Из глубины - Ламли Брайан - Страница 71

Я постепенно ослабил хватку, и Семпл сделал вдох, но с огромным трудом. Шелковый шарф, которым он прикрывал шею, сбился, и под пальцами я увидел его покрытые синяками и ссадинами жабры. Я уже причинил ему серьезные повреждения. Однако пока еще не смертельные. Он был амфибией и мог пользоваться легкими, как и обычное человеческое существо.

— Глупец! — хрипло проквакал он. — Ты заплатишь за это!

— Нет, это вы заплатите, Семпл — за то, что сделали со мной! Я ухожу отсюда и беру с собой Белтона. Он не в соседней цистерне. Я это знаю. Вы оставили там свет, и цистерна пуста. Так что первое, что вы сейчас сделаете, расскажете мне, где он.

— Вы не... не сможете помочь Белтону, — прохрипел он. — Уже не сможете, — в его голосе послышались заискивающие нотки. — Послушайте, Джон, вы не ведаете, что творите. Наказание за...

— Наказание? Я не понесу никакого наказания, Семпл. Ни от вас, ни от глубоководных, ни от кого-либо другого. Вы пойдете с нами — вы, я и Белтон. Тогда моему рассказу не смогут не поверить. Давайте взглянем правде в глаза, во всей Англии не найдется ни одного медика, который с первого же взгляда не признал бы в вас чужака! Кем бы вы ни были — наполовину рыбой, лягушкой, кем угодно — они объявят вас нечеловеком. А если они сочтут вас всего лишь несчастным уродом... как насчет меня? То, что вы сделали со мной — или начали делать, будет более чем достаточным доказательством, даже без слов Белтона. Вы и глазом моргнуть не успеете, как я напущу на вас власти!

— Да? — просипел Семпл, когда я позволил ему вдохнуть воздуха. — А как все это поможет вам? Что это вам даст? Вы — глубоководный, Джон. Вы всегда были им. Семена брошены повсюду, но они дремали. Мы лишь активизировали их — ускорили естественный процесс, чтобы вызвать изменение. Когда оно завершится, вы превратитесь в амфибию, в глубоководного.

— Но я был человеком! — сквозь стиснутые зубы прошипел я, подавив искушение придушить его прямо на месте. — Я и сейчас человек. То, что вы со мной сделали, не пойдет дальше. Я уже больше недели не принимал ни одной вашей чертовой таблетки.

— Что? — он подавился словами, перестав сопротивляться, и в полном изумлении уставился на меня. — Да вы хоть знаете, что это были за таблетки?

— Ну, разумеется, знаю, — ответил я. — Они сделали со мной это, — я наклонил голову, показывая ему свою шею.

— Нет, — прохрипел он, извиваясь в моих руках. — Лекарства, ответственные за изменения — гормоны и катализаторы находились в вашей еде, в уколах, которые вам делали. Вы не можете остановить изменения, Джон, они необратимы. Они уже в вас и действуют. Но те, другие лекарства, таблетки, они должны были помочь вам сохранить рассудок!

— Что?

— Что вы наделали, идиот? Вы были превосходным экземпляром!

Волна ужаса — ужаса и слепой ярости, вызванных его словами, была слишком мощной, чтобы я мог это вынести. Я прикусил язык и почувствовал слезы досады, текущие у меня по лицу, но лишь усилил хватку.

— Вы... вы... вы!— яростно прошипел я. Потом откинул голову назад и беззвучно закричал сквозь кровавую мглу, застилавшую мой разум. А мои пальцы все сжимались, сжимались, сжимались!

Отброшены были все мысли о том, чтобы сохранить Семплу жизнь, чтобы захватить его с собой в качестве образца, который помог бы мне предупредить власти. Я сам вкупе с тем, что мог рассказать Белтон, — это должно было удовлетворить самого...

...Белтон! Я так и не узнал, куда они дели его!

Я ослабил давление на горло Семпла, и его голова куском свинца стукнулась о металлический пол. Его глаза почти вылезли из орбит, жабры превратились в кровавую кашу. Он был мертв.

На миг все чувства оставили меня. Ужас, ненависть, страсть — все улетучилось за долю секунды. Я убил человека!

Потом...

