Работа на стороне - Батчер Джим - Страница 106

Мы приблизились к выходу из здания и, мисс Гард задумчиво посмотрела на меня.

— Небольшой совет: будьте осторожны, когда пользуетесь официальными каналами для поддержки. Мы не единственные идем на соглашения с местными властями.

— Да, — сказала я. — Я знаю, как это работает.

Гард хмуро посмотрела на меня и затем кивнула головой, чуть более сильно, чем обычно.

— Ну конечно. Прошу прощения.

Я нахмурилась в ответ, глядя на неё и пытаясь понять, что она подразумевала. Не было никакой тени сарказма или иронии в её словах или языке её тела. Проклятье. Я обычно не конфликтовала с не-марсианами.

— Не за что, — сказала я, преодолев сомнение. — Я не выспалась прошлой ночью.

Она примерно секунду внимательно смотрела на меня.

— Я не могу определить то, что именно вижу в тебе — отвагу или отчаяние. Я бы спросила, но я почти уверена, ты и сама не знаешь ответа.

— Прошу прощения?

Гард кивнула.

— Совершенно верно. — Она вздохнула. — Я сожалею. Насчёт Дрездена. Он был мужественным человеком.

Внезапно я почувствовала ярость, когда она заговорила о Дрездене в прошедшем времени. Это не было тем, что я не проделывала в своих мыслях — но я ни разу не произнесла этого вслух.

— Они не нашли тела, — сказала я ей, и почувствовала такую свирепость в своём голосе, которую не намеревалась вкладывать в него. — Не списывай пока его со счетов.

Валькирия одарила меня улыбкой, обнажившей её клыки.

— Удачной охоты, — напутствовала она нас, и затем вернулась в здание.

Я повернулась к Уиллу и сказала:

— Давай займёмся твоей рукой.

— Всё в порядке, — отмахнулся Уилл.

— Не разыгрывай передо мной крутого парня, — сказала я. — Позволь, я посмотрю.

Уилл вздохнул. Затем убрал руку от раны. На рукаве его рубашки был разрез, там где вонзился нож. Он располагался слишком высоко, чтобы имело смысл закатывать рукав, и поэтому я чуть надорвала его и изучила рану.

Она не кровоточила. Там была припухшая пурпурная линия на месте прокола. В любом случае, это не был струп. Это было просто… исцеление, хотя и остался чертовски уродливый шрам.

Я присвистнула.

— Как?

— Мы экспериментировали, — спокойно сказал Уилл. — Исцеление ран на самом деле не сильно отличается от превращения обратно в человеческую форму. Моя рука всё еще чертовски болит, но я могу останавливать кровотечение. Наверное. Если всё не слишком плохо. Мы не уверены насчет предела. Да и шрамы остаются. — Его желудок забурчал. — И энергия на это откуда-то требуется. Я ужасно проголодался.

— Классный трюк.

— Я тоже так думаю. — Уилл держался сбоку от меня, пока мы шли к машине. — Что мы будем делать дальше?

— Перекусим, — ответила я. — А потом свяжемся с плохими парнями.

Он нахмурился.

— Разве это, ну ты знаешь… не предупредит их, что мы у них на хвосте?

— Нет, — сказала я. — Они захотят со мной встретиться.

— Почему?

Я взглянула на него.

— Потому что я собираюсь продать им кое-какой новый талант.

Мы вернулись ко мне домой.

Не было никаких причин вешать всех собак на владельца адреса электронной почты. Он предназначен быть анонимным, и даже если я смогу привлечь кого-то для получения разрешения узнать имя владельца, то, пока будет длиться волокита и судья даст добро, уверена, к тому моменту адрес окажется устаревшим, а тот, кто был связан с ним, ускользнёт.

Я могла бы попросить помощи у друга из Бюро, если бы после нападения Красной Коллегии на их штаб-квартиру они не сходили с ума, разыскивая ответственных за происшествие «террористов». Которые уже давным-давно покойники. Дрезден подобного навидался.

Все телевизионные новости были про взрыв, про нападение, пока каждый раздумывал, кто это сделал, и пользовался случаем выдвинуть свои собственные политические и социальные программы.

Люди — уроды. Но они — единственные, кто может нести добро в мир.

