Патрульные Апокалипсиса - Ладлэм Роберт - Страница 132

– Считаешь, он все равно полетит в Бонн завтра? – спросил Дру.

– Думаю, у него нет выбора. А еще я рассчитываю на немецкую дисциплину, она намного жестче нашей. Обвинений надо избегать любой ценой – а вот это уже похоже и на нас.

– Поясни, пожалуйста.

– Каждого телохранителя Траупмана усыпили. Они придут в себя через двадцать-тридцать минут, до смерти перепуганные, конечно, и тут же проверят его квартиру.

– И увидят, что Траупман мирно почивает, – прервал его Лэтем. – А с пленками как, Стош?

Витковски посмотрел на молодую блондинку и задал тот же вопрос. Пассия Траупмана открыла сумочку и вытащила ключ.

– Это один из двух ключей от стального сейфа в кабинете, где остальные пленки, – ответила она по-немецки. – Второй в Нюрнбергском национальном банке.

– Он хватится ключа?

– Мне кажется, даже не вспомнит о нем. Он хранит его во втором ящике бюро под нижним бельем.

– Тогда я задам еще один вопрос, извините. Он записывал вашу сегодняшнюю встречу?

– Нет, конечно, это было б слишком неудобно. Встретившись с вашей помощницей в туалете, я, как говорится, увидела для себя выход. А флакон со снотворным я всегда ношу с собой на тот случай, если вечер станет уж совсем отвратительным.

– Вы ведь сами наркоманка, правда?

– Было б смешно отрицать. У меня запасов на три дня. После этого мне обещали оказать помощь в частной клинике в Америке… Я не сама стала наркоманкой, сэр, меня вынудили, как и многих других девушек из Восточного Берлина. Мы все стали высокооплачиваемыми содержанками, а впоследствии – и наркоманками, чтоб выжить.

– Выметаемся отсюда! – воскликнул Витковски. – Эти девушки – жертвы.

– Тогда пошли, дорогой мой полковник, – сказал Лэтем. – У капитана Диеца будет-таки шанс на Рейне.

Сбитые с толку телохранители по одному собрались в коридоре у двери Траупмана. Каждый рассказ о случившемся отличался от другого лишь оправданиями, но все они были одинаковыми, поскольку никто на самом деле не знал, что же произошло. На них напали – это факт, но никто серьезно не пострадал.

– Лучше зайдем посмотрим, все ли в порядке, – сказал мужчина, от которого несло перегаром.

– Туда нельзя зайти! – запротестовал охранник, чей пост был за столом в коридоре. – Толпа сбежится, если попробуем. Сигнализация одновременно предупредит охрану в фойе и полицию.

– И все же на нас напали и отравили, – настаивал телохранитель, руки которого метались по животу и ниже, расчесывая тело.

– Молю бога, чтоб ты пошел к врачу, – сказал любитель виски. – Не хочу от тебя заразиться.

– Тогда не устраивай пикников на берегу Регница со шлюхой, которая отдается в водорослях. Сука!.. Надо зайти, хоть узнать, не пора ли нам делать ноги из Нюрнберга.

– Я отключу сигнализацию и открою дверь, – сказал охранник за столом, неловко нагибаясь и нажимая ряд кнопок на консоли. – Так она открыта!

– Иди первый, – распорядился любитель пикников на берегу.

Через четыре минуты троица вернулась в коридор – все ошарашенные, неуверенные, озадаченные, причем каждый по-своему.

– Не знаю, что и думать, – сказал здоровяк. – Доктор мирно спит, ничего не перевернуто, бумаги на столе не тронуты…

– Девушки нет! – прервал его чесальщик.

– Ты думаешь?..

– Я знаю, – произнес охранник, кожа которого сводила его с ума. – Я пытался осторожно намекнуть доктору, ну, понимаете, что она ему не подходит. Она живет со взбалмошным полицейским, он в разводе и, видит бог, не может позволить себе сносить ее капризы.

– Полиция… сигнализация… она могла все это проделать с помощью своего дружка, – сказал охранник, садясь за свой стол и поднимая трубку с консоли. – Единственный способ узнать, – продолжил он, – это позвонить ей домой. – Прочитав список телефонов под пластиком, он набрал номер, но через минуту положил трубку. – Никто не отвечает. Они или убрались из города, или где-нибудь готовят себе алиби.

