Земля Серебряных Яблок - Фармер Нэнси - Страница 28

Несмотря ни на что, мальчугана завораживала сама мысль о крохотных волшебных созданиях, что роют коридоры в земле под его ногами.

— Крупные туннели по большей части проложены эльфами. Владычица Озера близко дружна с королевой Эльфландии; думаю, там-то она и укрылась.

— А ты там бывал, господин? — спросил Джек.

— О да, — кивнул старик с довольно-таки несчастным видом. — Какой бард не захочет послушать тамошнюю музыку? Но…

Он замолчал. Джек себя не помнил от удивления. Это Бард-то, которому обычно самоуверенности не занимать! Он же управляет ветрами и вызывает огонь с помощью всего-навсего слов! За это скандинавы и почтили его прозвищем Драконий Язык.

— А эльфы на самом деле такие дивные, как в сказках?

— Разумеется, — раздраженно подтвердил Бард. — Они ж эльфы. Только…

— Только сердца у них нет. В них причудливо сочетаются добро и зло, так что эльфы не принадлежат ни к той стороне, ни к другой, — подхватил брат Айден.

— Они опасно прекрасны, так что даже самые мудрые с легкостью примут их красоту за благо. — Старик тяжко вздохнул. — Ради эльфийской красавицы мужчина способен бросить семью и отправиться в глушь на голодную смерть.

— Сдается мне, это вина мужчин, — фыркнула Пега. — Вот я бы ни за что не побежала за эльфийским рыцарем, сколько бы он ни щелкал пальцами.

— Ты еще дитя. Тебе не понять, — отозвался Бард.

— Сдается мне, Владычица Озера забрала Люси в Эльфландию, — предположил Джек. Странное, волнующее ощущение щекотало ему нервы. — Наверное, туда нам и надо.

— Ага, — подтвердил Бард без всякого энтузиазма.

— Уррраа! — завопил Брут. — Нас ждет удивительное, потрясающее, небывалое приключение!

Лицо его, сияющее радостью, преобразилось до неузнаваемости. И куда только подевался бесхребетный раб?

— Да, это в самом деле великий поход. — Джек вздохнул. В памяти его воскресла картина: корабль плывет на север по вскипающему пеной морю, а веселые берсерки поют: «Слава — бессмертна!» Такие подробности, как вонючие башмаки и хлюпающая на дне вода, он отмел как маловажные. В походе такие вещи — не главное.

— Прошу прощения, господин, — перебила Пега. — Ты сказал, что крупные туннели по большей части проложены эльфами. А кто же прорыл остальные?

Бард опустил взгляд на свои руки.

— Драконы.

— Драконы! — воскликнул Брут. — Я убью их и освобожу принцессу!

— Ох, да заткнись ты, — вздохнул Джек.

— Но здесь вы драконов вряд ли встретите, — твердо заверил старик. — Владычица Озера не бежала бы по туннелю, населенному драконами. Вода и огонь не смешиваются. А теперь давайте-ка собираться. Времени мало, а мне еще надо объяснить вам основные правила общения с эльфами.

Глава 17

Полупадшие ангелы

— Для начала, эльфов еще необходимо найти, — начал Бард, открывая громадный, украшенный прихотливой резьбой сундук, что стоял в углу.

До сих пор Джек не обращал на него внимания: в конце концов, сундуки есть во всех домах. Даже в самой жалкой хижине, где нет ни стульев, ни столов, есть место для хранения разного добра. Мальчуган предположил, что внутри этого сундука лежат постельные принадлежности, посуда и прочие необходимые в хозяйстве вещи.

— Эльфы гостей не жалуют — кроме как в канун летнего солнцестояния.

— И лучше вам в тот день держаться от эльфов подальше, — подтвердил брат Айден.

— Но почему? Что тогда случится-то? — спросил Джек, но вопрос его остался без ответа.

— Я научил тебя искать воду с помощью «волшебной лозы» — и ты прилежно упражнялся.

Бард достал из сундука раздвоенный на конце прут и вручил его мальчику. Тот кивнул. На самом деле искать воду в окрестностях деревни было куда как несложно. Всякий раз, как он брал в руки «волшебную лозу», прут заводил его в болото или к бочаге. Однажды, любопытства ради, он направил прут на море — и мальчишку сорвало с утеса.

