Новая Зона. Контур боли - Прошкин Евгений Александрович - Страница 67

Олег усмехнулся:

— Если мы будем объезжать все места, где нам надавали по шапке, то скоро у нас не останется маршрутов. Не важно, как ехать. Давай по Вавилова.

— Уверен? — строго спросил полковник.

— Ну да. А что?

— Смотри. Если снова начнешь гнать про болотные огоньки или полезешь кусаться, я тебя ударю.

— Не беспокойся, не полезу.

— Даже если тебе захочется… — Столяров закатил глаза и очень правдоподобно простонал: — Жра-ать!

Гарин едва заметно поморщился.

— Не захочется.

— Откуда такая уверенность?

— На этот раз я лучше подготовился.

Олег сунул руку в рюкзак и достал пачку евро. Бросил ее обратно и вытащил пачку долларов. Чертыхнулся, пошарил в глубине и наконец выудил плоскую консервную банку.

— Ого, сардины! — оценил Михаил. — Из наших запасов, что ли?

— Из запасов Кенса, — отрезал Гарин.

— Ну да. Не удивлюсь, если Гриша Кенс снабжал консервами всех московских бандитов.

— За всех не скажу, но Скутера снабжал точно. И консервами, и артефактами — практически задаром. — Гарин деловито скрутил крышку и, аккуратно держа банку за края, понюхал содержимое. — Вроде съедобно, — заключил он. — Будешь? Только у нас ни хлеба, ни вилок…

— Ешь сам, у меня руки заняты, — отказался полковник. — Лучше объясни мне, в каких отношениях были Скутер и Кенс. Ты ведь покопался в голове у Скутера. Должен быть в курсе.

— Ну… — Олег выудил за хвост маленькую сардинку, быстро разжевал и проглотил. — Их отношения… — начал он, вылавливая новую рыбешку, — они…

— Осторожно! — предупредил Столяров, и «фольксваген» подпрыгнул на кочке.

— Ч-черт! — процедил Гарин. — А предупредить…

— Я предупредил, — спокойно заметил Михаил. — Так что у них были за отношения?

— Блин! — Пару секунд Олег тупо таращился на то, как масло из банки пропитывает его левую штанину, потом со вздохом подцепил с колена рыбий хвостик и отправил его в рот. — Отношения между Скутером и Кенсом были исключительно товарно-денежными.

— И только? — усомнился полковник.

— Еще Скутер боялся Кенса как огня. Обманывал, иначе он вести дела не умел, но при этом трясся от страха. И сознание Скутера вплоть до вчерашнего дня было закрыто от меня чугунной крышкой. А сегодня крышка вдруг открылась.

— После того как Скутер решил кинуть Кенса по-крупному, — заключил Столяров. — Получается, что Кенс и есть Кукловод?

На этот раз Гарин размышлял не меньше минуты, прежде чем ответить.

— Я не поручусь на сто процентов, — сказал он, — но это весьма вероятно. По факту: Скутер всегда общался непосредственно с Кенсом. Если кто-то и отдавал Кенсу приказы, то Скутер ничего не знал об этом человеке. Даже не подозревал. Логично предположить, что этого человека не существует. Кукловод и Кенс — это одно лицо.

Михаил покачал головой и, словно не веря самому себе, сокрушенно протянул:

— Гриша Кенс…

— А что тебя смущает?

— Да ничего. Но это же Гриша Кенс! Он совершенно обычный, понимаешь? Никогда звезд с неба не хватал. Служебной карьеры не сделал, бизнесменом тоже был очень средненьким… И вдруг — выдающиеся пси-способности. Откуда?

— Я, что ли, карьеру сделал? — возразил Олег. — Или бизнес раскрутил? Я тоже обычный.

— Когда щелчком пальцев не заставляешь людей бросаться с крыши вниз головой? Совершенно обычный! — заверил его Столяров. — Но… Если ты обычный, то Кенс — заурядный.

