Ледяная Королева (Трилогия) - Ахмедова Майя Саидовна - Страница 129

Вскинутая бровь дает понять, что сын вождя оценил ответ по достоинству. Он кивает и встает:

— Я рад, что мы поняли друг друга!

Дин тоже поднимается одним плавным движением, протягивает руку:

— Спасибо! — И поясняет в ответ на вопросительный взгляд: — За откровенность.

Тарглан еще несколько мгновений меряет принца пристальным взглядом вприщур, затем кивает и коротко пожимает протянутую руку. Разворачивается и уходит, сдернув мимоходом плащ с гвоздя. Дин снова опускается на лохматую шкуру и замирает, глядя сквозь огонь в никуда немигающими глазами…

Вопреки ожиданиям на другой день я чувствовала себя вполне бодро и довольно легко перенесла следующий переход. Возможно, грело душу еще и то, что на вечер намечались посиделки с песнями, поскольку очередная остановка на отдых и ночлег планировалась у стен городка, который силами партизанствующих местных жителей был уже освобожден от наемников и наместников Черного Короля. Учитывая недавние события, поводов для радости насчитали целых два, решили, что это намного лучше, чем один, и утроили рвение. Так что задолго до заката мы уже были на месте.

Среди толпы оживленно снующего и гомонящего народа я никак не могла высмотреть сестричек-островитянок, поэтому решила проведать главу семейства.

— Мир крову твоему, наш глубокочтимый и высокопроизводительный Папаша Хелль! — Под хорошее настроение мне вздумалось блеснуть учтивостью — разумеется, на свой лад. — Как себя чувствуют прославленные драгметаллические связки сладкоголосого барда?

Вальгранарх, поглощенный настройкой своего фантастического инструмента, отвесил мне изысканный полупоклон, показывая, что по достоинству оценил усилия и заботу.

— А не будет ли так любезен многоуважаемый «золотой голос» и неутомимый отец-герой… — Тут я не удержалась и прыснула в голос. — Короче, не появлялись ли поблизости твои дочурки?

— Появлялись. — Изящные пальцы осторожно подкрутили очередной колок. — И обещали появиться снова, так что будет разумней просто подождать их здесь.

— Уговорил! — Я с готовностью приземлилась рядом и приняла кружку с горячим травяным настоем. — Кстати, о героическом отцовстве…

— Тебя интересует мой богатый опыт или результат?

— Просто интересно, сколько же у тебя детей?

— Восемнадцать, — скромно потупился бард, не прерывая своего кропотливого занятия (в смысле — настройки инструмента). — Все от четырех законных жен. Причем дочек только пять.

— А где сыночки?

— В ополчении, кто где. Не будут же они в такие времена отсиживаться по домам!

— Когда ты только успел?!

— Жизнь — штука долгая, особенно моя! — философски пожал плечами отец-герой. — Можно многое успеть, если захотеть по-настоящему…

— И потрудиться от всей своей широкой души! А как насчет внебрачных деток? — подмигнула я и подтолкнула его локтем в бок.

Темная бровь изогнулась лукаво.

— Мне и чисел-то таких отродясь не выучить!..

— Еще покрасней, шалунишка! — прыснула я.

— Рад бы, да за давностью лет разучился, — развел он руками, сокрушаясь почти по-настоящему. — И вообще, насмехаться над престарелыми и немощными грешно!

Теперь мы хохотали дуэтом.

— Что, папочка, снова злыдни обижают? — Входной полог тяжело колыхнулся, пропуская старшую из наследниц.

Ну и жизнь — аж в горле ком,

Нет сочувствия ни в ком!

Вот сыщу лесок поглуше

И устроюсь лесником!

— Это я нашла удобный случай процитировать любимую сказку. — Только долго ли тот лесок простоит при такой-то популярности… Не грусти, дай только срок — всех врагов уроем и займемся тобой…

— Меня-то за что?!

— Да нет, в смысле — воздадим должное твоему вкладу в историю королевства. Памятник воздвигнем, например…

Договорить не удалось: я представила, как должен будет выглядеть сей монумент с учетом талантов и пристрастий нашего певца и сочинителя, а по совместительству сердцееда и отца-героя — поперхнулась на полуслове, закашлялась и зашлась от хохота.

