Высший Дерини - Куртц Кэтрин Ирен - Страница 71

— Они не чистокровные Дерини, — согласился Арлиан, — однако их вынуждают действовать, как чистокровных. Вы возражаете против Моргана и Мак Лейна?

— Но они же Дерини только наполовину! — воскликнула Вивьена. — Почему мы из-за них должны менять свои законы?

— Черт возьми! — выругался Арлиан, ударив кулаком по столу, и вскочил на ноги. — Неужели вы так слепы, так связаны законами и догмами, что мы должны погибать из-за этого?

Он вскочил из-за стола, подбежал к золотым дверям и встал, ожидая, когда они откроются перед ним.

— Я сейчас вернусь, милорды. Так как меня вызвали на поединок, я требую рассмотрения этого на Совете. И в заседании должны принять участие мои союзники — Дерини они или нет. Я думаю, сейчас самое время встретиться с ними!

С этими словами он повернулся и исчез за огромными золотыми дверями.

Члены Совета остались, будучи не в силах произнести хотя бы слово.

Но буквально через несколько секунд двери отворились снова, и на пороге появился Арлиан в сопровождении троих людей. Едва они вошли, послышались возгласы неодобрения. Лоран вскочил на ноги и попытался что-то сказать, но взгляд Арлиана остановил его, и он опустился на место.

Арлиан подошел к своему креслу и подождал, пока Келсон, Морган и Дункан встанут рядом с ним. И только потом обратился к членам Совета:

— Милорды и миледи, надеюсь, вы простите мою дерзость, выразившуюся в том, что я привел этих людей сюда, но вы сами вынудили меня к этому. Ведь если бы мне пришлось ввязаться в битву, в которой я считался бы тем, кем меня признают в обществе людей, то мне все равно пришлось бы прибегнуть к защите древних законов. Но вместе со мной в битве должны участвовать и мои менее защищенные коллеги. А поскольку известно, что где тонко, там и рвется, то я, следовательно, должен просить защиты и для своих друзей. Каждому из нас должна быть гарантирована ваша защита.

Милорды и миледи, я представляю вам Его Величество Келсона Синила Риса Энтони Халдана, короля Гвинеда, принца Меары, господина Ремута и лорда Пурпурного Марта.

Лорда Аларика Энтони Моргана, герцога Корвина, господина Корота и Чемпиона Короля.

А также монсеньора Дункана Говарда Мак Лейна, исповедника Его Величества, а теперь, после злодеяний Венсита из Торента, герцога Кассана и графа Керни. Его отец вчера был казнен Венситом.

Каждый из этих людей, по нашим стандартам, является полукровкой Дерини, но если судить по результатам нашей последней встречи — чистокровными Дерини.

Он повернулся к тем, кого привел сюда.

— Сэр, милорды. Я хочу представить вам Совет Камбера.

Трое вновь прибывших поклонились, а затем Морган обратился к Арлиану:

— Ваше Преосвященство, могу я задать несколько вопросов?

— Конечно!

— Вопросы будем задавать мы, сэр, — повелительным тоном прервала его Вивьена. — Почему вы решили явиться на Совет?

— Нас пригласил милорд Арлиан, миледи. Как я понимаю, Совет принадлежит всем Дерини.

— Это опора древних обычаев, — холодно ответила Вивьена. — Можете ли вы, полукровки, участвовать в Совете?

Морган поднял бровь и обратил свои широко раскрытые невинные глаза на величественную леди.

— Конечно, миледи. Наш король имеет полное право. Ведь если я не ошибаюсь, вы приняли участие в борьбе короля с леди Чариссой. Я уверен, что без вашего участия наш король не смог бы обрести силы и умение, чтобы справиться со своим смертельным врагом.

Вивьена раздраженно ответила Моргану:

— Да, с Келсоном все ясно. Ваш Халдан — редкое исключение. Со стороны матери он чистый Дерини, хотя она и скрывала это. А со стороны отца он принадлежит к тем, кому Камбер передал могущество Дерини. Так что его мы можем считать одним из нас. Он всегда мог рассчитывать на нашу защиту, хотя и не знал об этом. И сейчас он ее получит, как и лорд Арлиан. Совет будет защищать их двоих.

— А я? А Дункан?

