Круг Матарезе - Ладлэм Роберт - Страница 95

– Мистера Б.Хагата к телефону.

Никто из посетителей не пошевелился. И тут до Брэя дошло: Б.Хагат – это Б.Агата!

Беовулф Агата, Медведица Агата, то есть Скофилд. Но что это? Неужели Сеймондс решился продемонстрировать свои возможности сверхчеловека? Или он дает понять Брэю, как быстро, оперативно и безупречно работает английская служба безопасности? Выходит, Сеймондса нельзя оставлять одного. Бог мой, ну и дурак, рассердился Скофилд.

И все же он поднялся, прихватив портфельчик, и не спеша подошел к телефону.

– Доброе утро, Беовулф! – послышался мужской голос. Дикция была примерно-показательная, словно у выпускника Баллиол-колледжа. – Полагаем, вы уже отдохнули после своего излишне утомительного путешествия от Рима до Лондона?

– С кем я говорю?

– Мое имя не имеет никакого значения, так как ничего не скажет вам. Наша задача состоит в том, чтобы добиться взаимопонимания. Мы нашли вас, мы и впредь будем делать это без особого труда, но это так утомительно скучно, куда лучше было бы обеим заинтересованным сторонам сесть за стол переговоров и спокойно обсудить наши разногласия. Возможно, вы обнаружите, что они не так уж велики.

– Я не слишком комфортно себя чувствую рядом с людьми, которые намерены убить меня.

– Я позволю себе внести поправку. Кое-кто, конечно, стремится уничтожить вас, зато другие пытаются вас спасти.

– Зачем бы это им? Чтобы устроить мне сеанс химической терапии и выяснить, что я узнал и что сделал?

– То, что вы узнали, ничего не значит, а сделать вы уже ничего не сможете. Вам прекрасно известно, что сделают с вами ваши люди, если вы попадетесь им в лапы. Не будет ни судебного разбирательства, ни публичных слушаний. Вы слишком опасны для очень многих, и поскольку официальное клеймо предателя на вас уже поставлено, а вы еще и напортачили, а затем скрылись за границу, то вы будете уничтожены при первом удобном случае. Неужели вас ничему не научил инцидент на Небраска-авеню?.. Ну а мы можем уничтожить вас, как только вы выйдете из этого ресторана, а то и несколько раньше, в самом ресторане.

Брэй обвел взглядом сидящих вокруг, вглядываясь в лица людей за столиками, стараясь угадать, кто экзекутор, поймать его взгляд, брошенный из-за развернутой газеты или поверх поднятой чашки кофе. Кандидатов было не много, и он не знал, сколько их точно. И уж конечно, в толпе на улице его поджидают невидимые пока убийцы. Итак, он в ловушке! Часы показывали 10.11, и через четыре минуты он должен позвонить Сеймондсу. Но он знал, что на сей раз имеет дело с профессионалами и не может просто повесить трубку, а затем попытаться набрать нужный ему номер. Если в зале есть наблюдатели, то они не дадут ему сделать это. Брэю оставалось лишь тянуть время в расчете на то, что кто-то из экзекуторов выдаст себя, раздраженный слишком долгим разговором по телефону. Как можно дольше тянуть, оставаясь на телефоне и внимательно следя за каждым посетителем.

– Вы хотите встретиться со мной, я же хочу иметь гарантии, что смогу выйти отсюда живым.

– У вас они есть!

– Одних слов недостаточно. Опишите одного из ваших людей внутри ресторана.

– Давайте сделаем так, Беовулф. Мы вполне сумеем, задержав вас там, сообщить в американское посольство, и, прежде чем вы успеете глазом моргнуть, они возьмут вас. Даже если вам удастся прорваться и уйти от них, мы возьмем вас на втором круге.

Часы показывали 10.12. До связи с Сеймондсом оставалось три минуты.

– В таком случае я делаю вывод, что вы не слишком жаждете встречи со мной. – Сказав это, Скофилд рассчитывал, что, идя ва-банк, он напугает собеседника. Он не сомневался, что говоривший выполняет роль посредника, простого связника. Кто-то стоящий над ним хочет, чтобы Брэндон Скофилд достался ему живым, а не мертвым.

– Я еще раз повторяю, что для всех нас будет лучше…

– Дайте мне вашего человека в зале! – прервал говорившего Брэй. – В противном случае можете звонить в посольство, черт бы его побрал! Я оставляю за собой шанс. Итак, я жду!

