Тварь внутри тебя - Ламли Брайан - Страница 74

У нее заходилось сердце; она хотела крикнуть, но только сипела; она почти упала в его руки. Он подхватил ее, быстро огляделся. Вокруг — никого.

— Моя! — проурчал он, глядя в ее закатывающиеся глаза. — Ты теперь моя, Пенни, совсем моя.

Он хотел бы кое-что у нее выяснить, прямо здесь и сейчас, но ясно было, что она не услышит. Она ускользала от него, от ужаса, который он нес, убегала в другой мир, в мир обморока. Забавно. Нет, от Джонни ей не убежать, никак. Даже в мир смерти!

Прямо перед входом в кафе была стоянка для легковых автомобилей, а за ней, отделенная деревьями, — грузовая; между деревьями были тропинки. Джонни подхватил Пенни и поторопился туда, под укрытие деревьев, неся ее легко, как ребенка. В этот момент из кафе вышли двое — пеленгатор отдела и полицейский инспектор. Они огляделись и увидели, как Джонни нырнул в темноту деревьев. Они поспешили за ним, а некроскоп — следом, длинными волчьими прыжками.

Гарри слышал ее вскрик — не вслух, на это у нее недостало сил, — но в своем мозгу. Его рабыня нуждалась в помощи. Он услышал призыв, когда покинул полицейскую машину, и сначала не разобрался, что это. Но вампир в нем понял сразу. Он увидел Джонни, который спешил с добычей под укрытие деревьев, в сторону грузовой стоянки, и двоих, побежавших от кафе следом за ним. Все они двигались быстро, но не быстрее Гарри.

Стремительными прыжками, мало напоминающими бег человека, он несся, как тучка, пересекающая в небе лунный диск. Но когда он оказался под деревьями и устремился наперехват Джонни, то понял, что совершил ошибку. Купы кустов были огорожены декоративной металлической решеткой. Драгоценные секунды были утеряны, пока он, наткнувшись на преграду, выругался и сотворил дверь Мёбиуса. Через мгновение он уже был на краю асфальтовой площадки по ту сторону насаждения.

И там наткнулся на экстрасенса. Тот шатался, как пьяный — после стычки с Джонни Найдом у него вместо лица была кровавая каша. Экстрасенс почувствовал сильнейшее поле некроскопа и вампира и протянул к Гарри окровавленную руку, пытаясь его схватить. Гарри подтолкнул его к тропинке меж деревьями.

— Иди, — прорычал он, — иди за помощью, пока не истек кровью!

Экстрасенс пробормотал что-то и заковылял прочь, а Гарри раскинул вампирское сознание над площадкой автостоянки. Он нашел сразу троих: Пенни, пребывавшую без сознания; яростного Джонни, покрытого кровью, и мертвого полицейского — нож Джонни пробил ему ухо и вошел в мозг.

Гарри уточнил координаты, сделал еще одну дверь Мёбиуса и очутился у задней стенки фургона-холодильника. Джонни закрывал катящуюся по роликам дверь, а полисмен лежал рядом в луже крови; на то, что осталось от его лица, страшно было смотреть — кровавая сырая масса.

Джонни схватил пистолет полицейского, он почувствовал приближение Гарри. Тот летел прямо на пулю. Она впилась ему в правую ключицу и развернула Гарри. Некроскоп рухнул на асфальт.

Ошеломленный выстрелом и вспышкой, Джонни уставился на пистолет, уронил его, споткнулся о скорчившегося от боли Гарри, пнул его ногой и побежал вдоль фургона к кабине. Обезумевший маньяк на ходу ругался и хохотал.

Боль, словно живое существо, завладела Гарри, ее раскаленные зубы вонзались в агонизирующую плоть.

“Это ты, нетерпеливый ублюдок, — думал Гарри, — ты, берсерк, упрямец, идиот, виноват во всем. Из-за тебя я ранен. Вылечи меня!”

Найд, сидя в кабине, заводил мотор. Пневмотормоза зашипели, зажглись задние огни, малиновые, как глаза Гарри, и осветили такие же малиновые сгустки крови на голове убитого полицейского.

Морщась от боли, некроскоп увидел, как огромная туша грузовика дернулась, задрожала и подалась назад. В следующий момент огромные сдвоенные колеса заскользили, захватили и подмяли под себя тело полицейского. Колеса приподнялись, переезжая останки, кровь и кишки брызнули во все стороны, внутренности поползли из-под колеса, как зубная паста из тюбика.

“Его счастье, что он мертв, — подумал потрясенный Гарри. — Вряд ли он хотел бы быть сейчас живым и ощущать все это”. Но его мысли были и мертворечью, и полицейский услышал.