"Нет, — сказал я себе. — Я не убийца, я всего лишь убил глубоководного, уничтожил врага человека, раздавил ядовитую гадину. Я вздрогнул от омерзения при виде распростертого на полу существа, вытащил отвертку, еще раз оглядел цистерну, служившую мне домом... много дней. Потом я осторожно приоткрыл дверь и шагнул в темный коридор.

Там было не совсем темно, я видел едва-едва, чтобы добраться до двери соседней цистерны. Она оказалась не заперта, и мне удалось бесшумно приоткрыть ее настолько, чтобы заглянуть внутрь. Свет тут же ослепил меня, но потом... я был прав: Белтона куда-то увели. Его одеяло валялось на полу, но за исключением этого, цистерна казалась совершенно пустой. Затем, вспомнив, что Семпл говорил мне о трех цистернах, я осторожно двинулся по коридору дальше, пока не обнаружил третью дверь.

Эта дверь, как и две предыдущие, тоже оказалась не заперта — что свидетельствовало о том, что пленника не могут держать там, — но я все же решил зайти в цистерну и убедиться в этом. Я уже собрался сделать это, когда заметил за собой тусклый красный свет. Теперь мои глаза больше привыкли к мраку, и, повернувшись, я различил прямо напротив меня в стене очертания небольшой дверцы. Верхняя панель двери — стандартной конструкции, в отличие от металлических люков в цистернах — была сделана из матового стекла. За дверью горел тусклый красный свет.

На миг я замер, затаив дыхание. Я все еще не представлял, как выберусь из этого места, и что буду делать, если за этой дверью окажутся глубоководные. Да, это место казалось достаточно тихим: даже прислонившись к стеклянной панели ухом, я не смог расслышать ни голосов, ни движения...

Что ж, надо было что-то предпринять, я явно не мог больше здесь оставаться. Судя по тому, что я знал, недавний товарищ Семпла мог бодрствовать наверху, ожидая, пока тот покажется. Ему придется ждать очень долго.

Казалось невероятным, что Белтон может находиться в незапертой третьей цистерне, возможно, его поместили в комнату с красным светом. В любом случае, мое любопытство разыгралось не на шутку. Несмотря на крайне опасное положение, я не мог не узнать, что же скрывалось за той дверью.

Осторожно, чувствуя, как напряжены все мои нервы, я повернул ручку двери и открыл ее, потом бесшумно вошел и с тихим щелчком закрыл за собой дверь. В комнате было совершенно тихо, лишь та единственная тусклая красная лампа горела где-то впереди. Я нащупал на стене несколько выключателей, один из которых был нажат. Я щелкнул этим выключателем, и красный свет погас. Мое сердце немедленно ушло в пятки... но ничего не произошло. Я включил лампу снова, потом вторую, третью. Теперь мрак рассеивали три красных лампы, висевших на равном расстоянии друг от друга. Я щелкнул четвертым выключателем... и почти ослеп от белого сияния большой промышленной лампы, загоревшейся очень близко от того места, где я стоял.

Широко, раскрыв глаза от потрясения, я сжал зубы, ожидая... подвоха!

Но нет, мое сердце свинцовыми ударами отбивало секунды, а никаких признаков жизни видно не было. В комнате оказалось спокойно и совсем тихо. Я снова обрел возможность дышать и попытался оценить размер подземной комнаты, в которой очутился. После столь долгого времени, проведенного в цистерне, это место ошеломило меня. Стены простирались по меньшей мере на тридцать ярдов, а ширина комнаты лишь самую малость уступала ее длине.

Вымощенная плиткой дорожка примерно десяти футов в ширину окружала большую яму шести или семи футов глубиной, с металлическими ступенями, ведущими в... или, вернее... из бассейна. Вне всякого сомнения, это был бассейн, в настоящее время пустой, но предназначенный для постоянного использования. Недостроенный бассейн перед зданием клуба наверху — просто декорация, уважительная причина для того, чтобы провести канал от моря прямо до штаба глубоководных. А потайной бассейн считался тем местом, где глубоководные будут появляться вдали от человеческих глаз, когда им понадобится выйти из океана.

В одной из стен бассейна виднелись блестящие белые отверстия двух труб, достаточно больших, чтобы вместить двух пловцов, и я мысленно представил, как оттуда появляются чудовищные фигуры и... что?