Дом Люцифера - Ладлэм Роберт - Страница 48

Достигнув высоты в три тысячи футов, они переехали по мосту через бурную горную реку Мерсер и въехали в Йосемитский национальный парк. Марти любовался видами из окна. Вот они поднялись еще на две тысячи футов, все это время двигаясь параллельно ревущей реке, и оказались в знаменитой долине. Марти просто упивался красотами горного пейзажа.

– Зря я, наверное, никогда не выбирался из дома, – заметил он. – Господи, какая ж красотища!

– И совсем немного людей, способных своим присутствием испортить этот вид.

– Ты слишком хорошо знаешь меня, Джон.

Они проехали мимо ревущего водопада с романтичным названием Фата Невесты. Он был весь окутан прозрачной и сверкающей пеленой тумана и окружен отвесными скалами Эль-Капитан. Вдали виднелись легендарные Халф-Доум и Йосемитский водопад. Тут начиналась развилка, и они, свернув к северу, ехали какое-то время по долине, пока не достигли пересечения Биг-Оук-Флэт драйв с Тиога-роуд, ведущей еще выше в горы. Движение на последней было закрыто с ноября по май, а иногда – и в июне тоже. Они продолжали двигаться на восток. В горах местами лежал снег, перед глазами разворачивались не менее величественные пейзажи. И вот наконец они стали спускаться с восточного отрога, и земля становилась все суше, а природа казалась уже не такой неукрощенной и дикой.

Марти начал напевать старые ковбойские песенки. Действие таблетки, принятой накануне, подходило к концу. За несколько миль до того места, где Тиога-роуд выходила на автомагистраль под номером 395 и к небольшому городку под названием Ли-Вайнинг, Смит свернул на узкую каменистую дорожку. По обе стороны от нее тянулись пологие зеленые холмы с металлическими изгородями под током, окружавшими частные владения. Там паслись под раскидистыми деревьями коровы и лошади, чьи темные силуэты отчетливо выделялись на фоне золотистых гор.

Марти уже во все горло орал песню:

– Домой, домой, в поля и леса! Где скачет олень и крадется лиса! Где редко услышишь ты бранное слово, где небо такое всегда голубое!

Смит вел машину, то и дело переключая скорость и объезжая канавы и рытвины, пересек несколько мелких речушек по шатким деревянным мостикам и вот наконец оказался у края пропасти, на дне которой грозно ревел бурный поток. Через пропасть был перекинут узенький пешеходный мостик, на той стороне виднелась на опушке деревянная хижина под сенью высоченных сосен и кедров. А в отдалении высилась, точно страж, гора Дана высотой в тринадцать тысяч футов, верхушка которой была увенчана снежной шапкой.

Смит остановил машину, Марти продолжал витать мыслями в облаках – слишком уж сильное впечатление произвели на него красоты дикой природы. Но, должно быть, он все же понял, что они приблизились к месту назначения и что ему придется какое-то время побыть там. Спать там – возможно, даже прожить несколько дней.

Смит обошел машину и открыл дверцу с его стороны, и Марти нехотя и неуклюже выбрался из нее. Увидев мостик, так и отпрянул – тот легонько раскачивался от ветра. А внизу, на дне пропасти глубиной футов в тридцать, грозно ревел горный поток.

– Я и на милю не подойду к этому поганому сооружению! – нервно взвизгнул он.

– Главное – не смотреть вниз. Пойдем, пойдем, вперед, Марти! – принялся подбадривать его Смит.

Марти впился пальцами в шаткие перила.

– Что вообще мы делаем здесь, в этом совершенно диком месте? Ни жилья, ни домов, одна лишь эта развалюха в кустах!

Уже на подходе к дому, оскальзываясь на грязной тропинке, Смит заметил:

– Наш человек живет здесь.

Марти остановился.

– Так вот оно что!.. Я и пяти секунд не пробуду в этом примитивном жилище! Сомневаюсь, что там даже туалет есть. И водопровод. А уж электричества нет наверняка, а стало быть, работать на компьютере невозможно. Я не могу без компьютера!

– Зато там нет и убийц, – заметил Смит. – И потом, никогда не суди о книге по ее обложке.

Марти насмешливо фыркнул:

– Какая банальность!

– Вперед, и без лишних слов!

Они пересекли опушку и оказались в тени огромных желтых сосен с раскидистыми ветвями. Воздух был насыщен густым хвойным ароматом. Впереди виднелась ветхая хижина. Всякий раз, бросая на нее взгляд, Марти удрученно и с отвращением качал головой.