– Ну хорошо, – поспешно проговорили на том конце линии. – Там есть человек с сильно запавшими щеками. Он одет в серое пальто…

– Я вижу его.

Брэй отметил про себя, что между ним и экзекутором пять столиков.

– Когда вы выйдете из ресторана, он встанет и отправится за вами. Он и есть ваша гарантия.

10.13. Теперь оставалось две минуты.

– А какие гарантии у него? Как я могу узнать, что вы не уберете его вместе со мной?

– Да выходите же, Скофилд…

– Я рад слышать, что у вас есть для меня и другое имя. А как вас зовут?

– Я же сказал: это несущественно.

– Несущественного не бывает. Мне бы хотелось знать ваше имя.

– Смит. Вас устроит?..

10.14. У Скофилда теперь одна минута. Пора начинать.

– Я подумаю о вашем предложении, и, кроме того, мне хотелось бы закончить свой завтрак. – Резко повесив трубку, он переложил кейс в правую руку и быстро направился к человеку, сидевшему за пять столиков от него.

При его приближении человек забеспокоился и медленно полез в карман пальто.

– Не нужно волноваться, – проговорил Скофилд, дотрагиваясь до его руки. – Нападение отменяется. Мне велено сообщить вам, что вы должны вывести меня отсюда. Но сначала мне нужно позвонить по телефону. Тот, с кем я только что говорил, дал мне номер. Надеюсь, я запомнил его.

Человек со впалыми щеками не шелохнулся и не произнес ни слова. Скофилд вернулся к телефону.

10.14 и 51 секунда. Девять секунд на все про все! Он наморщил лоб, делая вид, что вспоминает номер, затем снял трубку и начал вращать диск. Спустя три секунды после 10.15 он услышал, что электронные приборы подключились к линии, гарантируя чистоту. Он опустил монету.

– Нам придется говорить очень быстро, – начал Брэй, когда Сеймондс снял трубку. – Они выследили меня, у меня проблема.

– Где вы находитесь? Мы поможем.

Скофилд объяснил.

– Просто пришлите две машины с сиренами, обычную полицию. Скажите им, что в зале ирландские террористы. Это все, что мне нужно.

– Я записал… Они уже в пути.

– А что насчет Уоверли?

– Завтра ночью. В его доме на Белгравиа-сквер. Я, разумеется, буду вас сопровождать.

– Только завтра? А раньше нельзя?

– Куда же еще раньше? Бог ты мой! Послушайте, единственное, почему он согласился на встречу, это то, что я организовал ему послание из Адмиралтейства. С той самой мифической конференции, на которую был приглашен прошлой ночью.

Брэй хотел прервать Сеймондса, но тот не дал ему заговорить.

– Кстати, вы оказались правы: была сделана проверка, там ли я нахожусь.

– У вас было надежное прикрытие?

– Позвонившему сказали, что совещание нельзя прервать и для меня оставят сообщение, которое я получу по окончании совещания.

– Вы позвонили туда, откуда вам звонили?

– Да, конечно. По телефонной сети Адмиралтейства спустя час десять минут после того, как мы с вами расстались. Для этого мне пришлось разбудить одного беднягу из Кенсингтона.

– Значит, вас могли видеть, когда вы выходили из здания Адмиралтейства. Очень хорошо. Вы не упоминали мое имя в беседе с Уоверли?

– Я использовал одно имя, но не ваше. До тех пор, пока вы не достигнете соглашения, полагаю, у меня будет много хлопот.

Простой и очевидный факт внезапно поразил Брэя: Роджеру Сеймондсу удалось организовать встречу с Уоверли – раз; Матарезе устроили ему, Скофилду, ловушку в ресторане – два; Уоверли согласился на встречу через тридцать шесть часов – три! Значит, никакой связи между предстоящим интервью с Уоверли и человеком, известным как Беовулф Агата, Матарезе не уловили.

– Роджер, а в котором часу завтра вечером?

– В восьмом. Но сначала я должен позвонить ему. Я подъеду за вами около семи. Есть какие-нибудь соображения о том, где вы будете находиться завтра в это время?

Скофилд словно не услышал вопроса. Вместо ответа он сказал:

– Я позвоню вам по этому же телефону завтра в четыре тридцать. Это удобно?