Имя мне Лёд (СИ) - Созонова (Васюкова) Юлия Валерьевна "Hikikomori-Sama" - Страница 20

   Началась буря.

   Она неслышными, мягкими шагами подкралась к нам, как к потерявшимся путникам, и скрыла в своих холодных объятиях, закрыв обзор и не давая видеть, куда мы идём. Но нам с Басом это не помеха, Страж способен выйти и не из такой бури, главное не нарваться на ледяных волков. Тогда вряд ли утром здесь будет кто-то живой.

   Послышался вой.

   Усмехнулась, накаркала называется. Стоит подумать о них, как волки тут же, словно чувствуют мысли своих незваных гостей.

   - Волки, - тихо бросила Басу и вырастила в руках два длинных ледяных кинжала, сверкающих в этом снежно-искристом месиве, что называется бурей в Снежных просторах.

   - Слышу, - так же тихо ответил старый медведь. - Идут в сторону озера. Надо спешить, Царица.

   - Надо, - вздохнула и медленно выдохнула колючий воздух сквозь зубы. - Но как?

   - Держись за меня и прикрой нас щитом, - приказал Бас, и я подчинилась, положив ладонь на его загривок. - Во славу Снежной! - Проревел медведь и рванул вперёд с такой скоростью, что я не сразу смогла последовать за ним. Но не зря моей стихией были силы Зимы, ветер помог не отставать от Стража, по-прежнему удерживаясь за него одной рукой, а второй выстроив сверкающий щит вокруг нас.

   Мелькнула тень. Ещё одна. И вот они уже окружили нас. Грань. Так тонка и незаметна, что порою только когда видишь тени, понимаешь, где оказался.

   Старый Страж знал, так мы не спасёмся, и ледяные волки настигнут Диналя раньше, чем я и Бас доберёмся до озера. Но я даже боюсь представить, какую плату потребует с него стихия за использование собственных сил без спросу, ведь дл того что бы переступить грань и двигаться с неподвластной магии скоростью требуется сложный и очень долгий ритуал, во время которого творятся кровавые жертвоприношения во славу Снежной.

   То, что она возьмёт плату и с меня, не пугало и не удивляло, она никогда не упустит случая получить очередную порцию чужих чувств. Моё наказание лишь вопрос времени и повода, но Бас...

   Он не выдержит приступ её гнева, сердце медведя уже не столь прочное, как раньше. А ведь она, скорее всего, заставит меня любоваться его мучениями, это вполне в духе Снежной.

   - Не думай обо мне, Царица, - тихий голос Баса вывел меня из лёгкого оцепенения. - Моя жизнь была полна сражений, войн и мне есть чем гордиться. Если это моё последнее дело, пусть будет так.

   - Бас, я...

   - Моя судьба, служить тебе, - медведь не оглянулся на меня, он шёл вперёд, разрезая окружающую мглу, как белый волнорез, сильный и могучий. - Остальное не важно.

   Ответить что-либо на это я на смогла. Наверное, потому что не знала ответа, не знала, каким он должен быть.

   Окружающая действительность покачнулась, Грань начинала нервничать, её выводило из себя нахождение инородных существ. Если в скором времени мы не выйдем в мир, то тени атакуют, повинуясь инстинктивному желанию очистить территорию от чужаков.

   - Пора, Царица, - голос медведя звучал глухо и сипло. Его силы истощались, а значит ещё чуть-чуть, и Бас может свалиться, пора и мне браться за дело. Не всё же полагаться на кого-то.

   Судорожный вдох. В горло врывается поток нестерпимого, жгучего ледяного воздуха и дыхание даётся с огромным трудом. Но я Ледяная, значит, смогу выжить, смогу выдержать.

   Ещё один вдох. Грань задрожала под напором силы Снежной, под напором моей силы и расступилась, выпуская нас.

   Но она никогда не отпускает просто так. Нас выкинуло прямо на стаю ледяных волков, скалящих зубы и готовых растерзать всех, кто встанет на их пути. Я и Бас подходили идеально под описание их жертв. Хотя на счет последнего можно было бы поспорить.

   Рывок вперёд. Выращенный на ладони кинжал врезается в глотку одного из волков, на снег падают капли крови. Рядом слышится рёв Стража, разрывающего на куски противника. Главный принцип выживания таких в Снежных просторах - атакуй первым, иначе умрёшь.

