Новая Зона. Контур боли - Прошкин Евгений Александрович - Страница 59

— Что ты, сука, гонишь!

Михаил перегнулся через стол, чтобы схватить бандита за грудки, но тот вместе с креслом изящно откатился назад. Столяров угрожающе подвинул «колокольчик», но особого впечатления на главаря это не произвело.

В надежде, что Скутер хоть немного нервничает, Олег снова попробовал мягко прощупать его пси-поле. Заранее они с Михаилом об этом не договаривались, но полковник будто специально выводил бандита на эмоции, и Олег не мог упустить такой возможности. Однако чем громче Столяров матерился, тем плотнее становилась защита Скутера, как будто кто-то всесильный укутывал главаря ватным одеялом. В этом, бесспорно, был чей-то умысел.

После нескольких безуспешных попыток Гарин сдался.

— Другой за такие речи уже висел бы на крюке, — промурлыкал бандит, — но ради тебя, бывалый сталкер, я готов стерпеть. На первый раз, — он погрозил сухим, как веточка, пальцем. — Первый и последний.

Главарь подкатился обратно к столу и, любовно взяв в руки «колокольчик», осмотрел его со всех сторон.

— Хороший, — оценил он. — И не зеленый, и не переросток. В самый раз.

— Бывают и переростки? — равнодушно осведомился Михаил.

— Ну да, если вовремя от пуповины не отделить, может во-от такой лопух вымахать, как туба из пожарного оркестра.

— Пуповина?.. — озадаченно повторил Столяров, словно заразился от Скутера привычкой все переспрашивать.

— Сам ты за «колокольчиком» не лазил, — констатировал главарь.

— Как видишь, я до сих пор не превратился в мешок с требухой, — резонно заметил Михаил.

— А как же вы его добыли?

— Грохнули людей Кенса.

— Всех?

— Зачем всех… Двоих. Третий сам околел, когда из аномалии вылез, — сказал Столяров. — Я думаю, у Кенса еще кто-нибудь остался?

— У Кенса много народу, — деловито сообщил бандит. — И они наверняка уже вас ищут.

— А что же ты хотел? Как еще мы могли добыть «колокольчик»?

— Я?.. — Скутер удивленно улыбнулся. — Что я хотел? Проверить, годитесь ли вы для серьезной работы.

— Ну и как? Ты доволен?

— Результат мне нравится. Хотя вряд ли он понравится Кенсу… Но бояться вам нечего, ведь вы под моей защитой, мужики.

Скутер слегка приподнялся в кресле с явным намерением похлопать полковника по плечу, но тот выпрямил спину. Главарю пришлось встать, но Столяров отклонился назад. Так и не дотянувшись через стол, Скутер замер в неловкой позе с вытянутой рукой, точно самодеятельный актер, играющий Гитлера.

— Да, и, конечно, деньги! — спохватился главарь.

Он выдвинул ящик стола и щедрым жестом бросил перед собой светло-коричневую банковскую упаковку.

— Это двадцать тысяч евро, — не глядя, сказал Михаил. — Мы договаривались на сто.

— Остальное получите, когда переправим артефакт за Периметр. Он ведь может и не доехать. Почему я должен рисковать в одиночку?

— Потому что ты обещал сотку. Сразу. Или в два раза больше, если мы дождемся, когда ты его продашь.

— Условия изменились, дружище, — вальяжно проговорил Скутер.

— Серьезно? И как это они успели-то за несколько часов?

— Теперь у меня могут быть неприятности с Кенсом. Из-за вас, — подчеркнул главарь. — Гриша страшный человек.

— А неприятности с нами тебя не пугают?

— Не настолько, — заверил Скутер. — Лентяй! — позвал он. — Лентяй, черт тебя дери!

— Обойдемся без конвоя, — процедил Столяров, сгребая со стола деньги. — Где у тебя на ночлег устроиться можно?

— На втором этаже полно кабинетов с койками. Заночевать на работе тут раньше считалось хорошим тоном.

— Теперь это необходимость, — кивнул Михаил, словно с чем-то согласился, и вышел из помещения.

Навстречу по коридору пробежал Лентяй с пулеметом, что выглядело довольно комично.

— Не зевай, охрана! — бросил ему вслед полковник. — Давно бы твоего шефа зарезали. Если бы хотели.

Бандит на ходу обернулся вместе с РПК, и его слегка занесло в сторону.

— Все в порядке! — объявил Гарин, подняв ладонь. — Князь Мира всегда прикроет тебе спину, сынок!

— Что еще за ересь?.. — пробормотал Столяров.

— Так, вырвалось… Просто обидно.