Я позволила Уиллу совершить набег на мой холодильник, а затем послала сделать несколько осторожных расспросов среди местного сверхъестественного сообщества. Я услышала, как закрылась дверца его машины, когда он вернулся, а день уже клонился к закату. Похоже, впереди еще одна холодная ночь.

Послышался щелчок закрывающейся второй автомобильной дверцы.

Уилл постучал во входную дверь, и я открыла её, держа пистолет в руке, стволом вниз. С ним была девушка. Она оказалась чуть выше, чем я, но не дотягивала до среднего роста. А еще она была худющей, словно карандаш. Да что там, у меня есть карандаши толще её! Её очки были огромными, а волосы тонкими, прямыми, и такого же цвета, как шерсть домашней мыши. Тем не менее, было что-то в ее манере держаться, от чего у меня волосы на затылке встали дыбом. Молодая женщина может быть и весила как пушинка, но это так же, как в случае с крысами — вы никогда не будете загонять одну из них в угол, если этого можно избежать. Она достаточно опасна, чтобы заслуживать уважения.

Её взгляд пробежал по моему лицу и затем опустился к пистолету в моей руке на первой же половине секунды знакомства. Она остановилась немного позади Уилла, язык её тела говорил о настороженности.

— Мёрфи, — сказал Уилл, кивая, — но он не попытался зайти внутрь или сделать любое другое движение, на которое я могла бы среагировать. — Ну, может быть, ты помнишь Марси? Мы все вместе были в особняке у Марконе, сброшенные в ту грязную яму. Под транквилизаторами.

— Весёлое было время? — с надеждой спросила молодая женщина.

— Мой напарник погиб за день до того, от клыков Луп-Гару. Поэтому не очень, — заметила я. Я взглянула на Уилла.

— Ты доверяешь ей?

— Конечно, — ответил Уилл, не колеблясь ни секунды.

Может быть, я стала более циничной с возрастом. Я какое-то время пристально смотрела на Марси, прежде чем сказала:

— А я нет.

С минуту никто не проронил ни слова. Потом Уилл сказал:

— Я ручаюсь за неё.

— Ты впутываешь эмоции, Уилл, — сказала я. — Это влияет на твоё суждение. Марконе мог пустить тебе пулю в голову, а не метнуть тот маленький нож. Если бы Дрезден стоял тут, говоря тебе быть подозрительным, — что бы ты сделал?

Лицо Уилла помрачнело. Но я увидела, что он постарался сдержаться и сделал глубокий вдох.

— Я не знаю, — сказал он наконец. — Я не знаю. Я знал Марси годами.

— Ты знал её годы назад, — поправила я его, слегка подчёркивая эти слова.

Марси потёрла одной ногой об икру другой, и встала, опустив глаза, глядя под ноги. Это выглядело как привычная поза, этакий социальный камуфляж.

— Она права, Уилл, — сказала она тихим голосом.

Уилл, нахмурившись, взглянул на неё.

— Почему?

— Она и должна подозрительно относиться ко мне, учитывая обстановку. Как давно я вернулась в город? Две недели назад? И случается вот такое. Я бы тоже насторожилась.

Она подняла на меня взгляд, с неуверенным выражением лица.

— Я хочу помочь, сержант Мёрфи, — сказала она. — Что нам делать?

Я глядела на них обоих, размышляя. Проклятье, это была ещё одна из штучек Дрездена. Он мог бы потереть нос, потом окинуть их взглядом и сообщить, были ли они теми, за кого себя выдавали. Сверхъестественные создания очень хороши в превращениях. Они используют это, когда подбираются к своей добыче. При таком нападении шансы смертного на спасение практически равны нулю.

Я это знала. Такое со мной уже случалось. Ужасное чувство досады и беспомощности.

— Для начала, — сказала я, — давай посмотрим, сможешь ли ты войти.

Марси нахмурилась.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что если ты оборотень или что-то такое, то тебе будет непросто переступить через порог.

— Господи, сержант, — начал Уилл. — Ну конечно, она оборотень. Так же как и я.

Я сердито глянула на них обоих.

— Если она та, за кого себя выдаёт, то для неё это не проблема, — ответила я.

Уилл вздохнул и посмотрел на Марси.

— Извини.