— Что-то я не улавливаю разницы, — признался Гарин.

Полковник вздохнул, потом улыбнулся.

— Ты бы ни при каких обстоятельствах не стал торговать сардинами.

— Ну, разве что, — пожал плечами Олег и неожиданно скомандовал: — Тормози!

Его ладони привычно потянулись к вискам. Гарин зажмурился и тихонько застонал.

— Что, опять то же самое? — нахмурился Михаил и, взглянув на приметное здание станкостроительного завода, сам себе ответил: — Ага, и на том же самом месте…

— Да остановишься ты наконец?! — вскрикнул Олег.

— Да, да, сейчас.

Столяров затормозил так, что взвизгнули шины.

— Опять твоя мигрень? — спросил он.

— Мигрени нет, — ослабевшим и немного сонным голосом ответил Гарин. — Я просто слишком хорошо слышу. Как волк с большими ушами. Из «Красной Шапочки».

— Что?..

— Я как будто в слуховом аппарате, очень чувствительном, и мне прямо в ухо орет стая ворон.

— Ты слышишь ворон?.. — опешил полковник.

— Я слышу всех! — Олег снова сорвался на крик, точно пытался разговаривать по телефону в двух шагах от работающей турбины самолета. — Ясно?

— Нет, — искренне ответил Михаил.

— Не важно. Помоги мне…

Гарин начал расстегивать джинсовку, но дрожащие пальцы его не слушались.

— Ты опять за свое? — досадливо поморщился полковник. — Мы же только что обсудили. Чтобы применить силу, тебе не нужны никакие артефакты! Она — у тебя в голове.

— А у Шаляпина вся сила была в голосовых связках. Однако с микрофоном у него все равно получалось громче. Давай скорее, а?

— Убери руки. — Столяров помог товарищу достать «венец» из-за пазухи и надеть на голову. — Ну? — нетерпеливо спросил он.

Ответа не требовалось. Гарин не открывал глаз, однако теперь на его лице читалось неподдельное облегчение.

— Что и требовалось доказать, — сказал Олег.

— «Венец» все-таки помог?

— Да.

— И ты знал об этом заранее?

— Скажем так, я очень на это надеялся.

— Извини, я не врубаюсь, каким образом?

— Не уверен, что смогу объяснить. — Гарин вытянул ноги и расслабленно откинулся на подголовник. — Ты когда-нибудь пробовал «Виагру»?

Столяров поперхнулся от неожиданности.

— Чего? — буркнул он.

— Ты слышал.

— Да мне вроде пока без надобности.

Олег кивнул.

— А мы с Маринкой попробовали один раз. На восьмое марта, под шампанское.

— И как… ощущения? — неуверенно спросил Михаил.

— Речь не об этом.

— А о чем?

— Я думаю, реклама врет. Никакое лекарство не превратит бельевую веревку в стальной лом. Но здоровому человеку с нормальными способностями оно поможет лучше контролировать процесс. Все процессы от начала и до конца. Врубаешься?

— Я вообще не пойму, о чем ты говоришь. По-моему, ты снова бредишь, только на этот раз бред эротический, а не… — полковник помедлил, — зомбический. Или кем ты себя там воображал, когда хотел жрать?

— Жрать хотела собака, — уточнил Гарин. — Она просидела в подвале три дня, не могла выйти из-за аномалии. Она уже начинала грызть свою лапу, но, во-первых, это очень больно, а во-вторых, там почти нет мяса. Я чувствовал ее голод, как свой собственный. Честно, кишки узлом завязывались. А подвал, кстати, находится где-то на Соколе.

— Это далеко отсюда?

— Достаточно. — Олег провел кончиками пальцев по «венцу», словно желая убедиться, что артефакт по-прежнему на месте. — Я вообще слышал все эмоции: человеческие, звериные, птичьи и черт знает чьи еще в радиусе километров пятнадцати, если не больше. