Жизнь замечательных Блонди (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 195

— Непременно, Крис! — заявил Себастьян. — Там может столько всего стоящего оказаться! Думаю, и Рауль заинтересуется, там должна быть хорошая гидропоническая система… Да и вообще он антиквариат любит!

Кристиан представил такой вот экспонат в «скромном» домашнем музее Второго Консула и не смог сдержать улыбки.

— К тому же по пути наверняка шел сбор информации в автоматическом режиме, — подал голос Алистер. — Это тоже немалоинтересно! Не говоря уже об исторической ценности данной информации и о тех сведениях, что экипаж мог собрать в начале экспедиции, когда все шло… э-э-э… в нормальном режиме.

— Хорошо, — сдался Кристиан. Впрочем, ему и самому было чертовски любопытно. — Даю вам добро. Но как это утаить от Федерации? Ведь непременно подымут вой по поводу исторического наследия Старой Земли, и будут, кстати, правы, Амои-то к запуску этого корабля никакого отношения не имеет!

— Придумаем что-нибудь, — отмахнулся Себастьян. — Надо Кайлу сказать, чтобы в курсе был, он их заговорит до полусмерти. А пока суд да дело, мы успеем разобрать эту железяку по винтикам…

Кристиан вздохнул и прикрыл глаза. А день так хорошо начинался…

«…А день так хорошо начинался…» — подумал Эмиль Кан и тяжело вздохнул. Впрочем, считать хорошим началом дня подъем по тревоге в половине пятого утра, веселенькую гонку по еще пустому, слава Юпитер, шоссе, а потом нудное руководство спасателями… Нудное — и опять-таки слава Юпитер! Потому что взрыв прогремел в подземке не в час пик, а ранним утром, когда станции еще не открылись, и пострадал только малость придурковатый уборщик, которому досталось кирпичом по голове. (Надо сказать, что после этого происшествия бедолага перестал шепелявить и заикаться и начал заметно быстрее соображать.)

Хорошо-то оно хорошо, но вот гадай теперь: то ли у проклятых террористов что-то замкнуло не вовремя, и теперь остается только благодарить всех ведомых и неведомых богов за такую удачу, то ли это было предупреждение, и теперь взрыва следует ожидать уже в переполненном людьми вагоне… От подобных мыслей настроение у Эмиля испортилось окончательно и бесповоротно, поэтому он не преминул испортить его и своему заклятому другу (или лучшему врагу, это как посмотреть), Вернеру Дирку. В конце концов, прочесывать станции в поисках заложенных взрывных устройств и выставлять патрули вменялось в обязанности главе службы безопасности, а никак не начальнику департамента чрезвычайных ситуаций!..

Можно представить, как обрадовался Вернер, когда жестокосердный Эмиль поднял его, чрезвычайно уставшего после суточного сидения в засаде и последующего допроса арестованных бандитов, ранним утром и заставил заниматься нуднейшим и скучнейшим делом — обеспечением безопасности граждан! Вернер логично предполагал, что граждане этой заботы все равно не оценят, более того, начнут возмущаться, когда бдительные патрульные примутся проверять документы у подозрительно выглядящих людей с еще более подозрительным багажом. Однако работа есть работа, и, стиснув зубы, Вернер отдал необходимые распоряжения.

Впрочем, как выяснилось, у Эмиля было чем подсластить пилюлю. Правда, он благоразумно придержал интересные сведения до тех пор, пока Вернер не сделал все, что от него требовалось, и только потом выложил кое-какие любопытные детали об этом теракте, будь он неладен, после чего с удовольствием мог наблюдать, как с Вернера слетают остатки сна, дурное настроение как рукой снимает, и начальник службы безопасности делается похож на охотничью собаку, учуявшую неподалеку редкую дичь.

— Вернер, спокойнее! — Эмиль счел своим долгом слегка умерить пыл коллеги. — А то знаю я тебя…

— Что ты знаешь? — моментально окрысился Вернер. — Сам же заявил, что дело в моей компетенции, а не в твоей, так что теперь не лезь в расследование!

— Да флаг тебе в руки! — рассердился Эмиль. — Только имей в виду, я тебя предупредил: если ты будешь действовать, как обычно, с рывка, с тычка, то опять возьмешь исполнителей, а главари успеют уйти, пока ты этих мелких сявок трясти будешь!

— То есть ты хочешь сказать, — недобрым тоном начал Вернер, — что я разучился расследовать преступления, так, что ли?