Гарри едва увернулся от разворачивающегося грузовика, откатившись вбок. Колеса в алых брызгах прошли в дюйме от него. Но сквозь вонь, грохот и струю выхлопных газов, выстреливших ему в лицо, он услышал ответ:

— Но я чувствую! Боже, это хуже, чем второй раз умереть!

У Гарри — даже у Гарри — буквально застыла кровь в жилах. Он вспомнил, кто за рулем фургона. Жертвы некроманта чувствуют его действия, как те мертвецы, которых мучил Драгошани!

Снова зашипели воздушные тормоза, грузовик резко остановился, передние колеса развернулись, и он покатил вперед, к выезду со стоянки. Джонни уходил от него и увозил Пенни!

“Нет, черт тебя побери!” Гарри встал на колени, сосредоточился, определил координаты грузовика, прошел, едва держась на ногах, через дверь Мёбиуса и очутился внутри фургона. Внутри было темно, но некроскопу это не мешало. Он увидел Пенни, подполз к ней, приподнял левой рукой ее голову и положил себе на колени. Она очнулась и посмотрела в его сияющие малиновым светом глаза.

— Гарри, я... я ушла из кафе, — шепнула она.

— Знаю, — прохрипел он. — Он причинил тебе боль?

— Нет, — она потрясла головой. — Похоже, я просто упала в обморок.

Но времени на расспросы не было. Кровь Гарри взбунтовалась, ему трудно было владеть собой, тварью внутри себя.

— Уцепись за меня, — велел он.

Она сделала, как ей было велено, и Гарри впустил поток уравнений Мёбиуса в свое сознание. Через мгновение Пенни ощутила беспредельность пространства, и сразу после этого тяжесть вернулась — они опустились на постель в доме Гарри вблизи Боннирига.

— На этот раз ты останешься здесь! — приказал Гарри. Он исчез прежде, чем она села в постели...

В Лондоне, в оперативном центре отдела Миллисент Клэри и министр по особым делам, а также Дэвид Чанг, который сегодня был дежурным офицером, сидели у края длинного стола. Здесь имелись телефоны, радиотелефон, радиоприемники, большая карта Англии под пленкой и поднос с кучей предметов, принадлежавших полевым агентам отдела. Светильники на потолке были направлены на стол, превращая его в оазис света в относительно темной большой комнате.

Миллисент Клэри только что приняла короткое сообщение от Пакстона, что группа захвата заняла позицию. Киф и его девушка ненадолго вернулись в дом, причем Пакстон уверен, что некроскоп уже снова ушел оттуда. Напарник Пакстона, Фрэнк Робинсон, тоже считал, что в доме сейчас только один человек. Поскольку никаких помех, никакого смога в психическом эфире не было, он склонен считать, что в доме девушка.

Киф, вероятно, доставил ее в дом через пространство Мёбиуса, а потом ушел тем же путем. Если бы у них не было полной уверенности, что некроскопа нет в доме, команда поддерживала бы телепатическое молчание. Ну, а поскольку это не так, Пакстон жаждал узнать, что происходит.

Клэри рассказала о принятом сообщении.

— Я все больше убеждаюсь, что вы были правы насчет Пакстона, — фыркнул министр. — Все вы. Похоже, он не уймется, пока не переиначит весь мир на свой лад.

Клэри хмуро кивнула.

— Вы хотите сказать, — пересвинячит, — сказала она со злостью. И потом добавила: — Э-э... сэр! Но мы и сейчас правы, не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять это. Он опасен. Счастье еще, что Бен Траск не спускает с него глаз. Вы хотите, чтобы я ему что-то сообщила?

Министр глянул на нее, потом на Чанга, который сосредоточенно разглядывал и поглаживал предметы на подносе, пытаясь установить местонахождение, состояние и настроение агентов, работающих на местах, — и подытожил свои размышления по поводу сложившейся ситуации.

Во-первых, Тревор Джордан, телепат. По всем законам природы он должен покоиться в урне в виде горсти праха, тем не менее в настоящий момент он находится в ночном экспрессе, следующем в Лондон через Дарлингтон. Два агента отдела тайно сопровождали его и не предвидели никаких особых осложнений, хотя уже не было сомнений, что Джордан — вампир. Они вооружены сложными многозарядными пистолетами, а еще у одного из них есть небольшой, но смертоносный арбалет. Еще один агент направлен им в помощь и ожидает поезд на вокзале в Дарлингтоне. У него машина, в багажнике которой — огнемет.