— Держи, — Михаил вручил Олегу пачку денег. — Пока так. Но будет больше.

— Да я не об этом. Он нами играет, как детьми, вот что неприятно. Я про Скутера, — пояснил Гарин.

— Понял, понял.

— Как раз в тот момент, когда нам понадобился Кенс, Скутер сделал так, чтобы мы стали его врагами. Возможны такие совпадения?

— Не знаю… Видеть во всем скрытый смысл — тоже нездоровая привычка.

— Нам действительно нужно его бояться? Что он за человек, этот Гриша Кенс?

— Обыкновенный, — вздохнул Михаил. — Мы с ним не были ни друзьями, ни приятелями.

— Но он передал тебе ключи от своего склада с тайником.

— Это выглядело как большое одолжение.

— А на самом деле ему нужно было нас проконтролировать.

— Это более чем логично, если он связан с кражей документов. А Гриша связан, — уверенно добавил Столяров. — Вот таких совпадений уж точно не бывает.

— Подполковник СБУ… — промолвил Олег. — Торгует сардинами, потом становится лидером группировки в Зоне, а теперь, как оказалось, еще и пси-оружием занимается… Нормальная такая карьера.

— К сожалению, бывает. И пси-оружие в этом ряду выглядит привлекательней, чем рыба.

Гарин с Михаилом спустились этажом ниже и остановились в коридоре. Столяров повел фонариком влево, затем вправо. В обе стороны уходили длинные проходы с рядами одинаковых дверей, не таких богатых, как наверху.

Михаил наугад подергал первую ручку, потом перешел к соседней двери, но и та была заперта. И следующая — тоже. Он дошел до конца коридора, прежде чем наткнулся на открытый кабинет.

— Ну и барда-ак…

Чертежные доски, столы с мониторами, старые казенные шкафы — все было сдвинуто к одной стене жестко и безжалостно. Сотрудники института такого вандализма себе позволить не смогли бы, это сделали уже новые, пришлые люди в попытке расширить жизненное пространство.

На окнах висела светомаскировка, что выглядело вполне разумно. Столяров поднял фонарик и высветил нелепый воздуховод под потолком. Больше в комнате смотреть было не на что.

У свободной стены стояли четыре кровати с ветхими армейскими одеялами.

— Блох не наловим? — озабоченно спросил Гарин.

— Пусть это будет самой большой нашей проблемой.

Михаил улегся поверх одеяла и положил руку под голову — не для удобства, а просто чтобы не касаться прелого белья.

— Пожрать бы… — мечтательно произнес Олег.

— Перед сном наедаться вредно, талия пропадет. Я вот что думаю… — Столяров помолчал, собираясь с мыслями. — Документы из архива выкрали уже после того, как Кенс уволился из СБУ. Но мимо него они, конечно, не прошли. А возможно, он и был заказчиком. Или отчеты предназначались для кого-то другого, а он только передал… Это сейчас не важно. Важно вот что: перед тем как Москва превратилась в Зону, Кенс бывал то здесь, то в Киеве. Постоянно туда-сюда мотался. И он мог легко провезти копии документов, даже флешку в задницу пихать не пришлось бы. И вот, вместо того чтобы прихватить документы с собой, он мутит какой-то шпионский детектив с аттачем к неотправленному письму… Странно? Странно, — ответил сам себе полковник. — Значит, задача перед ним стояла не передать секреты за границу, а… привлечь внимание, — скорбно закончил Михаил.

Он выключил фонарик и продолжал рассуждать в полной темноте.

— Выходит, вся эта история — обычная замануха. Незамысловатая, м-да… А если учесть, что ключ от своего офиса он отдал мне лично в руки, то спрашивать, кого сюда заманивали, даже как-то и неловко… Вот осел! И на кой хрен я ему, интересно, сдался? Только проблем лишних подкинул. Людей из банды его положили… А Скутер! — вскинулся Михаил. — Его тоже нельзя вычеркивать. Он ведь нас с самого начала на твоей базе пас. И с Кенсом он знаком, и опять же: ну не может быть это простым совпадением, не может! Все, блин, завязано вокруг нас… и как туго-то, черт… Даже Шумер! — возмутился Столяров. — Какой-то сраный мародер, которого мы случайно встретили в городе… Тоже имел отношение к Кенсу и, значит, тоже попался нам не случайно! Это прям какое-то индийское кино, тебе не кажется? А, Олег? По-моему, за нами в Зоне только слепые не присматривают… так они небось подслушивают. Да, что-то я разорался, — заметил Михаил и перешел на шепот: — Так и психопатом стать можно! Что скажешь, Олег? А?