Судьба моя - Тейлор Дженел - Страница 55

На рассвете уставший от преследования Острожный Волк предупредил Кайони:

– Нам надо быть очень осторожными. Одноглазый хитер и дерзок. Он отыщет такое место, где сможет остановиться и напасть на нас внезапно.

– Он знает, кто мы и что мы сделали. Поэтому хочет нас убить. Но почему бы нам снова не перехитрить его? – предложила Кайони и поведала свой план. Девушка тоже с трудом держалась в седле, но мысли ее были ясными.

– Любимая, то, что ты придумала, просто замечательно, – похвалил ее Осторожный Волк, когда Кайони закончила свой рассказ.

Какое счастье, думала Кайони, что Тука такая выносливая и быстрая лошадь. Девушка была благодарна ей за послушание, силу и опытность. Напоив Тука из своих ладоней, Кайони отпустила ее попастись, а сама вместе с Майей забралась на холм и принялась следить за противником. Как и Тука, она была измучена скачкой на протяжении двух дней и ночей погони. Лежа рядом с Майей, девушка старалась не заснуть и быть начеку.

В конце концов, Кайони увидела приближающегося Одноглазого. Она знала, что он не заметит ни ее, спрятавшуюся в кустах, ни лошадь, пасущуюся за холмом. Их враг не догадается, что они разделились и обогнали его с двух сторон. Кайони получила тому подтверждение, когда увидела, что ворон остановился и посмотрел назад. Ее расчеты были верными. Они с Осторожным Волком правильно определили, в какую сторону направится Одноглазый. Если все сложилось благополучно и Ата помог им, то теперь ее возлюбленный должен был находиться на одном из холмов за деревьями недалеко от того места, к которому ехал их враг.

Крик Осторожного Волка нарушил тишину еще не проснувшегося леса.

– Хауате-Иште, Осторожный Волк вызывает тебя на смертельную схватку! Ты боишься сразиться со мной? Ты поэтому бежал от меня?

Застигнутый врасплох, ворон резко натянул поводья своей лошади. Та встала на дыбы, и Одноглазому пришлось вцепиться ей в гриву, чтобы не свалиться на землю. Он выхватил лук и выпустил в чейенна стрелу, после чего принялся оглядываться в поисках тива и похожего на призрака волка.

Кайони и Майя не двинулись с места, чтобы Одноглазый не заметил их численного преимущества и не сбежал. Она обратила внимание, что на нем, как и на его лошади, не было никаких украшений и отличительных знаков. Несомненно, им были приняты все меры предосторожности перед налетом на лагерь чейеннов.

Осторожный Волк рассмеялся:

– Ты боишься сразиться со мной лицом к лицу? Опасаешься, что я более опытный воин, чем ты? Ты слаб и труслив!

– Ты снова хочешь обмануть меня. Где твои помощники? – закричал Одноглазый.

– Они устали и вернулись в лагерь. Но Осторожный Волк не прекратит погони, пока Хауатс-Иште не сразится с ним.

Кайони натянула тетиву своего лука, готовясь выстрелить, если это решит сделать враг. Майя едва сдерживался, чтобы не броситься на него.

Но оба были уверены, что с Осторожным Волком ничего не случится.

– А где волк, который был с тобой? – спросил Одноглазый.

– Он напарник тива и слушается только его.

– Они дважды провели меня! Они хитрые, но глупые. Когда ты умрешь, я догоню и убью их.

– Но только после того, как сразишься со мной, птичий выкормыш. Хотя после этого ты будешь мертв и не сможешь больше никого убивать.

– Если это будет честный бой, я одержу над тобой победу.

– Даю тебе слово Осторожного Волка. Бросай свой лук и подъезжай ко мне. Я сделаю тоже самое.

Воины выехали навстречу друг другу и спешились. У обоих в руках были зажаты ножи. Они принялись осторожно двигаться по кругу, стараясь не оступиться. Каждый внимательно разглядывал противника, изучая его слабые и сильные стороны. Оба мужчины были измотаны долгой скачкой и находились не в лучшей форме, но глаза их горели взаимной ненавистью.

Осторожный Волк, усмехаясь, смотрел на повязку Одноглазого. Он решил использовать неспособность врага видеть левым глазом и начал заходить с этой стороны. С быстротой пумы чейенн бросился на своего врага.