— Вы оба рождены от сестер, чистокровных Дерини. Но отцы ваши — люди, и, следовательно, мы не можем признать вас своими.

— А каково ваше могущество? — спросил Тирсель, без колебаний перебивая Вивьену. — Морган, это правда, что вы можете исцелять?

Морган посмотрел в глаза Тирселя де Кларана, а затем окинул взглядом лица всех членов Совета. Все ждали: одни — с симпатией, другие — с неприязнью, и Морган внезапно почувствовал, что ему не стоит раскрывать здесь свою способность. Он взглянул на Арлиана, как бы прося совета, но на лице того ничего не отразилось.

Ну что же. Он должен изменить тактику. Он должен перевести весь Совет в защиту, он должен дать им понять, что с ним, Морганом, хотя он и полукровка, следует считаться.

— Можем ли мы исцелять? — переспросил Морган. — Может быть, мы позднее и скажем вам об этом. А сейчас я хочу, чтобы вы удостоверили наш с Дунканом статус. Если нас могут вызвать на поединок магий, ссылаясь на то, что наши матери — Дерини, то мы должны пользоваться правом защиты. Ведь если мы можем только подвергаться опасности, так как в нас течет кровь Дерини, но не имеем права на защиту, то где же справедливость?

— Вы взываете к нашей справедливости? — осторожно спросил Моргана Корам.

Морган ответил ему:

— Я прошу вашей справедливости там, где мы не можем защитить свои жизни, сражаясь на равных. Если вы откажете нам в защите, полагающейся нам по праву рождения, и принудите сражаться против чистокровных Дерини, к тому же тренированных, то вы будете ответственны за наши жизни.

Слепой Баррет повернулся к Арлиану и кивнул:

— Попросите ваших друзей подождать за дверью. Этот вопрос требует обсуждения, и я не хочу выносить наши внутренние разногласия наружу.

Арлиан повернулся и тихо обратился к своим коллегам:

— Подождите за дверью, милорды, пока я не позову вас.

Как только за ними закрылась дверь, вскочил Торн Хаген и стукнул пухлым кулаком по столу.

— Это неслыханно! Мы не можем предоставить защиту Совета двум полукровкам! Вы же слышали, как высокомерен этот Морган! Вам это нравится?

Баррет медленно повернулся к Кораму, полностью игнорируя выходку Хагена.

— Что ты думаешь, Стефан? Мне нужен твой совет. Может быть, нам вызвать сюда Ридона и Венсита и потребовать их объяснений по этому поводу?

Светлые глаза Корама потемнели, на лице появилось выражение решимости.

— Я буду протестовать против вызова посторонних на Совет, особенно тех двоих, кого ты назвал. Здесь уже были трое чужих. Думаю, на сегодня нам этого достаточно.

— О Стефан, — мягко упрекнул Баррет. — Мы все знаем, как ты относишься к Ридону, и это длится уже много лет. Но вопрос очень важен. Отбрось свою неприязнь к Ридону ради нашего общего блага.

— Это не общее благо. Это вопрос безопасности двух полукровок Дерини. Конечно, Совет имеет право вызвать Венсита и Ридона, но это совершится без моего согласия и без моего участия.

— Ты уйдешь из зала заседаний? — спросила Вивьена.

На ее лице было написано изумление.

— Да.

— Мне бы тоже не хотелось видеть здесь Ридона, — сказал Арлиан. — Он не знает, что я Дерини, и пусть это останется для него тайной как можно дольше. Это может помочь моему королю во время поединка, если дело дойдет до него.

Баррет медленно кивнул.

— Да, веская причина. То же можно возразить и против приглашения Венсита. Совет согласен? А каково ваше отношение к Моргану и Мак Лейну? Считаете ли вы, что они подлежат нашей защите?

Тирсель воскликнул:

— Конечно! Ведь Венсит не только смошенничал, объявив о присутствии на поединке представителей Совета, но он привлек к участию в поединке двух человек, в могуществе которых можно сомневаться: в них нет ни капли крови Дерини. А поэтому почему бы нам не согласиться стать арбитрами в этой схватке? И пусть представители Совета присутствуют на завтрашнем поединке и обеспечивают защиту всех восьми участников. Это чистая формальность, предостерегающая от вероломства любую из сторон. Результат будет определяться только искусством и могуществом участников.