Ледяная Королева (Трилогия) - Ахмедова Майя Саидовна - Страница 169

Я невольно передернула плечами, вставая.

— Как я выгляжу?

Гороховый шут в звериной шкуре молча закатил глаза и рухнул на ковер, откинув хвост и задрав кверху все четыре лапы.

— Значит, можно и на люди показаться, — заключила я, обходя жертву моей красоты. — Идем обедать или как?

— Никаких «или каков»!

Серый хищник успел выскочить в дверь еще раньше меня. Ожидавшая в коридоре надха окинула меня взглядом, одобрительно фыркнула и плавно зашагала рядом. По дороге я вспомнила, о чем хотела спросить:

— Ворх, ты можешь перевести мне пару выражений с древнего языка?

— Смотря каких. — Трусивший впереди серый хищник притормозил и обернулся. — Если что-нибудь заумно-философское, то я, пожалуй, пас.

— Да нет, вряд ли…

Волк внимательно выслушал мою версию первого слова.

— Только и всего? — небрежно махнул он хвостом. — В буквальном толковании — «сердце»… Что-то не так?

Видимо, его смутила повышенная озадаченность, отразившаяся на моем лице.

— Ты уверен?

— Да я один из немногих, кто способен эти древние тексты не только читать в оригинале, но еще и понимать! — Мои сомнения, казалось, уязвили собеседника до самой глубины волчьей души. — А ты-то уверена, что ничего не переврала?

Я почесала нос, напрягла память и все-таки смогла воспроизвести более точную версию.

— Так это же совсем другое дело! — Волк прищурился на меня одновременно подозрительно и насмешливо. — Где ты откопала подобное выражение?!

— Так, случайно попалось на сенсоры…

— И в чьем бы это, интересно, исполнении? Ой, только не надо делать вид, что сейчас покраснеешь!

— Да с чего бы вдруг?! В книге вычитала! — буркнула я, от всей души надеясь, что Ворх все-таки не вспомнит, чем закончились их с принцем неоднократные попытки обучить меня здешней древней письменности.

— Я решил было, что ты между делом штудируешь знахарские справочники, а вашу светлость, оказывается — кто бы мог подумать! — интересует любовная лирика поэтов прошлых тысячелетий! Традиционно твое выражение переводится как «мое сердечко» или «слеза души» в зависимости от стиля и рифмы. А второе? — Волк уже сидел передо мной, заинтересованно поводя ушами.

— Что второе?

— Ты же сказала — пару выражений.

— Ах да… Кажется, «этейи», насколько помню. — Я старательно воспроизвела услышанное, сделав ударение на последнем слоге. — Или что-то вроде того.

— «Ненаглядная», — вздохнул заколдованный соратник, мечтательно глядя куда-то вдаль сквозь меня затуманившимися глазами.

— Что, припомнил, как давно самому не приходилось говорить кому-нибудь подобные вещи? — сочувственно спросила я, присаживаясь рядом с ним на корточки.

— Проницательная ты наша! — фыркнул хищник, надевая на свою серую физиомордию привычное насмешливо-ехидное выражение. — Хотя… права как никогда, черт подери!

— Кто бы сомневался! — Я, шутя, потаскала его за острое мохнатое ухо. — Ничего, серенький, мы свое возьмем — перевернется и на нашей улице грузовик с пряниками! Осталось-то всего ничего: дойти да победить!

— В самом деле! — совершенно серьезно поддакнул Ворх, снова устремляясь вперед бодрой трусцой. — Только давай для начала хотя бы до обеденной залы дойдем, а то не миновать нам голодной смерти в расцвете лет…

— И тогда все пророчество на фиг! — с готовностью подхватила я. Давая выход нахлынувшей вдруг волне беспричинной, казалось бы, радости, я припустила вслед за ним, дернула за кончик пушистого хвоста и прибавила ходу, крикнув на бегу: — Догоняй!..

