Жизнь замечательных Блонди (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 126

— Наконец-то я слышу от тебя разумные речи, — ухмыльнулся Себастьян. — Ладно… с ней тоже что-нибудь придумаем. Есть у меня мыслишка…

Признаться, Кристиан быстро забыл об этом разговоре, поглощенный приготовлениями. И, как ни странно, все прошло, как по маслу… Ну, почти как по маслу: одного из членов комиссии, человека немолодого, пришлось вытаскивать из клинической смерти — кто-то из лаборантов напутал и пустил эротический эмулятор вместо нужной программы, вот сердце и не выдержало… Впрочем, сам человек об этом так и не узнал. Если не считать этой накладки, эксперимент увенчался успехом.

— Одно плохо, — сказал Рауль, когда вполне довольную визитом, хотя и несколько заторможенную делегацию отправили в космопорт. — Теперь эту систему придется засекретить.

— Да уж, если федералы о ней прознают, думаю, у них хватит ума сложить два и два… — отозвался Себастьян. — Ставь гриф «строго секретно, перед прочтением застрелиться».

— Но экспериментальную установку не уничтожайте, — спохватился Кристиан. — Мало ли…

— Да и для внутреннего пользования может пригодиться, — добавил Вернер…

…— Крис, а я вычислил-таки журналистку! — сообщил Себастьян Кристиану через пару недель, встретив его в коридоре.

— Какую… — Кристиан вспомнил. — О Юпитер! Как тебе удалось?

— Это уж мое дело, — отрезал Себастьян. — Но сколько мне пришлось пересмотреть отвратных шоу…

— Я выпишу тебе молоко за вредность, — перебил Кристиан. После долгого общения с Себастьяном он и сам был способен оперировать его прибаутками. — Где она?

— В гареме одного рыжего парня, — ухмыльнулся Себастьян. — Нет, не Юджила, не косись так. Другого рыжего. Самое интересное, что ей там понравилось! Она оказалась романтичной девушкой, а этот тип обожает разыгрывать сцены из Средних веков Старой Земли. Тот еще оригинал… И знаешь, что я тебе скажу?

— Что?

— В ней погибла великая актриса, — сообщил Себастьян. — Думаю, когда она соберется домой — а будет это нескоро, она там на главных ролях, — она сменит профиль деятельности. Скандального репортажа можешь не ждать, разве что мемуары.

— Ну и слава Юпитер, — улыбнулся Кристиан. — Хоть что-то хорошее!

— Привет, Даниэль, — сказал Себастьян. — Давно не виделись…

— Добрый день, — отозвался Даниэль. — Кристиан, очень удачно, что мы встретились, я как раз к вам шел…

— Как Лоренс? — поинтересовался Кристиан. Даниэль выгядел несколько озабоченным и даже печальным, и это настораживало. Вообще Кристиан отметил, что юноша здорово повзрослел за последние пару месяцев. — Все в порядке?

— Да, — лицо Даниэля озарила улыбка, и у Кристиана камень с души упал. — Если не считать того, что он умирает со скуки… и требует каждую неделю менять младший медперсонал. И еще привередничает, что симпатичных мало.

— Ему позволительно, — улыбнулся в ответ Кристиан.

— Я боюсь, как бы они его там не придушили, — серьезно сказал Даниэль. — За некоторые шуточки…

Кристиан знал, что Даниэль своим напарником очень дорожит, и после случившегося долго ходил как в воду опущенный. Вдобавок Даниэль наотрез отказался взять в пару другого специалиста, даже на время, и заявил, что Кристиан может его хоть уволить, но без Лоренса он работать не станет. Разумеется, увольнять его Кристиан не стал — он еще ума не лишился, — а «оформил» обоим курсы по повышению квалификации, так, чтобы комар носа не подточил.

— Так что ты хотел мне сказать? — вспомнил Кристиан.

— Ах да… Я узнал — совершенно случайно, кстати сказать, — начал Даниаэль, — что на Амои направляется одна довольно известная в определенных кругах персона. Причем прибудет этот человек, как турист. Но на самом деле будет собирать материалы.

— Да кто он? — удивился Кристиан.

