Ледяная Королева (Трилогия) - Ахмедова Майя Саидовна - Страница 142

Зациклившись на хлыстах, я совершенно упустила из виду, что меч даже в менее умелых руках — тоже не букет фиалок, и первую кровь, пущенную с помощью закаленной стали, также далеко не всегда удается остановить. И теперь я, почти не дыша, смотрела, как соперники сошлись в ближнем бою. Они двигались так стремительно, что передо мной, казалось, кружит некий торнадо, в котором были различимы только реющие по ветру серебряные и сажево-черные пряди да яркие блики — то сиротские лучи робко проглянувшего сквозь тучи солнца отражались от зеркально-гладких лезвий.

Внезапно торнадо распался. Поединщики на несколько мгновений замерли в напряженных позах, переводя дыхание, и снова сошлись, перейдя к более коротким — в несколько ударов — стычкам. Я все еще лихорадочно соображала, как бы мне их остановить, когда Дин, сделав неожиданный выпад, пробил-таки глухую доселе защиту Призрака и достал клинком его грудь…

От моего вскрика с ближайших деревьев с тихим шелестом осыпался снег. Воины одновременно вздрогнули и развернулись ко мне. Глаза принца блеснули золотом, но быстро угасли — я была не в силах отвести взгляд от рубашки Призрака, на которой стремительно расплывалось алое пятно. Впрочем, через пару секунд я смогла перевести дыхание: ничего страшного, только мышцы пробиты. Дин повел плечами, словно вдруг ощутил холодное прикосновение зимнего ветра, сплюнул кровью и глухо проговорил:

— Тебе лучше уйти!

— Подожди нас в лагере, — поддержал его Тарглан.

Я ощетинилась, как дикобраз, но от криков пока воздержалась.

— А не слишком ли много в последнее время появилось командиров на мою голову?! Что за моду взяли — решать за меня, куда ходить, кого ждать, что мне лучше, что хуже? Вы что это устроили, чтоб вам … … …?!

— Просто улаживаем возникшие разногласия, — после некоторой заминки нашелся Призрак, убедительно пожимая плечами. — Ты зря беспокоишься, твое вмешательство не требуется!

— Ох уж эти мне сказки! — солнечно улыбнулась я во все имеющиеся зубы. — Ох уж эти мне сказочники… особенно хреновые! Может, сейчас мое вмешательство и не требуется, но вот потом оно уже будет просто ни к чему! — И я обличающим жестом указала в сторону куста, под которым, свернутые кольцом, как отдыхающие змеи, пока еще мирно лежали два расчехленных изуверских произведения оружейного искусства. — Что, застоялись, бедненькие, теперь силушку девать некуда? — продолжала я, все больше накаляясь. — Вам не хватает крови, которая льется по всему королевству? Или так уж невтерпеж себя изуродовать, что не можете дождаться настоящего боя?! А может, вы думаете, что ваше мордобитие хоть кого-то развеселит и обрадует? Лично меня — нисколько, это уж точно!

Сын вождя шевельнулся было, но я не дала себя перебить:

— Тарглан, я и в самом деле очень ценю твое благородство, заботу и внимание. Никогда не забуду, что именно ты, не щадя себя, за меня заступился, и благодарна за все… но именно поэтому обращаюсь к тебе — хватит! Не делай мне еще больнее, не повторяй его ошибок. — Я кивнула в сторону принца, который, казалось, был всецело поглощен прикладыванием снега к опухшей губе. — Он тоже начал с того, что взялся принимать решения за меня… Вы же деретесь до первой крови, так? — На сей раз я перебила сама себя.

Оба молча кивнули.

— И сейчас, если я правильно поняла, у вас боевая ничья?

Принц вновь кивнул, смахнул пальцами с лезвия меча красные пятна, отер о снег руку и выпрямился, глядя на меня в упор.

— Парни, обоих прошу — остановитесь на этом!

— Мы не можем закончить поединок, пока не выполнены все условия или пока вызов не взят обратно. — Голос Дина звучал твердо, несмотря на сочувственные нотки.

— Да… через… много раз подряд ваши благородистые заморочки! — взорвалась я, окончательно теряя голову. — Вместе с… на правилах… придурками! Не наигрались еще?! Добро!

Мне удалось добраться до нужного куста буквально в три прыжка. Сложенные вдвое рукавицы успешно сыграли роль надежной прихватки, с помощью которой можно было без опаски взяться за жуткое оружие в полуметре от острия, шевелившегося, словно живое. Почти догнавших меня поединщиков я встретила самой чарующей улыбкой, на какую только хватило ярости в тот момент.