Часть вторая

СРАЖЕНИЕ И ЗАВЕРШЕНИЕ

ГЛАВА 1

Огромное ущелье с множеством причудливо изломанных ответвлений напоминало гигантский муравейник в разгар трудовых будней: все видимое и невидимое пространство было заполнено деловито снующими существами. Отряд, основательно разросшийся за время долгого путешествия по родному краю, прибыл к заранее условленному месту сбора чуть раньше срока, но нас уже поджидали наиболее расторопные союзники. Остальные подтянулись позже, и почти весь день — последний перед решающим сражением — ушел на то, чтобы приветствовать пополнение, помочь им обустроиться и наскоро переговорить с вождями и предводителями…

Особенно бурной была встреча с Громом. На радостях чешуйчатый друг едва не устроил обвал одновременно с пожаром, но потом немного утихомирился, сгреб меня и Дина под крылья, долго вылизывал нам лица по очереди, начав с моего, а запоздавший Ворх был от всей души вывалян в ближайшем сугробе — и персонально, и вместе с нами… Только после того, как эмоции немного улеглись, нас повели знакомиться с крылатыми добровольцами. У меня захватило дух, когда с вершины довольно высокого утеса открылся дивный вид на поросший лесом распадок, в котором расположились на отдых разномастные драконы общим числом не менее полусотни. Крылатые соратники, заметив нашу группку, единым выдохом запустили в ночное безлунное небо несколько десятков мощных струй разноцветного пламени…

Потом были обмен приветствиями с повелителем гордого племени Парящих Рысей и знакомство с каждым из двух сотен пушистых бойцов, лично им отобранных. А еще долгожданная встреча с многочисленной ордой разноклановых шушек и командой Стражей Перевалов, которые сообща успели поспособствовать заметному ослаблению войска противника. Нет, в открытый бой ввязываться не стали, попросту провели серию диверсий в здешних горах, надолго заперев среди безжизненных ущелий наемное подкрепление, а то и похоронив под обвалами десяток-другой больших отрядов.

С этими Стражами чуть было не случился конфуз. Так вышло, что мне раньше доводилось о них разве что слышать краем уха, поэтому сначала я приняла их представителя за огромный неровно-шишковатый обломок скалы, живописно поросший мхом и лишайниками. Один Бог ведает, как мне удалось удержаться от «восторженных» высказываний — от неожиданности! — когда этот утес, украшенный еще и сизой порослью какого-то кудрявого кустарника, вдруг зашевелился и протянул в мою сторону гранитные конечности… Впрочем, неважно, главное, что все-таки удалось, а то не миновать бы нам дипломатических осложнений!..

Эти существа вызвали у меня искренний интерес. Ворх сумел удовлетворить мое любопытство чуть позже, по дороге в лагерь. Стражи Перевалов издавна жили семейными группами высоко в горах, в недосягаемых для человека ледниках и ревностно охраняли границы своих владений. Будучи миролюбивыми по сути, эти каменные великаны вряд ли стали бы убивать живые существа, но устроить обвал, вызвать лавину или землетрясение могли запросто, в любом количестве и месте своей горной страны.

По большому счету им было все равно, кто стоит у власти на остальной территории королевства, — охотников посягнуть на их владения пришлось бы искать днем с огнем и сворой специально выученных собак. Но перевалы и точки перехода представляли собой стратегически важные объекты, поэтому здравомыслящие правители прекрасно понимали, что лучших кадров для пограничной службы в тех условиях не существует в природе, к тому же договориться со Стражами проще простого, было бы желание! У Дина такое желание возникло давно, и он, выказав главам кланов должное уважение, охотно согласился на все выдвинутые условия, тем более что никакого ущерба людям это не нанесло бы — слишком уж отличались интересы и жизненные потребности этих странных существ. А Крониган как ярый поборник чистоты и исключительности человеческой породы в свое время погнушался общением с ярко выраженными «нелюдями», за что и поплатился теперь, когда уже даже локти кусать было бесполезно…

К вечеру у меня в буквальном смысле рябило в глазах, и я решила прогуляться в одиночестве — насколько это возможно… Одна неплохая, как мне казалось, идея давно не давала покоя, поэтому я особенно радостно приветствовала птичьего предводителя Карнля и отвела его в сторонку на пару слов. Договорились мы быстро, и через несколько минут стайка птиц переместилась вслед за мной в рощицу на восточной границе лагеря, а после к ним присоединилось еще несколько новых действующих лиц. Задуманное мероприятие заняло гораздо больше времени, чем планировалось, поэтому наша компания разошлась уже в глубоких сумерках.