Охота на Крыс - Андреев Алексей - Страница 39

Приметив гостя в воротах, один из слуг в доспехах приблизился к ведьмаку и, держась за меч, почтительно поинтересовался целью его посещения. Вежливость слуги немного сгладила впечатление от пальцев на рукояти меча. В ответ Винт тихо зашептал слуге, с трудом подбирая ханьские слова:

— У меня дело к молодому господину. Дело спешное и тайное…

— К молодому господину Шену? — поинтересовался слуга.

— Именно к нему, — не менее вежливо поклонился Ратибор, — и малейшая заминка может оказаться роковой.

Их беседа с молодым Шеном немного затянулась, но ведьмак вышел из ворот в весьма приподнятом настроении. Приятно, помогая союзнику, хоть в чем-то досадить своему врагу. Нет, глава клана «Феникса» все продумал до мелочей: скупил все долговые расписки школы «Змеи»и нынче потребовал их к оплате, благо сроки уплаты истекли. Даже продажа дома не могла спасти вечных врагов клана «Феникса». Местные перекупщики давали за дом и все имущество жалкие гроши, пользуясь тем, что больше «Змеям» добыть денег было неоткуда. Ростовщики наотрез отказались вновь давать деньги в долг на уплату процентов по старым долгам. Ни за что, ни на каких условиях, даже за самый высокий процент. И кошель графского золота, в конце разговора перешедший в руки молодого ханьца, оказался как нельзя кстати. Чутье в очередной раз не подвело Ратибора.

«Тут чувствуется лапка» Фениксов «, — думал Винт, выходя за ворота, — не могут наши ростовщики просто так, ни с того ни с сего, забыть о своей выгоде! Только стальные когти, сжатые на горле, могут заставить их отказать в деньгах почтенным, хоть и обедневшим людям! А столь дружный отказ говорит о том, что кто-то» шьет костюм» «Школе Белой Змеи». Только клан «Феникса» способен на такое, чтобы уничтожить своих врагов раз и навсегда. Из Ханьского квартала их уже выжили, теперь из города выживают. И не просто так, а с позором, как несостоятельных бедняков. Да и в действиях перекупщиков тоже их почерк чувствуется!«

Заранее приготовленная ловушка почти захлопнулась. Но только почти, кошель золота разжал хищные зубы ростовщиков. А ведь план» Фениксов» почти удался! Зато теперь их ждет весьма неприятная неожиданность. Весь план, на который, судя по всему, немало денег ушло, провалился. Даже деньги, полученные в уплату долга, вряд ли возместят убытки. Да и «Белая Змея»в долгу не останется. Они теперь в лепешку расшибутся, но расквитаются за такие козни. У Шена глаза сразу засверкали, когда сообразил, что у них теперь есть союзники. И еще какие, с такой поддержкой за плечами на многое замахнуться можно.

«Вот и появились верные люди в Ханьском квартале, — устало подумал Ратибор. — И можно быть спокойным: свой долг они выполнят до конца…»

Уже к вечеру, сидя в кофейне Эрика и потягивая кошмарный кофе, ведьмак получил первую весточку от новых друзей. Молодой господин Шен не подвел, через немногочисленных людей своего клана быстро выяснив все необходимое. Один из приближенных патриарха клана «Феникса», некий Лун Хо, оказался игроком, и игроком азартным. Кроме того, он еще и баловался торговлей опиумом, который явно принадлежал его хозяину. По законам любого клана за такое полагалась смерть.

В послании Шена подробно рассказывалось о трех таких «проказах», что было более чем достаточно. Мало того, сейчас Лун Хо пребывал в игорном заведении Омара, замаскированном под чайхану и находящемся за пределами Ханьского квартала. Винт поспешно расплатился и заспешил из кофейни прочь.

В этот вечер Лун Хо отчаянно не везло. А астролог Ли еще имел наглость утверждать, мол, благоприятный день, удача сама плывет в руки! И это теперь, когда на кону стояло уже триста динаров хозяйских денег, не считая пяти сотен, уже перекочевавших к сидевшему напротив варягу. Как его там, Олаф, что ли? Кости для него казались ручными, а деревянный стаканчик — бездонным кувшином, осыпающим проклятого варвара золотым дождем. Уже семь раз менял кости чайханщик Омар, с которым Лун Хо связывали некоторые тайные дела. Лун перепробовал все уловки, которые могут принести удачу, но все было тщетно. И вот теперь новый кон, который может стать для него последним.

