Ледяная Королева (Трилогия) - Ахмедова Майя Саидовна - Страница 137

Дрогар после долгих и убедительных колебаний согласился на выгодных для себя условиях играть роль «засланного казачка», благо пользовался полным доверием у Дина и безоговорочным авторитетом среди сторонников и поклонников правящей династии. Он охотно и с благодарностью принимал магическую и финансовую помощь от нанимателя, только вот использовал полученные полномочия и возможности не в интересах правителя, а для достижения своей цели: освободить престол для себя, любимого.

Мое присутствие основательно спутало ему карты. Пришлось таиться и осторожничать во сто крат больше и без конца откладывать начало активных действий, пока не сложилась благоприятная ситуация. Даже меня удалось уговорить почти «без шума и пыли», а ценные «улики» были подброшены в мой багаж на всякий случай: если дело выгорит, это будет первым гонораром и залогом серьезности намерений нового кандидата на престол в отношении нашего дальнейшего сотрудничества. Если же нет… Сейчас перстень и деньги послужили доказательством того, что я не устояла перед обаянием Черного Короля, продалась ему с потрохами, забыла про честь и совесть и вообще — играю чуть ли не главную руководящую роль в этом подлом заговоре…

— …так свою «видящую» спроси — уж она-то тебе обо всемрасскажет! — заканчивает мысль Дрогар и многообещающе улыбается.

Дин с видимым усилием разжимает челюсти:

— Зачем бы ей тогда предупреждать меня о покушении?

— Кто знает — женщины такие загадочные! — непринужденно пожимает плечами бывший друг детства. — Может, засомневалась в надежности Кронигана и решила выйти сухой из воды, сдав нас и заодно пополнив кошелек за счет короля. Может, просто испугалась недовольства небожителей…

— Вряд ли — она из другого мира.

— Значит, эта дурочка все еще тоскует по твоим прекрасным глазам… несмотря ни на что! — издевательски расхохотался Дрогар, подмигивая собеседнику. — И вообще, какого черта?! Сам у нее и спроси, ты же у нас мастер по дознаниям!

— Так и сделаю, — невозмутимо кивнул принц, разворачиваясь к выходу.

Очередная насмешливая реплика пленника догнала его на полдороге:

— Не боишься оставлять меня без охраны? Я ведь в свое время гораздо лучше тебя освоил технику «исчезающей тени», даже будучи связанным и без оружия…

— Вот и продемонстрируй свои таланты надхе, — не оборачиваясь, обронил принц. — Она почему-то настолько воспылала к тебе симпатией, что ни на шаг от шатра не отходит. Интересно будет взглянуть на все это — со стороны! Заодно и время до казни скоротаешь…

Мне так и не удается увидеть, как на сей раз изменилось лицо Дрогара — тяжелая завеса плотной мглы вдруг отсекает меня от происходящего. Давненько меня так жестко не выбрасывало в реальность!.. Несколько мгновений, каждое из которых длиною в жизнь, я корчусь и глухо рычу от невыносимой боли в глазницах и глубине черепа. Сил не осталось даже на то, чтобы встать, поэтому страстная мечта о погружении с головой в глубокий сугроб свежевыпавшего снега так и остается в списке невыполнимых…

Зато моя рука натыкается на холодный бок любимого кубка, явно не пустого. С облегчением убеждаюсь, что в нем как раз тот самый необходимый для выживания универсальный отвар, с удовольствием осушаю почти всю емкость и остатки капаю в саднящие глаза, с некоторым опозданием удивляясь, откуда здесь успела появиться эта роскошь. Видимо, Тиальсе удалось проигнорировать охрану… Что ж, неудивительно: с некоторых пор с ней в целях выживания предпочитают просто не связываться, почти так же, как со мной. Н-да, с кем поведешься…

Додумать эту ценную мысль я не успеваю — проваливаюсь в глубокий сон, причем без всяких там непрошеных видений. Я, радуясь этому до глубины души, сплю настолько добросовестно, что в ответ на деликатное приветствие представителей Совета даже не собираюсь открывать глаза, лишь гневно мычу и закрываюсь с головой одеялом. Более настойчивые попытки склонить меня к общению, хотя бы одностороннему, заканчиваются моей невнятно-нецензурной тирадой и четким пожеланием видеть весь белый свет и прилегающие к нему окрестности где-то совсем не в раю и в соответствующем прикиде… Потом я, по-прежнему не открывая глаз, нетвердой рукой изображаю в воздухе жестами что-то вроде «напишите молча, положите там и идите… (в смысле — с Богом!)», после чего вообще перестаю реагировать на происходящее…