Реакция Хауатс-Иште была быстрой, но не настолько, чтобы уберечь от пореза левую руку. Развернувшись лицом к противнику, ворон накинулся на него, быстро размахивая ножом. Чейенну пришлось спешно отступить, что вызвало ядовитый смех у Одноглазого. После неудачной атаки он предпринял еще одну попытку вывести чейенна из себя.

– Что же ты убегаешь от меня, как заяц от когтей орла? – насмешливо спросил он, маня к себе пальцем отступившего воина. – Иди сюда, сразись со мной, слабак, если у тебя еще остались силы.

Осторожный Волк бросился вперед, уклонился от занесенного ножа и ударил Хауате-Иште плечом в грудь. Одноглазый упал на траву, но мгновенно перевернулся через голову и вскочил на ноги. Пока он это делал, Осторожный Волк пытался выбить у него нож, но ворон крепко сжимал оружие. Тогда чейенн прыгнул на Одноглазого, и оба мужчины покатились по земле. Они обрушили друг на друга град ударов, их покрытые потом, облепленные грязью и травой тела переплелись.

Чтобы лучше видеть происходящее, Кайони встала. Сердце ее билось тревожно, во рту пересохло. Девушка не отрываясь смотрела на яростную схватку. Она не могла допустить гибели своего возлюбленного, поэтому держала лук наготове. Но ее положение было весьма сложным, ведь она обещала Осторожному Волку не вмешиваться. Если она это сделает, то он решит, что она сомневается в его способности одержать победу.

Майя тоже в напряжении смотрел на происходящее. Он был готов напасть на врага по первому сигналу Кайони или даже до него, если решит, что хозяйка слишком медлит и подвергает опасности жизнь его друга.

Хауатс-Иштс опрокинул Осторожного Волка на спину и занес над ним нож, готовясь поразить чейенна в самое сердце. Правая рука Одноглазого была зажата его противником, поэтому он использовал левую руку для нанесения смертельного удара. Острое лезвие все ближе и ближе подбиралось к груди Осторожного Волка. Кайони и Майя уже собрались прийти чейенну на выручку, когда тот выгнул спину и рывком подался вперед. Одноглазый свалился с него, перекатившись через голову. Осторожный Волк упал на четвереньки, затем встал.

Хауате-Иште тоже поднялся на ноги. Противники снова бросились друг на друга. Их мышцы ныли от напряжения, а руки, сжимавшие ножи, едва не сводило судорогой. Осторожный Волк нанес Одноглазому удар в плечо. Уклоняясь от ответного удара, чейенн сорвал повязку с левого глаза ворона. Тот инстинктивно поднял руку, прикрывая пустую глазницу. Этой заминки оказалось достаточно для того, чтобы Осторожный Волк нанес врагу последний смертельный удар.

Одноглазый упал на землю. Жизнь покидала его.

– Хауате-Иште отнял жизни у дочери Большой Горы и ее бледнолицего мужа, – проговорил предводитель воронов, испуская последний вздох. – Они были моими первыми жертвами. Этот бледнолицый отнял у меня глаз. Если бы они не спрятали тебя, Осторожный Волк был бы уже мертв… или стал бы моим приемным сыном. – Он протянул вверх свою окровавленную руку. – Услышь меня, Исаахауауати, я иду к Тебе. Пошли свою кару на полукровку, который отнял жизнь у Твоего сына.

Пораженный словами умирающего, Осторожный Волк присел на корточки и неподвижно смотрел на его агонию. Когда все было кончено, он срезал мешочек с амулетами с шеи Хауате-Иште и высыпал его содержимое на живот мертвеца. Среди массы предметов здесь была прядь светлых волос, перетянутая тонким обрывком сухожилия, и непонятного назначения блестящий кружок на цепочке Глядя на золотистые волосы, Осторожный Волк понял, что именно Одноглазый убил его родителей.

– Ты не ранен? – озабоченно спросила его подошедшая Кайони. Она опустилась на колени рядом с возлюбленным, встревоженная тем, что он сидит не разгибаясь.

Осторожный Волк отрицательно покачал головой. Он думал над тем, что сказал ему ворон. Подняв локон, он смотрел, как лучи солнца играют в блестящих волосах. Зажав локон в руке, Осторожный Волк закрыл глаза и глухо произнес: