С мертвых не спросишь - Лайл Гэвин - Страница 58

На это имя он отреагировал.

Кэри с Вилли вывели Ньюгорда и направились к лестнице. На механике была старая флотская шинель с тремя золотыми шевронами на каждом рукаве, и я не разглядел, что еще. Вилли нес в руках целый тюк с одеждой.

Кэри показала мне бутылку виски.

– Вот что они поставили в его комнате! – она бросила через перила бутылку, которая с грохотом разлетелась на полу на мелкие коричневые осколки.

Тронн испуганно отскочил в сторону.

– Это новая методика лечения, доктор? Если пациент устал лечиться, может хоть до смерти напиться. Превосходно!

– В его возрасте лечение сопряжено с риском. Он может погибнуть не только от злоупотребления алкоголем, но и от абстинентного синдрома.

– Я говорю не о ваших профессиональных тайнах, а о вашей порядочности, доктор.

Они уже почти спустились, я заметил на ногах у Ньюгорда какие-то ботинки. Потом шагнул вперед, отодвигая Расмуссена в сторону, чтобы дать им выйти.

– Не останавливайтесь, ведите его дальше.

Когда они проходили мимо, Ньюгорд повернул ко мне опухшее, мокрое от пота лицо и невесело усмехнулся. Затем они скрылись за дверью.

– Вы совершаете большую глупость. Разве вы сумеете скрыться? – прошипел доктор Расмуссен.

– Здравый смысл заставит вас забыть и о нас, и об этом человеке. Потому что в полиции мы все расскажем. Лучше приведите в порядок его комнату и не забудьте стереть отпечатки пальцев, словно его никогда там не было. А с миссис Смит-Бэнг как-нибудь разберетесь.

Полпути они наверняка уже прошли. Выиграть бы еще хоть минуту, и я добрался бы до катера одновременно с ними.

И тут из-за лестницы появился Кэвен.

– Привет, Корд. Значит, это ты здесь шумишь?

Теперь, без маски из чулка, я мог и не узнать это квадратное лицо с выступающими скулами, тонкими губами и треугольником черных волос на лбу. Но голос, забинтованная правая рука – и большой пистолет в левой...

Напряженно ухмыляясь, Расмуссен осторожно стал смещаться в сторону, освобождая линию огня. Тронн стоял неподалеку, скалясь во весь рот.

Интересно, хорошо ли стреляет Кэвен левой рукой?

Впрочем, с десяти ярдов это не имело особого значения. У него в обойме было не меньше семи патронов, промахнуться при таких условиях профессионал не может.

Я дважды выстрелил в его сторону и выскочил за дверь. Думаю, что не попал, однако грохот выстрелов ошеломил Кэвена. Рука с пистолетом инстинктивно дернулась вверх, закрывая лицо, и его единственный выстрел угодил в потолок.

С грохотом захлопнув дверь, я помчался по галерее, отшвырнув кресло-качалку. Потом перескочил перила и грохнулся на клумбу с любимыми нарциссами доктора. Затем я пересек подъездную аллею и нырнул в кусты. Здесь можно было остановиться и перезарядить револьвер.

Ярдов двадцать сада позади меня могли послужить неплохим укрытием. Сад окружала изгородь из камней, за которой начинался открытый луг, тянувшийся от дороги до подножья холма. Можно бы, конечно, укрыться за изгородью высотой до пояса и ползти почти до самой дороги, но это заняло бы слишком много времени.

Огни в доме и на галерее вдруг погасли. Я поднял было револьвер – но передумал, все равно они будут подкрадываться очень осторожно, и мне не следовало выдавать свое местонахождение. Я тихо прополз между кустами к изгороди, осторожно перебрался через нее, не уронив ни единого камня, и во всю прыть кинулся через поле. И почти достиг дороги, когда следом двинулась первая машина – но, похоже, очень медленно. Подбежав к причалу, я увидел, что Кэри уже на катере и отчаянно зовет за собой Ньюгорда, который застрял на краю пирса, словно боялся или попросту не мог спрыгнуть вниз.

Вилли спросил:

– Что там была за стрельба?

– Да так... неожиданно появился один старый знакомый. Но никто не пострадал. Тащите его вниз... – попыхтел я, с трудом переводя дыхание.

– Я пытаюсь... – жалобно сказала Кэри.

