Сатанизм для интеллигенции - Кураев Андрей (протодиакон) - Страница 115

115

Этой формулой почему-то принято высмеивать христиан. Но за все годы моей церковной жизни мне не доводилось видеть ни одного христианина, у которого были бы шишки на лбу от поклонов. А вот в Шамбале такие люди, оказывается, имеются. «Второй вид коленопреклонения совершают, простираясь на землю во весь рост. Поскольку по ритуалу полагается стукаться лбом об пол или о землю, в зависимости от места совершения поклонов, на лбу набивается синяк и образуется опухоль, а иногда даже рана. По особому внешнему виду опухоли и ран знатоки узнают причину их возникновения, а также определяют, дал ли ритуал желаемые результаты»1079.

Лишь в литературе я могу найти примеры усиленного «биения челом» – но тот контекст, в котором стоят эти образы, никак не располагает к циничности:

…Храм Божий на горе мелькнулИ детски-чистым чувством верыВнезапно на душу пахнул.Нет отрицанья, нет сомненья.И шепчет голос неземной:«Лови минуту умиленья,Войди с открытой головой.Войди! Христос наложит рукиИ снимет волею святойС души оковы, с сердца мукиИ язвы с совести больной»…Я внял… Я детски умилился…И долго я рыдал и билсяО плиты старые челом,Чтобы простил, чтоб заступился,Чтоб осенил меня крестомБог угнетенных, Бог скорбящих,Бог поколений, предстоящихПред этим скудным алтарем!

Конечно, у Некрасова это – стилизация («лови минуту умиленья»), это не столько молитва, сколько мечта о молитве… Не вполне ясно, кается ли Некрасов перед Богом или перед народом, который молится этому Богу… И все же – представим, что в эту минуту Клизовский заглянул бы в этот храм.

Но дело не в оценке коленопреклоненной молитвы (хотя и так вполне очевидно, что есть такие мысли и чувства, которые во всяком случае труднее лелеять в сердце, стоя на коленях, чем сидя в кресле). Вопрос, поставленный Клизовским – это не вопрос об обряде, об образе молитвы. Это вопрос о Боге и об отношениях Бога и человека.

Клизовский прав: между его пониманием Фемиды и евангельским возвещением Бога не может быть ни примирения, ни компромисса. Тут и в самом деле «нужна максимальная честность и непредвзятость мысли, чтобы констатировать всю жизненную реальность того, что люди называют судьбой. Можно сказать так: понятие судьбы перестает играть доминирующую роль только в мировоззрении абсолютного теизма. Тут перед нами жесточайшая и беспощаднейшая, свирепейшая дилемма: или есть в бытии абсолютная целостность, включая все пространства и все времена, включая всю осознанность этого бытия и все его сознательное направление – и тогда существует Божество как Абсолютная Личность и тогда, в конечном счете, нет никакой судьбы, а есть только, самое большое, временное человеческое неведение, или не существует никакой абсолютно-личностной гарантии в бытии, тогда человек ничего не знает о реальном протекании бытия не в силу своей временной ограниченности, но в силу того, что вообще ничего нельзя узнать о бытии в том смысле, что там и узнавать-то нечего, то есть тогда – фатализм и судьба».

И тогда, при отвержении Личного и Живого Бога, каяться действительно бесполезно. «Живая этика» налагает запрет на покаяние и исповедь. Именно когда речь заходит об исповеди, Рерих говорит: «В чем заключается самый тяжкий грех церкви? Именно в том, что церковь, на протяжении веков, внедряла в сознание своей паствы чувство безответственности»1081. «Да, именно в этом внедрении в сознание с детских лет, что у человека есть мощная заступница-церковь, которая за пролитую слезу и некоторую мзду проведет его к вратам рая, и заключается тяжкое преступление церкви. Церковь дискредитировала великое понятие Божественной Справедливости»1082. Итак, вина Церкви – в замене закона «собаке собачья смерть» на проповедь милости и любви. Вина Церкви в том, что она проповедовала свободу и покаяние, призывала к раскаянию и исповеди и говорила, что не все предрешено, что человек хозяин своего сердца, а не «космические законы кармы и справедливости»1083. Вместо «Кармы-Немезиды, рабыней которой является Природа»1084 , Евангелие возвестило прощение. Вместо оккультной веры в то, что «Светила предопределяют весь путь» (Беспредельное, 304), Церковь возвестила свободный диалог воли Бога и воли человека.

И этого оккультизм простить ей не смог.

Важнейший постулат оккультизма гласит, что Бог не может и не смеет прощать. «Никто, даже Высочайший Дух не может простить содеянных прегрешений, ибо это противоречило бы закону кармы» (Е. Рерих)1085. Бог не свободен прощать, потому что Сам подчинен закону Кармы. Однако с точки зрения христианской философии, существо, которое подчинено чему-то иному, чем оно само, не может считаться Абсолютом. Но в теософии этот запрет логичен. Ведь Бога вне мира нет. Более того, Божество само постепенно развивается внутри мира. Естественно, что, развиваясь по общемировому закону кармы, оно и не может быть от него свободно. Так что здесь внутренне необходимая логическая связь: или мы признаем, что Бог может прощать людей, а значит, Он свободен от кармической необходимости, что, в свою очередь, означает, что Бог не включен в мир, и, следовательно, мир сотворен Богом; или же мы считаем, что мир совечен Божеству, и последнее подчинено закону кармы и ничем не может защитить нашу свободу.

Кант из феномена человеческой свободы выводил существование Бога. Из этого же феномена можно вывести суждение о том, что мир сотворен Богом «из ничто». Человек может быть свободен от мира только в том случае, если свободен от мира Бог. Ибо если Бог не свободен, но скован миром, то Он не может быть гарантом человеческой независимости от причинно-следственных цепей.

Свобода человека нуждается в свободе Бога. И поэтому Климент, борясь с античным пониманием фатума, настаивает и на свободе Бога: «Господь благ не независимо от своей воли, как огонь, который, и не желая того, обладает согревающей силой. В полноте свободы своей воли Он осыпает своими щедротами того, кто добровольно бросается в Его объятия» (Строматы, VII,7).

Бог свободен. И, значит, он может весь ход мировых событий повернуть так, чтобы у человека была возможность выжить даже при самой страшной и самой настойчивой его ошибке.

Но теософское утверждение автоматичности кармического закона не может признать за Богом свободы прощать. Г-ну Клизовскому бесполезно напоминать, скажем, евангельскую сцену о женщине, обвиненной в прелюбодеянии. Он убежден, будто «воздаяние за свои дела человек получает не от Господа, но мудрый космический закон отмечает каждый человеческий поступок»?1086 Христос не имел права простить блудницу.

Когда христианство говорит о Божием Суде, оно мыслит его не как безглазую Фемиду. Оно утверждает самодержавие Бога над миром в надежде, что у монарха есть исключительная привилегия миловать там, где закон велит карать. Напоминанием именно об этой привилегии монарха авторитетнейший русский богослов ХХ века В. Н. Лосский закончил статью о том, что значит Господство Бога: «Высочайшее право Царя есть милосердие»1087.

Через всю христианскую литературу проходит уверенность в том, что Бог выше справедливости. Евангелие началось с возвещения о том, что Любовь выше справедливости и закона. Преп. Исаак Сирин пишет: «Не называй Бога правосудным. Хотя Давид называет Его правосудным и справедливым, но Сын открыл нам, что Он скорее благ и благостен… Почему человек называет Бога правосудным, когда в главе о блудном сыне читает, что при одном сокрушении, которое явил сын, отец прибежал и упал на шею его и дал ему власть над всем богатством своим? Где же правосудие Божие? В том, что мы грешники, а Христос за нас умер? Где воздаяние за дела наши? (Слово, 60). А в „Древнем Патерике“ описывается, как именно Диавол просит Бога, чтобы Тот справедливо судил людей, по делам их – в обоснованной надежде, что в этом случае Бог должен будет отречься от всего человечества1088 …

вернуться

1079 Давид-Ноэль А. Мистики и маги Тибета. – М., 1991, с. 181.

вернуться

1081 Письма Елены Рерих 1929-1938. Т. 1, с. 279.

вернуться

1082 Письма Елены Рерих 1929-1938. Т. 1, с. 280.

вернуться

1083 Конечно, эта антипокаянная проповедь чрезвычайно уместна в постсоветской России. Уместна и созвучна пафосу «исторического оптимизма», полагающего, что любые грехи искупаются и покрываются просто течением событий, «ходом истории». Одна из самых ярко антихристианских черт современного сознания сказалась в популярной детской песенке из мультфильма о Чебурашке: «Если мы обидели кого-то зря, Календарь закроет этот лист. К новым приключениям спешим, друзья! Эй, прибавь-ка ходу, машинист!». Покаянию здесь явно нет места. Грехи и обиды покрываются «календарем», то есть чисто механическим течением событий – судьбой – кармой. Грех не изживается, не исцеляется покаянием и прощением, а просто оставляется в прошлом. Вообще к Чебурашке я отношусь хорошо, и к сказке тоже – там более чем достаточно светлых и добрых мест. Но вот мультфильмовская песенка, столь азартно распевавшаяся не только на детских, но и на взрослых посиделках, боюсь, наложила свой недобрый отпечаток на многие души, утвердив их в беспокаянном житии.

вернуться

1084 Блаватская Е. П. Тайная Доктрина. Т. 2, с. 379.

вернуться

1085 Письма Елены Рерих 1929-1938. Т. 1, с. 440.

вернуться

1086 Клизовский А. И. Основы миропонимания новой эпохи. Т. 1, с. 133.

вернуться

1087 Лосский В. Н. Господство и Царство (эсхатологический этюд). // Богословские труды. ј8, – М., 1972, с. 214.

вернуться

1088 см. Древний патерик. с. 366.