Вальгранарх наградил меня взглядом эстета-великомученика, беспочвенно и понапрасну оскорбленного придурковатым и необразованным обывателем.

— И ведь ехидничают все кому не лень! — озвучила сию поучительную картину Эльорина. — Бедный мой папенька: трудишься-трудишься над пополнением населения и улучшением породы, буквально себя не жалея и не покладая рук… вернее, не покладая… в общем, неважно чего, — и никакого тебе сочувствия!

— Спасибо, дочурка! — старательно хлюпнул носом «золотой голос королевства», подмигивая мне и утирая воображаемую слезу. — Хоть кто-то понимает…

— А то мало у тебя понималок и утешалок! — Я весьма непочтительно расхохоталась и махнула рукой.

— Угу, — поддержала меня дочурка. — Вон две уже мчатся наперегонки прямо сюда, половину дозорных затоптали…

Медногривый сердцеед еще глубже вошел в образ — умудрился состроить настолько минорную физиономию, словно ненароком попал на собственные поминки.

— Может, пеплом голову посыпать? — услужливо предложила я, стараясь громко не хихикать.

— Не поверят, — скорбно качнуло головой это чудо ликуартисского разлива. — Посиделки ведь по радостному поводу. А то получится, что меня до такой степени расстроило твое благополучное спасение…

— Тех, кто хорошо меня знает, это нисколько не удивило бы! — хмыкнула я, неохотно покидая свое нагретое местечко. — Но портить обедню тебе, так и быть, не станем. Утешайся на здоровье!

И мы с Эльориной уступили территорию подоспевшей «группе поддержки».

Часть третья

ПРЕДАТЕЛЬСТВО И РАЗБИРАТЕЛЬСТВА

ГЛАВА 1

Посреди шатра ровно горел костер, изредка постреливая вверх снопами быстро гаснущих искр. На окружающих предметах танцевали красноватые отблески, заставляя колебаться резкие вытянутые тени. Трепещущий свет пламени выхватывал из темноты лица людей, расположившихся как можно ближе к источнику тепла. Шестеро, сдвинувшись в тесный кружок, азартно резались в карты на деньги — чуть поодаль красовалась россыпь тускло поблескивающих монет. Еще один, скрытый густым полумраком, вольготно разлегся на шкуре поодаль, опираясь локтем о свернутое одеяло, и рассеянно поигрывал длинным кинжалом.

Игроки, закончив очередную партию, заговорили и захохотали, деля деньги среди победителей и со вкусом щелкая по носам проигравших. Единственный зритель с усмешкой наблюдал за ними.

— Почему все-таки сегодня? — повернулся к нему один из картежников — грузноватый, коротко стриженный блондин, видимо продолжая недавно прерванный разговор.

— Кое-что изменилось. — Говоривший придвинулся ближе. Стали различимы черные прямые волосы до плеч и аккуратная бородка, окаймляющая лицо.

— Ты бы объяснил толком, — недовольно протянул блондин.

Остальные поддержали его невнятным гомоном, оставили карты и повернулись к брюнету.

— Во-первых, все важные переговоры и встречи уже состоялись, и согласие получено. Во-вторых, по нашим сведениям, о которых даже принц еще не знает, основная часть войска присоединится к нам почти на неделю раньше, чем ожидалось. И знаете, кто ведет эти отряды? Лигерн, Холарт и Тейрант.

Кто-то из мужчин присвистнул:

— Да уж, это верные псы, при них и дергаться не стоит…

— Вот и я о том же. В-третьих, наше проницательное дитя степей вчера по личному поручению принца отбыло на встречу с восточными кланами, вожди которых что-то темнят и колеблются, дабы прощупать обстановку и окончательно решить, стоит ли рассчитывать на их помощь. И это еще не все.

— Опять что-нибудь с этой девкой? Не слишком ли много внимания ты ей уделяешь?

— Вот как раз ее нельзя сбрасывать со счетов, — покачал головой брюнет, явный заводила в этой теплой компании. — Пока она прикрывает спину принца, ничего у нас не выйдет!