нехотя отказывался, пока наконец не сказал твёрдо:

- Мама, на следующий год мы пригласим хоть весь город. Но в этом - и гостей будет мало, и разъедутся они очень скоро.

Марина осеклась - и теперь покраснела она. Сергей выглядел довольно здоровым, и она подзабыла, что ему пока трудно встречать людей, да и напряжение выдерживать.