С мертвых не спросишь - Лайл Гэвин - Страница 61

– На лыжах?! – изумился Вилли. – Сюда?

Я, конечно, не специалист по лыжам, но его удивление было вполне понятно. Местность вокруг на больше всего напоминала лунный ландшафт, где любая поверхность – кроме абсолютно вертикальной – покрыта камнями самой разной формы и размеров.

Кэри вдруг обиделась.

– Да, это не Швейцария, но чтобы покататься на горных лыжах, вовсе не нужны горы в четыре тысячи метров с коктейль-баром наверху.

Вилли снисходительно усмехнулся и занялся вещами.

Внутри дом оказался чуть больше двадцати футов в длину и пятнадцати в ширину, поделенным на две части, одна из которых тоже делилась пополам, в результате получилась большая гостиная – примерно одиннадцать на пятнадцать футов – и две маленькие спальни. В небольшом закутке сбоку от крыльца скрывался настоящий туалет со сливом. Чтобы привести его в действие, нужно было только принести воды от колонки у дороги – и можно было смело сливать до полного восстановления скандинавских норм чистоплотности. Нет, точно страна парадоксов.

Меблировка включала в себя стол, деревянные стулья и скамейки, несколько шкафов и большую старую печь, встроенную в среднюю стену, чтобы заодно обогревать и спальни. Говорить об этом приходилось пока чисто теоретически, тонкие дощатые стены продувал ветер и внутри было не теплее, чем в холодильнике.

– Добро пожаловать в отель "Арктика", – Вилли ввалился в дом с кучей спальных мешков и одеял.

Кэри зажгла керосиновую лампу и занялась печкой. Когда мы с Вилли привели в дом остальных и притащили оставшиеся в машине вещи, в печке уже потрескивали дрова, шипел тающий в трубе снег, по комнате разливался мягкий свет лампы, пахло дымом и немного керосином, и даже тянуло теплом. Не обращая ни на что внимания, Ньюгорд сразу завалился на скамью.

Вытащив примус. Кэри неуверенно спросила:

– Кто-нибудь хочет сейчас чая или кофе?

Вилли поспешил отказаться.

– Нет, спасибо, предпочитаю виски, раз я уже не за рулем.

Строгость норвежского законодательства стала для него неприятным сюрпризом. А знает ли он, что по здешним законам за рулем нельзя курить? Впрочем, возможно, это не считается здесь серьезным нарушением.

Кэри вопросительно взглянула на Дэвида, тот лишь улыбнулся и покачал головой. И тогда она сунула примус обратно.

– Думаю, потом мы сможем использовать и другие комнаты. Но сегодня для тепла лучше всем спать здесь... – Она тревожно покосилась на Вилли – не нарушены ли каких-нибудь моральные принципы семейства Уинслоу?

Но тот лишь улыбнулся, буркнул: – Ладно-ладно, – и налил мне виски в фаянсовую кружку. – Ну, за ваше здоровье.

– И ваше. Неплохо бы до завтра получше припрятать бутылку.

– О Господи, конечно. Пожалуй, где-нибудь снаружи? Виски ведь не замерзнет, верно? – Он посмотрел на Ньюгорда. – Его, пожалуй, тоже нужно уложить спать.

Нам понадобилось не меньше пяти минут, чтобы совместными усилиями стянуть с него шинель и ботинки, уложить в спальный мешок и застегнуть молнию. Дэвид к тому времени уже спал в другом мешке.

Кэри вышла, Вилли, задумчиво глядя на Ньюгорда, шепнул:

– Ему удобно, верно? Но несет от него, как от дохлой лошади.

– Заткните нос и думайте об Англии. Если дом загорится, прошу не будить.

Я завернулся в три одеяла, набросил на ноги дубленку и закрыл глаза. Потом кто-то погасил свет.

45

В девять утра я сообразил, наконец, что не сплю. Не знаю, спал ли я ночью вообще, хотя и помнил, что дважды просыпался: первый – когда Кэри вставала подложить в печку дров, второй – когда я чуть не свалился на пол из-за оглушительного храпа Ньюгорда. Красный отблеск пламени в печи напомнил первую зиму моей армейской службы в Кэттерике...

Кэри и Вилли с Дэвидом уже пили кофе за столом; Ньюгорд пребывал все в том же состоянии. Я выбрался из одеял, поднялся, потянулся и взял предложенную Кэри чашку кофе. Никто не произнес ни слова, хоть Дэвид и открыл было рот.