   Прыжок в сторону. Ноги утопают в снегу, но упорно пробираюсь вперёд, одновременно уклоняясь от прыжка одного из крупных волков, скорее всего вожака стаи.

   - Царица, берегись! - Крик опоздал на пару драгоценных секунд. Резко обернувшись, встретилась взглядом с пустыми, чёрными глазами волка, летящего в прыжке прямо на меня. У него нет эмоций, им движет желание убить. А кого и как - его не волнует. Хорошо быть ледяным волком.

   Зверь сшиб меня с ног, и мы покатились по снежному покрову, борясь друг с другом. Белые, острые, как бритва, клыки щёлкали в опасной близости от моего горла. Я же старалась перебороть зверя, заставить его остановиться хотя бы на долю секунды, что бы вырастить на руке короткий кинжал и пронзить им сердце волка.

   Судорожный вдох сквозь зубы. Клыки впились в запястья, заставляя слегка содрогнуться от боли и злобы. Ненавижу проигрывать.

   Рывок в сторону. Подобрать ноги и резко выбросить их вперёд, ударив противника в грудь и заставив его отскочить от жертвы. На снег теперь капала моя собственная кровь из разодранной руки.

   Мимолётный взгляд на руку и лёгкое дуновение силы, стянувшее края раны и покрывшее запястье ледяным обручем.

   "Умрёш-ш-ш-шь... Всё равно умрёш-ш-шь..." - голос, царапающий сознания, заставляющий трепетать от страха тех, кто никогда не видел этих существ. Но я не человек, давно уже не человек.

   - Посмотрим. Но даже если и так, я заберу с собой столько ваших, сколько смогу, - слова слетают с губ раньше, чем я понимаю их смысл, и на меня бросается уже трое волков.

   Мир закружился вокруг, разум потонул в яркой вспышке ярости и гнева, глаза заволокло красной пеленой.

   Удар. Ещё удар. Поворот. Прыжок. Кинжал, скрипя, скользит по прочной шкуре, ломается и вырастает вновь.

   Отбросила в сторону ненужное оружие, вцепившись в горло зверя голыми руками и пропуская в его тело леденящую силу стихии.

   Крик. Полный боли и отчаянья. Знакомый крик, перешедший в хрип, а затем и предсмертный стон, заставивший содрогнуться Снежные просторы и моё застывшее сердце.

   Страж...

   Отбросив мёртвое тело волка, медленно поворачиваюсь в ту сторону, откуда был слышен это звук. На белом снеге расплылось красное пятно, становящаяся всё больше и больше. А в середине...

   Я не хочу верить.

   Предательское сердце сжимается от боли, а на глаза наворачиваются слёзы.

   Я не хочу верить.

   Но там, в центре этого пятна, лежит растерзанный Бас, в окружении выживших волков, с остервенением рвущих на куски его тело.

   - Прочь! - В голосе звучит тоска и безнадёжность, смешанная с горечью утраты и ненавистью.

   "Наш-ш-а добыча!"

   Радость. Победа. Торжество. Ничто не затмит их праздник, ничто его не омрачит. Ничто. Разве только...

   Сила бьёт как хлыст, вспахивая снежный покров и брюхо ближайшего волка. Стон боли смешивается с горьким смехом, срывающимся с моих губ лающим кашлем, казавшимся особо страшным в этот момент.

   Один за другим, снова и снова. Снег давно превратился в кровавую кашу, смешанную с внутренностями ледяных волков. Мои собственные руки окрасились в алый цвет, а на платье появилась россыпь брызг.

   Удар. Ещё удар. И всё стихло. Повисла звенящая тишина, давящая на меня как пресс. Никого. Пустота.

   Только я и мёртвый Страж.

   - Бас... - Дрожащие губы не хотят слушаться, а душа не хочет верить в то, что он мёртв.

   - Он умер, - мои плечи обхватили горячие руки, прижимая к крепкому мужскому телу. - Ты не сможешь ему помочь.

   - Почему? - Слёзы стекают по щекам. Я закрываю глаза, отдаваясь этой тягучей боли внутри меня. - Он не должен был. Только не он!

   - Льдинка, ты ничего не сможешь изменить, - тихий, даже нежный голос над ухом и дыхание, обжигающее кожу. - Идём к озеру, надо переждать ночь.

   - Почему так? - В голосе грусть и тоска. Я не могу смириться и не могу понять, почему мне так плохо. Не первая смерть, не первая потеря. Но боль так свежа, словно каждый раз всё заново, всё по новой.