— Как там у вас — «до первой крови каждым видом оружия»? — Подумав целую секунду и не обращая внимания на предостерегающий возглас Призрака, я полоснула себя по наружной стороне бедра и резким жестом стряхнула с опасно подвижного суставчатого лезвия тяжелую гроздь ярких разнокалиберных капель прямо под ноги остолбеневших от неожиданности мужчин.

— Вот вам кровь! Моя устроит? Вторая группа, резус положительный. Чем богаты — королевской, уж извиняйте, нету, все претензии к предкам!..

Я, конечно, не настолько потеряла разум, заботясь о благополучии неуемных ближних, чтобы калечить себя всерьез, но и поверхностная рана закровила намного сильнее, чем ожидалось. Видимо, чертово лезвие впилось чересчур глубоко и зацепило крупный сосуд. По ноге весело побежал горячий ручеек, штанина моментально промокла и неприятно прилипла, в сапоге захлюпало. Принц первым преодолел столбняк и ринулся ко мне, одновременно отшвыривая меч и отрывая почти половину своей рубашки. И даже успел поддержать, когда я, вдруг ослабев, уронила чертов хлыст и медленно стала оседать в сугроб. Одной рукой он обхватил меня за плечи, а другой зажал скомканным обрывком полотна кровоточащую рану.

— Сумасшедшая! — выдохнул он мне в самое ухо.

— С вами спятишь раньше времени! — Я все еще не остыла.

— Зачем ты это сделала? — угрюмо спросил Призрак, ловко сворачивая отертый хлыст.

— Затем, что по-другому вы не понимаете… Тарглан!

— Что?

— Ты знаешь — что! — Я стойко выдержала его свинцовый взгляд, распахнув сознание до предела — пусть убедится, что я настроена более чем серьезно. — Или снова сделаю по-своему! С меня все началась, мною и закончится. У «видящих» это запросто получается, помнишь?

С моей стороны это был отчаянный блеф — я понятия не имела, как добровольно уходят из этой жизни «видящие», но в таком состоянии вполне была способна вытворить что угодно, не задумываясь о последствиях.

Еще с минуту мы мрачно буравили друг друга взглядом, пока сын вождя не повернул голову в сторону принца, который до сих пор стоял в снегу на коленях, поддерживая меня в сидячем положении.

— Хорошо, — слова цедились нехотя, сквозь зубы, — я согласен считать поединок законченным!

Одновременный, подчеркнуто церемонный полупоклон, которым обменялись поединщики, завершил дело. Я только успела перевести дыхание, как вынуждена была проглотить рвущийся из горла непроизвольный стон и уткнуться в свои колени, сжимая ладонями виски, — новый приступ дикой головной боли, как обычно, подкараулил в самый неподходящий момент, пересилив подкатившую тошноту и с легкостью выдернув меня из реальности…

Как же все-таки замечательно, выныривая из глубин муторного небытия, прийти в себя в надежных руках самого дорогого и единственного в мире мужчины, снова ощутить его тепло и такой знакомый и родной запах! Я, не открывая глаз, потерлась щекой о плечо молчащего Дина и, нежно коснувшись губами горячей кожи над пульсирующей артерией, привычно уткнулась носом в его шею. Теперь, когда закончился этот выматывающе-долгий тягостный сон, можно вздохнуть с облегчением, тихо радоваться и просто слушать, как совсем близко бьется его беспокойное сердце…

Через некоторое время в моем расслабленном полузатуманенном сознании начали проклевываться первые сомнения. К стуку сердца явно добавлен стук лошадиных копыт… С чего это вдруг я еду, сидя боком в седле впереди принца? И откуда, черт побери, взялась эта приглушенная дергающая боль в ноге?! Я отпрянула довольно резко, не слетев наземь только благодаря быстрой реакции Дина и его стальной хватке.

Мои распахнутые во всю ширь глаза моментально засекли главные детали окружающей реальности: лицо принца, с бесстрастным выражением которого плохо сочеталась матовая мгла до предела потемневших глаз, мрачная сосредоточенность Тарглана, который ехал рядом; мелькающая невдалеке безмолвная черно-рыжая тень, клонящееся к закату солнце, лучи которого успели вызолотить рваные края частых мелких прорех в плотном слое низких облаков… Услышала приближающиеся повседневные звуки большого военного лагеря и вспомнила, что произошло сегодня, и вчера, и неделю назад — все! И, с трудом подавив тоскливый стон, обреченно спрятала лицо в ладони. «Сон» продолжался…