Корпорация Деда Мороза - Бербеницкая Анна - Страница 19

Художник Саня уже снова стоял у мольберта.

– Почему-то так и знал, что вы вернетесь! – усмехнулся он.

– Вернулся. Так уж получилось, что ты сейчас единственный, кто может помочь. Мне нужно найти врача или акушерку, которые двадцать пять лет назад работали в деревенской больнице в районе Устюга. В Москве сейчас ведь уже есть что-то вроде сыскных агентств? Потому что мне нужен частный детектив. Хороший.

– Мы увидимся еще? Несмотря на провал с рестораном? Очень хочу все исправить!

Влада улыбнулась. Ощущение, что они с Максом с одной планеты, вроде бы немного растаяло в начале вечера, но потом свидание спасла Доманья.

– Увидимся. Ты ведь не мог знать, что я не люблю пафосные заведения. И вообще, проехали, я уже забыла про фуа-гра и лягушачьи лапки. И про швейцара, который не хотел меня пускать. Главное, что с тобой было интересно.

– Честно говоря, ужин был больше похож на деловую встречу. Я еще ни разу не обсуждал с девушкой бизнес, а тебе вот даже дизайн-проект будущего доманского отеля показал. Но если учесть, что об этом месте вообще ни один из моих знакомых не знает и обсудить подробности не с кем, то ты оказалась просто спасением. Знаешь, когда в голове прочно сидит какая-то идея, говорить хочется только о ней. Тебе ведь не было скучно?

– Ни капли!

Владе было как угодно, только не скучно. В самом начале вечера немного не по себе оттого, что вместо обещанной Максимом уютной французской кофейни они оказались в дорогом пафосном ресторане, где все посетители сверкали украшениями и тщательно отбеленными улыбками. А менеджер заведения следил за дресс-кодом и не пускал случайных людей, включая Владу, на которой были обычные джинсы и белая блузка. Но потом вмешался Максим, и пару провели за угловой столик. А Влада хотела провалиться сквозь землю, потому что терпеть не могла, когда вокруг ее персоны сгущалось внимание. Свидание немного спасло неподдельное смущение Максима, который извинялся и уверял, будто сам не знал, каким окажется ресторан, и ожидал совсем другого. А потом они стали вспоминать Францию, самолетное знакомство, обсуждать отели и перелеты, и он был таким красивым и галантным, с такими глубокими карими глазами, что Влада оттаяла. Ей всегда нравились несколько другие парни: балагуры с неуемной энергией, выплескивающие фонтаны идей. Искрящиеся ракеты, готовые в любую секунду взлететь. Они дополняли словно заторможенную и прохладную на эмоции Владу. А Максим был, скорее, как она сама. С темпераментом «Титаника», невозмутимо рассекающего волны судьбы. Спокойным и с виду надежным. Но если ни с одним из «ракет» так и не сложилось, то, может быть, стоило обратить внимание на «титаник»? Именно поэтому Влада не села обратно в такси, как только увидела напомаженного швейцара у дверей ресторана и ряд дорогих автомобилей на парковке.

– Тогда я позвоню ближе к выходным? Как только отыщу в Москве уютную французскую кофейню? Или не французскую, но маленькую и душевную, хорошо?

– Договорились.

Максим вышел из машины, открыл перед девушкой дверь, галантно поцеловал ей кончики пальцев и уехал.

– Ты опоздала почти на три часа!

Влада вздрогнула и от неожиданности выронила ключ от подъезда.

– Андрей?

Это был он. Мотоциклетная куртка, потертые джинсы, натянутая почти на брови трикотажная шапочка и ухмыляющиеся губы. Ничего общего с тем голым алкоголиком, уснувшим у ее двери.

– Но в первый раз прощаю, у тебя ведь не было моего номера.

– Вот именно. И я вообще ничего не обещала.

– Еще как обещала. Может, и не говорила вслух, но ежу понятно, что в мыслях хотела. Так что хватит препираться, нам пора.

Он взял ее за руку и уверенно повел прочь от подъезда. Наверное, нужно было возмутиться, остановиться, развернуться и уйти, но Владе почему-то было легко и немного смешно. Особенно когда она увидела мотоцикл, идеально подходящий по стилю своему хозяину.

– Поедем на этом?

– А что, банальный кожаный салон банального баварского автомобиля тебе больше по душе? «Позвоню ближе к выходным»… Фу. А завтра с утра получишь бордовые розы с посыльным. И до конца своих дней будешь перебирать украшения и думать только о том, какое колье надеть на очередную скучную вечеринку.