Внезапно раздался жуткий вой, и вся кровь у них застыла в жилах.

С дерева над их головами спрыгнул большой горный лев и расположился на дорожке футах в десяти от них. Желтые глаза злобно сверкали, длинный хвост метался из стороны в сторону.

– Джон! – взвизгнул Марти и развернулся, чтобы бежать назад.

Смит ухватил его за плечо:

– Погоди.

Откуда-то сверху раздался голос с отчетливо выраженным английским акцентом:

– Стойте смирно, джентльмены. Не думайте доставать оружие, он не причинит вам вреда. Возможно, и я тоже.

Глава 22

1.47 ночи

Близ Ли-Вайнинга

Горный хребет Сьерра, Калифорния

С низенького крыльца хижины сошел стройный, но крепкий мужчина среднего роста с английской штурмовой винтовкой «энфилд» в руках. Слова его были адресованы Смиту, но взгляд устремлен на Марти Зеллербаха.

– А ты не говорил, что приедешь не один, Джон. Сам знаешь, сюрпризов я не люблю.

– Я буду просто счастлив уехать отсюда, – шепнул Марти Смиту.

Но Смит проигнорировал эту его ремарку. Питер Хауэлл принадлежал совсем к иному разряду людей, нежели Марти Зеллербах. Расставленные им ловушки были смертельны, и все сказанное им следовало принимать всерьез. А потому Смит заговорил с этим человеком спокойно и тихо:

– Свистни своей кошке, Питер, чтобы не пугала людей, и отложи пушку. Я знаком с Марти куда дольше, чем с тобой. И в данный момент вы оба нужны мне.

– Но я его совсем не знаю, – столь же спокойно заметил мужчина. – Вот в чем загвоздка. Ты говоришь, что хорошо знаешь его. Но настолько ли хорошо, чтобы знать, что он чист и за ним нет «хвоста»?

– Чище не бывает, Питер.

Хауэлл внимательно и изучающе смотрел на Марти, наверное, с целую минуту. У него были светло-голубые, холодные и ясные глаза, и взгляд их пронизывал насквозь, как рентген. Затем обернулся к зверю, распластавшемуся на тропинке.

– Кыш, Стэнли, – мягко сказал он. – Вот так, молодец, хорошая киска. Пошла, пошла!

Горный лев поднялся, развернулся и затрусил по направлению к хижине, время от времени оборачиваясь, точно в надежде услышать приказ вернуться и разделаться с незваными гостями. Но приказа не последовало, и вот, вильнув хвостом последний раз, животное скрылось в тени за хижиной.

Марти возбужденно наблюдал за всей этой сценой.

– Сроду не слыхивал о дрессированных горных львах. Как вам это удалось? Он даже откликается на свою кличку. Нет, совершенно изумительное животное! А известно ли вам, друзья мои, что африканские короли использовали для охоты дрессированных леопардов? А в Индии был обычай дрессировать обезьян и…

Хауэлл остановил его взмахом руки:

– Давайте лучше поговорим об этом дома. Никогда не знаешь, чьи уши могут вас подслушать. – И, взмахнув карабином, он посторонился, давая им пройти в хижину. Смит шел последним, и когда поравнялся с англичанином, тот приподнял бровь и кивком указал на Марти. Смит ответил ободряющим кивком.

Внутри хижина оказалось куда просторнее, чем выглядела снаружи. Они вошли в уютную гостиную, где ничто не напоминало обстановку ковбойского пристанища из вестернов, кроме разве что огромного, выложенного из камня камина. Мебель вполне удобная, старинные предметы быта английского сельского дома гармонически сочетались с кожаными клубными креслами и военными сувенирами. Но нельзя сказать, чтобы все стены были сплошь завешаны ружьями, винтовками, флажками полков и снимками солдат в рамочках. Здесь также нашлось место и для огромных абстрактных полотен Кунинга, Ньюмана и Ротко. Причем все это были оригиналы, стоящие целое состояние.

Гостиная занимала почти всю площадь хижины, но влево от нее отходило крыло, совершенно незаметное извне, и терялось где-то в глубине соснового леса. Вся же хижина была построена в форме латинской буквы L. За первой дверью из холла виднелся небольшой кабинет. А там, на столе, стоял самый современный персональный компьютер. Марти испустил восторженный возглас. Питер Хауэлл с удивлением наблюдал за тем, как он, позабыв обо всем на свете, бросился к компьютеру.