ГЛАВА 3

Мой мутноватый спросонья взгляд скользнул вправо-влево, с трудом сфокусировался на свитке, ненавязчиво белевшем посреди столешницы. Так, понятно, свежий выпуск последних известий по заявкам трудящихся… ч-ч-черт, как трещит голова!.. И еще какой-то галдеж снаружи!.. Я снова прикрыла глаза и прочесала «поисковой сетью» окрестности шатра — так и есть! Охраны у входа уже не было, а бывшие караульные наперебой обсуждали злободневную тему со всеми соратниками сразу. Неожиданно появилась Линга, четырьмя грозными взглядами разогнала гомонящую толпу и с величественным видом улеглась у входа. Господи, наконец-то тихо!!! «Спасибо, умница моя, ты меня просто спасла!» Надха, уловив мои благодарные мысли, снисходительно фыркнула в ответ и широко зевнула, заодно лишний раз продемонстрировав окружающим внушительное оснащение саблезубой пасти.

Я дотянулась до свитка и невольно присвистнула, развернув длинную полосу мелко исписанного пергамента — члены Совета очень ответственно подошли к проблеме введения меня в курс дела и результатов дознания. Что ж, увлекательное вышло чтиво… правда, на мой вкус, такое воспринимается гораздо забавнее, когда в подобных событиях не участвуешь сам! А уж этих извинений в конце послания, на которые пришлась добрая четверть свитка, лучше бы вообще не было!..

От поисков знакомых букв меня оторвала зареванная Тиальса, которая влетела как вихрь и с ходу повисла у меня на шее. Какое-то время мы плакали уже на пару, потом утешали друг друга, немного поговорили за жизнь и пришли к традиционному выводу, что «мужики — сволочи, счастье — в труде», после чего подруга была отправлена с поручениями к повару и знахаркам, а я получила желанную передышку.

Труднее всего было заставить себя выбраться из-под одеяла, но мне удалось даже это. Страшнее всего было заставить себя посмотреть в зеркало, но моей отваге не было предела (и вообще — море по колено, горы по плечо и сам черт не брат, после недавних-то событий!)…

Впрочем, я успела только наскоро умыться и привести себя в относительно упорядоченное состояние, когда снаружи снова загомонили — похоже, намечалось всеобщее сборище. Входной полог тяжело качнулся, впуская в мою скромную обитель доверенного курьера при полном параде. Он склонился в почтительном полупоклоне и жестом указал на выход. Мне поневоле пришлось подчиниться, хотя не было никакого желания видеть кого бы то ни было, тем более… Но я молча поправила на голове свой знак отличия, набросила на плечи шубку и шагнула за порог.

Так и есть — вся орда в сборе! У самого входа в мое скромное жилище обнаружилось его высочество собственной персоной во главе целой делегации (Сотрес, Ворх, члены Совета, новая «правая рука» и еще кто-то), а вокруг оживленно шумело все имеющееся в наличии воинство. Терпеть не могу подобные парадные мероприятия, но тут уж не на кого пенять, сама виновата: попала в спасительницы — расплачивайся теперь!

При моем появлении раздался настолько мощный восторженный ор, что, казалось, даже облака содрогнулись, не говоря уж об окрестных горах. Добрых минут пять мне пришлось во всю ширь сиять ослепительной улыбкой и раскланиваться на четыре стороны, приветственно махая рукой своим почитателям и соратникам. Наконец все угомонились и затихли, ловя каждое слово «секретаря-писца-глашатая». «Три в одном», откашлявшись для пущей солидности, развернул внушительный свиток и принялся зачитывать специальный указ монаршей особы:

— «За проявленную отвагу… преданность короне… раскрытие… и спасение…»

Я замерла по стойке «смирно!», а полному отсутствию эмоций на моем лице наверняка могла бы позавидовать любая мраморная статуя. Так и стояла, глядя сквозь людей в никуда, почти не вслушиваясь в размеренное звучание зычного баса и мечтая только об одном: чтобы все это закончилось как можно быстрее! Сил моих больше не было…