Кот на его плече, уловив, что хозяин не на шутку рассердился, встопорщил усы и коротко мявкнул, выражая неудовольствие. Впрочем, его обожаемый хозяин так часто ругался с Эмилем, что кот привык не обращать на это внимания. Вот был бы на месте Эмиля кто-нибудь другой, тогда кот с превеликим удовольствием вступился бы за Вернера и вцепился всеми когтями в физиономию нахалу, а так… довольно будет и мяуканья…

— Опять ты все перевернул! — тяжко вздохнул Эмиль. — Как с тобой трудно, гений сыска! Я просто имел в виду, что ты — увлекающаяся натура. И вот именно сейчас так увлекся, что тебя надо немножко придержать, чтоб ты дров не наломал.

— В виду он имел… — проворчал Вернер. — Знаю я тебя, опять решил поучаствовать?

— Конечно! — ответил Эмиль. — Разве можно оставить тебя без присмотра, ты же полгорода вдребезги разнесешь!.. Да и, в конце концов, меня это дело тоже касается. И что бы ты делал без моейинформации?

— Через полчаса моиэксперты выдали бы мне точно такую же информацию, — не остался в долгу Вернер, и, продолжая препираться, оба Блонди отправились в штаб-квартиру, разрабатывать план операции по захвату очередной преступной группировки…

…— Ну что там? — полюбопытствовал Кристиан, когда поздно вечером к нему в кабинет, как обычно, без приглашения ввалился Себастьян Крей.

— Где? — сделал тот вид, будто не понял. — А, ты «Гондурас» имеешь в виду… Все нормально. Вывели на орбиту.

— Вот название несуразное, — улыбнулся Кристиан. — Почему «Гондурас», ты не в курсе, случайно?

— Совершенно случайно в курсе, — ослепительно улыбнулся Себастьян и уселся на подоконник. — Экспедиционных кораблей строили много, участвовало в этом множество стран — ты же знаешь, на Старой Земле в те времена не было единого государства, — ну и спорили по поводу названий. Всем хотелось быть увековеченными… В конце концов решили называть корабли по странам мира. По алфавиту. А их было больше двухсот, причем выяснилось, что основные космические державы оказываются ближе к концу списка, представь, какая незадача! — Кристиан невольно улыбнулся. — Тогда решили тянуть жребий, чтобы никому не обидно было. Ну и вот… как нарочно, выпадали названия вроде этого злосчастного «Гондураса»…

— Откуда ты только это знаешь? — покачал головой Кристиан, в который раз поражаясь тому, каким только хламом не забита голова начальника транспортной системы Амои.

— Да это во всех энциклопедиях есть, — удивленно ответил Себастьян и добавил, подумав: — Я бы лучше спросил, почему этого не знаешь ты!

— Вот мне больше голову занять нечем! — фыркнул Кристиан. — Ладно. Расскажи лучше, что там у тебя происходит?

— А что может происходить, говорю же — все в порядке, — пожал плечами Себастьян. — Дольше всего рассчитывали траекторию, по которой эту громадину надо на орбиту выводить. Задействовали все буксировщики и патрульные катера, с третьей попытки сдвинули корабль, сейчас он уже на орбите.

— И когда ты намерен туда отправиться? — приподнял бровь Кристиан.

— Да прямо сегодня, — ответил Себастьян. — Что тянуть-то? Времени у нас не так уж много, как говорится, слона в мешке не утаишь, эту штуку с любого пассажирского корабля невооруженным взглядом заметить можно, я уж молчу о приборах…

— Шила, — поправил Кристиан.

— Что?

— Правильно — шила в мешке не утаишь, — повторил Кристиан и ехидно улыбнулся.

— Зато «слона в мешке не утаишь» — забавнее, — не остался в долгу Себастьян и тут же пустил ответную шпильку: — И с каких это пор ты увлекся древним фольклором?

— С тех самых, как перестал тебя понимать, — парировал Кристиан, улыбаясь. Пикироваться с Себастьяном было делом нелегким, но приятным… — Хорошо, о чем ты там говорил?

— О том, что не сегодня-завтра федералы пронюхают, какая замечательная штуковина кружит у нас на орбите, и решат, что она им тоже пригодится, — произнес Себастьян. — Поэтому я предлагаю поторопиться, оповестить всех заинтересованных лиц и заняться «Гондурасом» вплотную.