Через два маленьких мутных окошка пробивался хмурый неласковый день, противоположный склон исчезал в тумане уже в двухстах футах над землей.

– Может пойти снег, – сказала Кэри, – тогда немного потеплеет.

Дэвиду спросил:

– А нас тут не засыплет?

Вилли раздраженно покосился на него и закурил.

– Через день-другой дорогу расчистят. Для лыжников на Пасху, – заметила Кэри. – Хотите, приготовлю яичницу?

Вилли обрадовался:

– Ну кто откажется?

А Кэрри поинтересовалась:

– Но что мы будем делать дальше?

– Вилли отвезет вас вниз, чтобы вернуть баркас хозяину. Вчера вы собирались это сделать.

Кэри кивнула.

– Да, баркас должен быть на месте к обеду.

Вилли вздохнул и поднялся.

– Хоть какая-то перемена обстановки. Поедешь с нами, Дэвид?

Дэвид покосился на меня. Я сказал:

– Здесь все равно ничего интересного не будет. Так что вполне можешь прокатиться.

Кэри посмотрела в сторону Ньюгорда, который беспокойно ворочался в спальном мешке.

– Разбудить его?

– Будите, а я пока пройдусь с Вилли к машине.

Подозрительно взглянув на меня, Вилли надел куртку и вышел на улицу. Это действительно сменило обстановку. Несмотря на пасмурную погоду, воздух был свеж и ароматен, словно вокруг уже цвели весенние цветы.

У машины он повернулся ко мне.

– Ну и что?

– Я просто счастлив, что мы с вами не пара.

Вилли пристально посмотрел на меня и улыбнулся.

– Простите, старею. Когда-то я мог проспать под танком в дождь весь день, а сейчас... О чем вы хотели поговорить?

– Хотел получить небольшую консультацию по поводу судовых дизелей.

Через четверть часа, нервно оглядываясь через плечо, к машине подошла Кэри. Хотя чуть позади шел Дэвид, смотрела она совсем не на него. И взволнованно сообщила:

– Он просит выпить.

– Ничего, это пройдет, – постарался я ее успокоить. Впрочем, я знал, что через час или два это желание вспыхнет в нем с новой силой.

– Но ведь вы ему не дадите?

– Обещаю. – И это было чистой правдой.

Я постоял, глядя, как они буксуют на оттаявшей дороге, потом повернулся и медленно, через силу, побрел к дому.

С одеялом на плечах Ньюгорд сидел, склонившись над столом, сжимая дрожащими руками кружку, из которой выплескивался кофе. Под его внимательным настороженным взглядом я тоже налил себе кофе и устроился напротив.

– Меня зовут Джеймс Корд, – сказал я.

– Помню.

Возможно он не лгал, хотя запоминать мою фамилию ему было вовсе не обязательно. Я лишь кивнул в ответ, отхлебнул кофе и продолжал сидеть молча.

Так мы с ним просидели целых пятнадцать минут, потом его кружка опустела.

– Налить еще? – спросил я и налил ему кофе из кофейника. Мы продолжали сидеть, и тут я заметил, что его руки уже не дрожат так, как раньше.

– А вы здорово справились прошлой ночью с мотором, – заметил я.

Он недоуменно взглянул на меня и кивнул, делая вид, что понял, о каком моторе идет речь.

– И с какими же типами дизелей вам приходилось иметь дело?

– В основном "Бурмейстер ог Вайн". Их в Норвегии больше всего.

– Двухтактные?

– А теперь все такие. Четырехтактных почти нет.

– То есть такие, как на "Скади"?

– Да, такие. Там были два дизеля "Бурмейстер ог Вайн". – Упоминание своего судна он перенес довольно спокойно.

– Хорошие были дизели?

– Очень старые, понимаете? Прежний механик сильно расточил клапаны, слишком сильно... – Он пожал плечами.

– Часто приходилось чинить?

– Все время, постоянно – и форсунки, и клапаны, и водяной насос, и топливный фильтр.

Я сочувственно кивнул.

– А что отказало в последнем рейсе? Водяной насос или топливный?

Опухшее лицо насторожилось.

– Почему вы спрашиваете?

– Да так, – я отвернулся от него и стал пить кофе.

Прошло еще немного времени, пока он произнес:

– В тот раз были большие неполадки.