— Если ты умеешь искать воду, то ты отыщешь Владычицу Озера по следам. Эльфийские туннели, кстати, просто-таки замусорены древесиной. Эльфы любят носить при себе лиственные ветки. А еще строят на ночь навесы, а поутру ничего не убирают. Все это можно использовать для костра, только не вздумайте разводить огонь рядом с такими черными комьями.

— Почему? И что это за комья? — полюбопытствовал Джек.

— Драконьи какашки. Они легко воспламеняются.

— Эльфы страшно неопрятны, — заметил брат Айден. — Думаю, потому, что медовухой злоупотребляют.

— А еще ветки и сучья можно использовать в качества факелов, — посоветовал бард. — Не забывайте проверить, в какую сторону идет дым. И никогда не ходите в туннель, где воздух неподвижен.

— Там либо тупик, либо логово накера, — пояснил брат Айден. — Если земля начинает тебя засасывать, это дурной знак.

— А что такое накер? И как земля может засосать? — воскликнул Джек.

Ему снова не ответили. Бард рылся под овчинами и запасными плащами: по-видимому, он по приходе в крепость спрятал туда что-то ценное.

«Очень на старика похоже», — подумал Джек.

Где бы тот ни оказался, он вечно собирает травы, какие-то камушки, палки и зелья. На взгляд кого другого — никчемный мусор, но в руках Барда это все вибрировало сокрытой силой. Джек пытался перенять у учителя его умение, но пока не слишком-то преуспел.

Пега между тем упаковывала овсяные лепешки и мехи с сидром в дорожные мешки. У нее самой был плетеный кошель с разными полезными сокровищами, например свечой, что мать отдала ей на обряде добывания огня. Пега не расставалась со своим добром ни днем ни ночью.

Интересно, а догадывается ли мать, что с ними происходит, размышлял Джек. Он знал: Алдита умеет узнавать о событиях, всматриваясь в миску с водой. Бард называл это искусство «ясновидением», но с его помощью якобы можно уловить разве что намеки да отголоски. Когда Джек был в Ётунхейме, мать увидела мальчика в окружении пчелиного роя. Однако место и время оставались неясны. Скажем, Хейде открылось, как Олав Однобровый умирает в темном лесу, хотя погибнуть ему суждено было в безлесной долине, в битве с тролльим медведем.

Мешки казались удручающе огромными, но Джек полагал, что в туннеле они придутся куда как кстати. От Брута помощи никакой не было. Раб мурлыкал себе под нос веселую песенку да отбивал ритм пальцами на коленях. Джек мысленно взял на заметку позже нагрузить его мешками под самую завязку.

— Думается, вы достаточно юны, чтобы не поддаться очарованию эльфов. — Бард нахмурился. — Занятно, но в этой единственной области дети сильнее взрослых. Они не так легко подпадают под власть иллюзий, а эльфы, превыше всего прочего, мастера иллюзии. Вот почему они никогда не выходят в свет дня. Тени, туман, лунный свет… вот их естественная стихия.

— Ты словно бы их недолюбливаешь, — заметил Джек.

— Отчего ж… люблю, — возразил старик.

Взгляд его блуждал где-то далеко, словно Бард вглядывался за пределы серых стен крепости в иные пределы, о которых оставалось только гадать.

— Тогда что с ними не так? Кто вообще такие эльфы?

Джек полагал, что и этот его вопрос останется без ответа, но, как ни странно, на сей раз отозвался брат Айден.

— Давным-давно, — начал он, устраиваясь поудобнее, как всегда, когда собирался рассказать длинную, увлекательную историю, — давным-давно эльфы были ангелами.

Пега резко выдохнула. Джеку же вдруг показалось, что мир пошатнулся. Эльфы были ангелами? Отец всегда причислял их к демонам — созданиям, внушающим ненависть и страх.

— Это случилось в начале мира, — рассказывал монашек. — Адама и Еву изгнали из рая за то, что они вкусили от древа познания. Тяжкая участь выпала им, бедным грешникам. Если прежде стоило лишь протянуть руку и они снимали с древес медовые соты, то теперь они трудились от зари до темна. Их мучили зимние холода и летний зной. Ветра-суховеи иссушали их урожаи, дожди поражали скотину болезнями. А самое страшное — один из их сыновей убил другого.