Варвар лишь поскреб в затылке, когда Лун Хо наконец повезло. Жадно, трясущимися руками, ханец сгреб к себе горку золотых. Глаза лихорадочно блестели, в висках стучал злой пульс: не соврал Ли! Не зря сегодня я не пожалел ему трех динаров! Не соврал астролог! Вот она, удача! Теперь только ее не спугнуть, варвар набит золотом, как горшки в подвалах патриарха. Только не спугнуть!

В следующие полчаса варвар понемногу спустил весь свой выигрыш. Лицо Лун Хо сочилось самодовольством, против обыкновения, он даже сам заказал варягу выпивку, боясь, что проигравшийся викинг бросит игру и уйдет. Особенно теперь, когда золото еще звякает в его кошельке!

Когда все проигранное золото вернулось к ханьцу, северянин поставил на кон еще пять сотен своих денег. Все сомнения, не жулик ли этот варвар, как дым улетучились из головы Лун Хо. Варяг просто глупец, спугнувший свою удачу. И теперь будет просто глупостью бросить игру.

Следующую игру Олаф опять проиграл, и Лун Хо вознес торопливую молитву Син Тяню, духу игорной удачи. Тяжко вздохнув, викинг поставил на кон пять рубинов такой красоты, что даже у невозмутимого чайханщика перехватило дух. Поставил и коротко, отрывисто стукнул кулаком по столу:

— Играю на все! Пять камней, каждый тысяча динаров. Всего пять тысяч за раз. Играю на все.

Так и не сумев сглотнуть тугой комок в горле, Лун Хо лишь судорожно кивнул. Отчаянно шевеля ставшими непослушными губами, он долго тряс стаканчиком. Когда кости, прокатившись по столу, замерли, ханец, растерявший всю свою невозмутимость, смог лишь восхищенно просипеть что-то бессвязное. На костях было одиннадцать! Одиннадцать!

На варяга было жалко смотреть, но все же он взял стаканчик в руку и выбросил кости на стол. Восхищенный вопль в глотке Лун Хо умер не родясь. На костях тоже было одиннадцать! Тоже! Равное число!

Из глотки Олафа вырвался отчаянный рык:

— О Один! Ты сказал мне, что не нужно отчаиваться и поставить на кон еще и камни! А я, глупец, еще думал бросить игру! Клянусь Богами войны, поясом и молотом Тора, я ставлю на кон еще и свой драккар со всем снаряжением! Удваиваю ставку! Пять камней и драккар против десяти тысяч динаров!

Чайханщик попробовал предостерегающе тронуть руку Лун Хо, но тот лишь отчаянно закивал. Вновь покатились кости по столу, но, лишь когда они замедлили свой бег, ханец отчетливо понял, что проиграл. На костях было десять, но неощутимый обычными людьми дух и опыт игрока подсказали ему, что это конец. Варвар еще не взял в руки кости и стаканчик, а Лун Хо уже знал, что викинг выиграл. Немигающим, потухшим взглядом ханец смотрел на кости, брошенные Олафом. Медленно-медленно катятся по столу кости, наконец они замерли.

От рева викинга чайхана на миг словно взлетела в воздух:

— Одиннадцать! Эй, бездельники, марш сюда!

Четверо здоровенных северян в полной броне образовались рядом с белокурым варваром. Как во сне Лун Хо видел, как варвар сгреб со стола все деньги и ссыпал их в замшевый кошель. После этого он счел необходимым обратиться к застывшему столбом Омару:

— Я выиграл десять тысяч. С меня пять сотен динаров. Завтра зайдет мой человек и отдаст все до гроша.

Чайханщик еще не успел открыть рот, как северянин любезно ему пояснил вполне очевидные вещи:

— Ханец отдаст мне свой долг, а я рассчитаюсь с тобой. Я знаю городские обычаи и против гильдии Ловкачей не пойду. Тем более что я хочу дойти до своего драккара без лишних проблем. Кому охота, выиграв немного денег, умирать по пути домой?

В завершении своей речи викинг мудро улыбнулся, но Омар уже тащил кисть, тушь и кусок бумаги, вызвавшей неодобрение Олафа. Пришлось чайханщику сходить за пером и пергаментом, на котором он, под диктовку северянина, написал расписку от лица Лун Хо. Четверо викингов, двое вышибал, повар и сам Омар расписались на пергаменте, как и положено по закону. Комар носа не подточит, восемь свидетелей, все честь по чести. Приложив к пергаменту смоченный чернилами палец, Олаф поклялся на мече и оттиском большого пальца подписал свою расписку на пять сотен динаров, положенную долю хозяину заведения.