Я схватил Ньюгорда за рукав и рванул вверх, его грузное тело сразу стало сползать вниз. Испуганно вскрикнула Кэри, но старший механик уже рухнул в катер, едва не придавив Дэвида. Вилли отдал один швартов, я – другой, и мы спрыгнули на палубу. Я услышал, как на берегу взревел мотор второй машины, но тут все заглушил наш собственный дизель.

Кэри налегла на румпель, направляя катер к усеянной звездами открытой воде за рифами.

– Ну, теперь самое время выжать ваши восемь узлов, – сказал я.

40

Когда мы вышли в море, я велел Кэри взять курс на юг и держаться берега, чтобы нас не было видно из лечебницы и с дороги к пристани. Потом решил, что нужно выключить ходовые огни – и тем Кэри пришла в ужас. Похитить человека или открыть стрельбу – куда ни шло, но ночью плыть без ходовых огней!..

И все же огни мы выключили, пока не отошли от острова на целую милю и не сменили новый курс. Теперь следовало держать строго на юго-запад, к входу в Хогсфьорд. Милях в пятнадцати вверх по фиорду, у небольшого причала местного гравийного карьера остался наш автомобиль. Там было тихо, спокойно, и оставалось надеяться, что никто не станет интересоваться, чем мы занимаемся, когда среди ночи придется перетаскивать Ньюгорда на берег.

А в том, что придется тащить его на себе, сомнений не было. Минут пять, пока все были заняты, он неподвижно лежал возле дизеля в каком-то полусонном состоянии. Потом мы с Вилли наверстали упущенное в спешке – надели ему носки и добавили к шинели свитер, а после предложили перейти в каюту. Мне казалось, что там смердит, как в ведре с рыбьей требухой, но он отнесся к предложению совершенно спокойно. А перед тем, как заползти в каюту, похлопал рукой по кожуху дизеля и сокрушенно пробормотал:

– Неважный мотор...

Тут мы взяли курс на юго-запад, снова включили ходовые огни и сбавили скорость. А где-то около одиннадцати преследователи были уже почти рядом.

Времени что-то придумать не оставалось. Они носились по всему заливу на большом моторном катере, сбавляя ход у каждого суденышка и освещая его лучом своего прожектора. Ну и, конечно, сами привлекали к себе внимание.

– Что будем делать? – спросил Вилли.

Кэри с надеждой предложила:

– Может быть, снова выключить ходовые огни?

– Господи, только не это! Они нас уже видели, и мы сразу себя разоблачим. – Сейчас большой белый катер проверял рыболовный баркас в четверти мили у нас за кормой. – Нет, мы будем идти с огнями, а румпель доверим Дэвиду – всех остальных они уже видели.

– Господи, как вам в голову...

– Или так, или придется сдаваться на милость победителя.

– А что, я вполне справлюсь, – вмешался Дэвид.

– Но ты не сможешь отвечать им по-норвежски, – заметил Вилли.

Я сказал:

– Кэри будет подсказывать. Вряд ли они подумают, что мы могли взять с собой мальчишку. А из-за рева дизеля акцент не будет бросаться в глаза.

Вилли взъерошил волосы.

– Но если...

– Выбора у нас нет. Если мы сдадимся, соблюдать Женевскую конвенцию они явно не станут. Так что не будем терять времени.

Сначала в каюту залез Вилли, затем я, поскольку у меня был револьвер. Кэри присела на корточки в полуприкрытой двери, искусно замаскировавшись брезентом. А Дэвид занял место у румпеля, приняв профессионально-небрежную позу и – это уже его собственная блестящая находка – зажав в руке бутерброд из нашего скудного запаса. Набив рот, он рассчитывал основательно смягчить приобретенный в Харроу выговор.

Мы затаились в темноте каюты, вдыхая густой, как рыбий жир, воздух и слушая храп Ньюгорда, порой перекрывавший шум дизеля. Вдруг Вилли заметил:

– Не понимаю, почему доктор пустился за нами, если все, что вы говорили о его нарушениях, – правда.

– Решения принимает не он. Его давным-давно купили со всеми потрохами.

– Кто? Миссис Смит-Бэнг?

– Видимо да. Не знаю только, каким образом. Она могла дать деньги в долг или подловить на торговле наркотиками... А может быть, он просто любит приключения.