Источник - Ламли Брайан - Страница 97

— О, я не устал, — ответил он, — но немного попозже все-таки постараюсь соснуть. Я понимаю, что это глупо, но почему-то хочется подниматься по этой подземной речке в дневное время. Я хочу сказать, что мог бы отправиться в ночь, но не горю таким желанием.

— Глупо? А в чем же здесь глупость?

— Потому что под землей совершенно безразлично — день наверху или ночь. Там постоянно стоит непроглядная тьма. Мне просто будет приятнее сознавать, что наверху есть дневной свет. Но в любом случае раньше, чем я что-то предприму, мне придется еще раз поговорить с Мёбиусом.

Не найдя нужных слов, Кларк просто покачал головой. Гарри всегда так действовал на него.

— Знаешь, — наконец сказал он, — мы с тобой являемся частицами одного и того же мира, но когда ты вот так естественно и деловито говоришь о покойниках, о своих способностях, о бесконечности Мёбиуса, да и много еще о чем... Когда ты вот так говоришь: “Я собираюсь потолковать с Мёбиусом”... Господи Иисусе, я начинаю воспринимать тебя как какого-то пришельца! Или, скажем, я чувствую себя просто маленьким ребенком. Я хочу сказать, что мне известно, на что ты способен, и я сам был свидетелем этого, и все же иногда я начинаю сомневаться, в здравом ли уме я нахожусь.

Гарри искренне и открыто улыбнулся.

— А еще возглавляешь отдел! — сказал он. — Может быть, Дарси, ты выбрал себе неподходящую работу?

Он дождался, когда Кларк выйдет, и отправился на встречу с Мёбиусом...

В Лейпциге была половина одиннадцатого, и кладбище уже заперли на ночь. Но Гарри, конечно, появился там, войдя не в ворота, а в дверь. Появился, чтобы встретиться с человеком, который как раз и научил его открывать такие двери.

— Гарри, мальчик мой, как я рад, что ты появился, — сказал Мёбиус. — Я здесь немножко поразмышлял об этой твоей предполагаемой параллельной Вселенной.

— Она становится все менее предполагаемой, — ответил ему Гарри. — Предполагаемой теперь остается лишь ее природа. — И он быстро сообщил покойному математику последние новости.

— Просто захватывающе! — воскликнул Мёбиус. — И это подтверждает мои соображения по данной теме.

— А меня, должен признать, все это только вводит в замешательство, — признался Гарри. — Появился, так сказать, свет в конце туннеля, но... Я хочу сказать, что если по эту сторону существует пара Врат, то почему на той стороне лишь одни Врата?

— Лишь одни? А почему ты так считаешь?

— Фаэтор говорил о светящейся белой двери в форме сферы. 06 одной двери. Если бы их было две, то разве старый Белое не упомянул бы о таком факте?

— Ну, упомянул он о нем или нет, но двери две, уверяю тебя, — Мёбиус говорил убежденно. — Две на этой стороне и две на той. Я могу пояснить этот принцип очень просто, не вдаваясь в детали математического аппарата доказательств.

— Я весь обратился в слух.

— Хорошо, — Мёбиус приступил к делу. — Давай рассматривать эти Врата, сосредоточившись на их основных характеристиках. Эти Врата противоречат физическим законам всего того, что мы привыкли называть временем-пространством. Мы знаем, что их несколько видов и что все они нарушают “поверхность кожи” нашего времени-пространства. Современная наука с готовностью признает существование одного вида таких аномалий — черных дыр. Кроме того, она строит гипотезы по поводу другого вида аномалий, названного белыми дырами. Собственно говоря, современная теория утверждает, что черные и белые дыры являются двумя концами одного и того же туннеля. Черные дыры всасывают материю, а белые — извергают ее. Ты согласен?

Гарри кивнул.

— Да, насколько я понимаю.

— Прекрасно. Так вот, если даже данная теория ошибочна и они не являются двумя сторонами одной и той же монеты, то остается один параметр, который присущ им обеим.

— Какой же?

— То, что эти системы однонаправленны! Попав в черную дыру, ты уже никогда не выберешься из нее. А вылетев из белой дыры, ты ни за что не сможешь вернуться в нее. Насколько я понимаю, то же самое относится и к твоим серым дырам: к этим Вратам в Печорске и ко вторым Вратам, которые, как ты уверен, располагаются где-то вдоль течения подземной реки.

— Однонаправленные системы?

— Все они — я обращаю особое внимание — “однонаправленные” ! Можно войти в одну из них, а выйти — только через другую.