— Известнейший социолог и политолог Федерации, — ответил Даниэль. — Он давно собирается написать книгу об Амои, но ему не хватает эмпирического материала. Вот он за ним и едет… Я решил, что нужно вас предупредить.

— Совершенно правильно решил, — вздохнул Кристиан и переглянулся с Себастьяном.

— Гость в дом… — протянул тот.

— Черт в дом… — закончил Кристиан. — Это никогда не закончится…

Портрет в интерьере

Планета Амои никогда не была колыбелью искусств. Какие уж тут искусства, когда все помыслы заняты исключительно хлебом насущным, а именно тем, как бы прожить еще один день на этой, мягко говоря, негостеприимной планете. Так что не была Амои славна ни гениями изящной словесности, ни художниками, ни музыкантами… Ученые — это да, были. Немало. А вот люди искусства, увы, встречались крайне редко. Но… все же встречались.

Так размышлял Дик Валенса, разглядывая репродукцию, за которую не так давно выложил круглую сумму. Это была копия — и довольно плохая копия — портрета работы неизвестного художника. Сказать о нем можно было только одно — художник этот происходил с Амои, но и только. Имени его для истории, увы, не сохранилось. Впрочем, не сохранилось и иных его работ — если они вообще были, — так что этот портрет был всем, что оставил после себя художник.

Даже за репродукцию Дику пришлось выложить кругленькую сумму, больно уж редкой она была. Дик бы душу дьяволу заложил за то, чтобы своими глазами взглянуть на оригинал, но… Увы, подлинник портрета хранился где-то в Эосе, куда простым смертным вход, как известно, заказан, тем более простым смертным с репутацией Дика Валенсы, а потому нечего было и мечтать о такой удаче…

Дик Валенса был, по большому счету, скупщиком и сбытчиком краденого, а специализировался он на антиквариате, в особенности — на предметах искусства. Не такое уж простое дело, если как следует разобраться. Все эти древности — вещи крайне хрупкие, и обращаться с ними надлежит с невероятной осторожностью… Это вам не драгоценные камни или даже ювелирные изделия, которые при случае можно и в кармане перевезти с планеты на планету! Зато и платят за такие штучки знатоки немыслимые деньги… Дик Валенса своей профессией гордился, а «коллеги» его уважали.

Дик много лет кочевал с планеты на планету, налаживая связи, организуя себе постоянный рынок сбыта, выискивая богатых покупателей, пока в конце концов не осел на Амои. Казалось бы — ну что здесь делать. Богатенькиз ребят, готовых выложить немереные деньги за старый глиняный горшок, здесь не так уж и много. А если у этих ребят и появляются лишние деньги, то они предпочтут потратить их на какой-нибудь галактический круиз или, скажем, на новую воздухоочистительную установку… Но в то же время здешняя полиция не особенно-то и присматривается к владельцу маленького скромного магазинчика, спрятавшегося между высотными домами в Мидасе. Ну торгует парень какими-то черепками, еле-еле сводит концы с концами, ну и Юпитер с ним. Мало кто здесь мог оценить истинную стоимость перевозимого Диком товара, а потому Амои стала для него идеальной перевалочной базой.

Вообще-то, за свою не столь уж долгую жизнь Дик успел правдеными и неправедными способами заработать столько, что вполне мог уже удалиться на покой. Впрочем, о покое он пока не думал, ибо не мог существовать в бездействии. Тот факт, что он мог ни в чем себе не отказывать, Дик использовал таким образом, что позволял себе браться только за самые интересные дела. Вот как этот портрет, к примеру…

Никакого заказа на него Дику не поступало. О нем вообще мало кто слышал. Дик нашел описание картины в каком-то старом альманахе, потом разыскал фотографии… а после этого попросту заболел этой загадочной вещью. Ну что, казалось бы, интересного, может быть в картине неизвестного художника всего лишь вековой давности, да к тому же сомнительной художественной ценности? Дику в руки попадали вещи куда более древние и дорогие. Но… Дик тоже был в своем роде человеком искусства. Старинное колье ничего не стоило в его глазах, если с ним не была связана какая-нибудь кровавая или загадочная история. А этот портрет был куда как загадочен!.. И вот, наконец, ему удалось раздобыть репродукцию этой картины…