– Зачем? – просил охранник, нервно отхлебнув из фляжки и переживая, что теперь она пуста.

– Не знаю.

– Тогда никто из нас ничего не знает. – Любитель выпить был непреклонен. – С доктором все в порядке, шлюха ушла самовольно – Хайнрих может подтвердить, – и все нормально, правильно?

– А ведь верно, – согласился охранник по имени Хайнрих, сидя за столом. – Герра доктора Траупмана это даже устроило бы. Он предпочитает не видеть этих женщин утром.

– Значит, друзья мои, ничего не случилось, – констатировал мужчина, с сожалением взглянув на пустую фляжку. – Пойду на пост, только зайду по пути в гараж к своей машине – пополнить запасы.

Прожекторы, освещавшие сверху доки гавани на реке Рейн в Бонне, светили во всю силу. Все, кроме одного, погасят через несколько минут, как только маленькая моторная лодка покинет стапель. В полумиле в темноте покачивалось на легких речных волнах другое судно – палуба и корпус выкрашены в темно-зеленый цвет, мотор выключен. Ее обитатели были в водолазных костюмах со скубами на спине. Их было шестеро, шестой, капитан, агент Второго бюро. Из пятерых, готовых к погружению, только Карин де Фрис пришлось громко доказывать необходимость включения ее в группу.

– У меня, возможно, больше опыта обращения со скубой, чем у вас, офицер Лэтем.

– Сомневаюсь, – ответил тогда Дру. – Меня готовили в институте Скриппса в Сан-Диего, лучше не придумаешь.

– А я училась вместе с Фредериком на Черном море, четыре недели готовились – нашей «крышей» были спортсмены, муж с женой. Если у Стэнли с памятью все в порядке, он, может быть, вспомнит эти учения.

– Помню, дорогая, – отозвался Витковски. – Мы оплатили всю операцию… Фредди де Фрис привез тогда пару сотен подводных снимков советских кораблей в Севастополе и вокруг него. Тоннаж, водоизмещение, всю кухню, короче.

– Я сделала по крайней мере треть этих снимков, – с вызовом добавила Карин.

– Хорошо, – уступил Лэтем, – но если мы выберемся из этой передряги живыми, тебе придется усвоить, кто в семье главный.

– Ты им тоже не станешь, если не изменишь своего отношения… Постой-ка, ты что, сейчас сделал мне предложение?

– Я и раньше делал – не слишком многословно, но ведь ясно – что тут нового?

– Кончайте с этим, – приказал Витковски. – А вот и Диец.

Капитан подошел и сел на корточки перед ними.

– Я прошелся по нашему плану со шкипером, он недостатков не нашел. Теперь давайте пройдемся по нему с вами.

План капитана Кристиана Диеца пусть и не был изощренно хитроумным, но безусловно построен так, чтобы ничто не помешало ему сработать во время боевых действий. За темно-зеленой моторной лодкой на буксире тащился черный плот с мотором в двести пятьдесят лошадиных сил, способный развить скорость до сорока узлов в час. Помимо того на носу его был свернут черный брезент, который можно было развернуть надо всем плотом, включая двигатель. Стратегия была простой – дальше некуда, если все сработает по плану.

Примерно в миле от стапеля на маленькую лодку Траупмана нападет подводный отряд Н-2 и закупорит газовые клапаны жидкой сталью, которая через несколько секунд затвердеет. Затем со всех сторон беззвучными дробинками, выпущенными из пистолета мощностью как у «магнума-357», предстояло обезвредить вращающиеся телекамеры. Затем отряд заберется на лодку Траупмана, вырубит все остальные средства связи, усыпит доктора и доставит его на черный плот, над которым капитан Второго бюро развернет черный брезент. Потом лодку Траупмана поставят на автопилот и пустят вверх по реке, тогда как отряд возвратится на темно-зеленую моторную лодку и направится к берегу рядом с пунктом назначения Траупмана.

Первые две задачи были выполнены. Под руководством лейтенанта Энтони и капитана Диеца Лэтем, Витковски и Карин выплыли на поверхность рядом с лодкой, хватаясь за шпангоуты, и воткнули стальные колпачки в маленькие круглые отверстия для газа, помеченные красными кружочками. Судно замедлило ход, направляясь к берегу. Все до одного молниеносно забрались на борт и предстали перед перепуганным Траупманом.