Это заставило Гарри замереть на месте. Наконец он сказал:

— Просто блестяще! Воспользовавшись однажды какими-то Вратами, ты делаешь их недоступными для себя.

Если ты однажды прошел через них, то они больше не примут тебя, в каком бы направлении ты через них ни проходил. Но вторые Врата примут! Так что мне всего лишь нужно будет найти вторые Врата. В общем-то, я уже знаю, где они находятся! Это те самые Врата, через которые Вамфири посылали своих чудовищ в Печорск.

— Ах, ты знаешь, чем они являются, но не где они находятся, — заметил Мёбиус.

— В любом случае это шаг в нужном направлении, — ответил Гарри. Потом его восторг немного приостыл. — Остается, правда, один маленький, но неприятный факт. Если я выберусь через эти Врата в Печорск, то меня не только застрелят, но, видимо, еще и зажарят!

Мёбиус мог только пожать плечами.

— В любом случае благодарю вас, — сказал Гарри. — Вы подтвердили то, о чем я только догадывался: должно существовать двое Врат. Одни из них Вамфири используют тысячелетиями и лишь недавно начали пользоваться новыми, которые Лучов с его командой неумышленно создал в Печорске. Это единственное объяснение. Итак... Если вы позволите, я отправлюсь в путь. Мне еще нужно попрощаться с матерью. Она никогда не простит мне, если я предприму нечто подобное, не сообщив ей. — Он вздохнул. — Она попытается отговорить меня, хотя заранее знает, что это ей не удастся. Такая уж она есть.

— Все матери такие уж есть, Гарри, — очень серьезно откликнулся Мёбиус. — Удачи тебе, мой мальчик.

Хотя на самом деле удача имела очень мало общего с таким предприятием.

Наутро Дарси Кларк встретился с Гарри в лондонской штаб-квартире отдела, и пока Гарри исследовал свою экипировку, чтобы убедиться в том, что он умеет пользоваться всеми ее предметами, Кларк использовал эту возможность, чтобы поделиться с ним некоторой информацией.

— Относительно этого подземного притока Дуная, — начал он. — Гарри, это смертельная ловушка! За ночь я все проверил. Наш человек в Бухаресте потрудился ради тебя. Место это достаточно хорошо известно, и мы точно знаем его расположение. Существуют газетные вырезки, посвященные ему, и ряд разрозненных документов. Местное население с незапамятных времен сторонится этого места. В 1966 году пара спелеологов решила исследовать его. Дело было летом, и поток почти пересох. Через четыре часа после того, как они спустились под землю, в горах начался страшный ливень. Одно тело поток вынес, а другое так и не нашли. А эти люди были мастерами своего дела.

— То есть они шли пешком и плыли, — сказал Гарри. — А я не собираюсь этого делать.

— Что?

— Я сказал, что собираюсь подняться вверх по течению, но не уточнил, каким образом буду это делать. Кларк приоткрыл рот.

— Ты воспользуешься бесконечностью Мёбиуса?

— Разумеется.

— Тогда зачем тебе гидрокостюм, акваланг и все прочее?

— На всякий случай.

Некоторое время Кларк помолчал, а потом сказал:

— Я просто пытался помочь тебе.

— И я тебе благодарен за это, — ответил Гарри, — но я в своих делах разбираюсь лучше, чем кто бы то ни было.

Спустя десять минут он поднял свое снаряжение, упакованное в непромокаемый мешок, и отправился в Радуевич. На окраине городка он поймал такси и добрался до сельской местности с названием, которое сообщил ему Кларк. Он расплатился с водителем деньгами, которыми снабдил его тот же Кларк. Перебросив сумку через плечо, он пошел по проселочной дороге, которая, судя по всему, вела к его месту назначения. Места вокруг были заброшенными, и он не встретил ни единой души. Гарри бросил мешок с веща-" ми в кусты, забросал его сухими ветвями и вернулся к месту, с которого собирался начать последний этап путешествия. Это было основание утеса, поверхность которого заросла плющом, и сквозь переплетения его можно было увидеть участки блестящего от влаги известняка. На северо-востоке проглядывали силуэты серых неприветливых Карпат. Гарри стоял на берегу растекавшейся у подножия утеса заводи. Он вновь бросил взгляд на горы, а затем вниз, на черную воду; выбивавшуюся струйками из какого-то подземного источника. Источником являлся зев пещеры. Это именно здесь старый Белое из рода Вамфири и другие, подобные ему, впервые появлялись в нашем мире. А между этим местом и теми легендарными горами где-то под землей располагались Врата, ведущие в чужой мир. Теперь Гарри должен был как можно точнее определить местоположение Врат перед тем, как отправляться на их поиски.