– Хм. Во-первых, откуда ты знаешь про выходные, ты ведь не мог слышать? Во-вторых, откуда знаешь о моих вкусах? Может быть, я мечтаю перебирать украшения и блистать на вечеринках?

– Рассказывай, – хмыкнул Андрей, – будь ты такой «перебиральщицей», ты бы в жизни не впустила в квартиру незнакомого сомнительного голого мужика. И в твоем гардеробе не было бы утепленного спортивного костюма, не обремененного дизайнерскими нашивками. И на свидание с этим «кожаным салоном» не пошла бы в джинсах. И, в конце концов, не разглядывала бы сейчас с интересом мой шлем, пытаясь представить, каково это, мчать в ночи по Москве на мотоцикле. А насчет «созвонимся ближе к выходным» – нет, я не Человек-паук, услышать не мог. Но образ твоего Пирса Броснона настолько типичен, что тут к сценаристам не ходи, все и так предсказуемо. Ну? Где второе «хм» по поводу моей проницательности?

– Ты психолог?

– Вот видишь! – засмеялся Андрей. – Будущая Серена Вандервудсон в ужасе сбежала бы от моей тирады, а ты даже не изобразила притворную обиду. Ну так что? Прокатимся с ветерком? Сегодня нет дождя и такой клевый вечер, обещаю, ты не успеешь замерзнуть, ехать недалеко.

Он протянул Владе шлем.

– О’кей, доктор Ирвин Ялом. Я улыбаюсь. А ведь на самом деле меня не так просто заставить улыбаться, скоро сам узнаешь. А рассмешить еще сложнее. Не говоря уж о том, чтобы по-настоящему привлечь. Так что поехали, я согласна! Вот только… можно мне за руль? Обожаю мотоциклы! – И Влада уверенно устроилась на сиденье, успев заметить краем глаза, как Андрей на секунду замер и посмотрел куда-то поверх ее головы.

– Атас! – выдохнул он в следующее мгновение. – Меня переиграли! Ну ладно, я сражен. Выезжай на кольцевую, там покажу, куда дальше.

Пятнадцать минут адреналинового, свистящего в ушах счастья, и они оказались на территории строящегося жилого комплекса, огороженного высоким забором.

– Ты спортом занимаешься? Потому что придется идти пешком на двадцать восьмой этаж!

– Что? Вернее, ни за что! Почти ночь, я устала, да и вообще, зачем туда идти?

– Ладно, шучу, строительный лифт работает. Зачем – узнаешь позже.

– Это такая манера общения: испытывать на прочность? Сначала – пущу ли в квартиру, потом – пойду ли на стройку ночью?

– Нет, это такой образ жизни – отличаться. У меня это в генах. И у тебя, думаю, тоже. Так что вперед, поздновато бояться!

«Строительным лифтом» оказалась платформа на тросах с внешней стороны здания, похожая на подъемник для мойщиков окон. Андрей подошел к охранной будке, с кем-то переговорил, и система заработала. Зажглись прожекторы, заскрипел мотор. И уже через пять минут они оказались на крыше.

– Проходи, располагайся и чувствуй себя как дома. Это что-то вроде моего личного планетария.

– Ты даже не спросил, боюсь ли я высоты.

– Не боишься, я чувствую. И надеюсь, тебе нравятся звезды!

В нескольких метрах от «лифта» бетонная поверхность крыши была застелена чем-то вроде фанерных листов, на них стоял небольшой столик и два стула, а рядом с ограждением – огромный телескоп. Андрей подошел к столу, чиркнул зажигалкой и зажег приготовленные свечи.

– Вино не предлагаю, алкоголь с мотоциклом не сочетаются.

– Такое чувство, что ты участвуешь в конкурсе на самое оригинальное свидание. Свечи, телескоп и ветер на крыше недостроенного дома. Никак не могу определиться, романтично это или странно.

– Я участвую в конкурсе на самую оригинальную жизнь, причем с рождения. Как-нибудь расскажу. А здесь провожу почти каждый вечер, потому что нравится. Изучаю вселенную и пишу… кое-что. Эта высотка принадлежит другу, я арендовал кусок крыши на неопределенный срок. Отсюда прекрасно видно все что нужно. Включая Москву. Иди сюда, ближе к краю, посмотри по сторонам. Столица как на ладони!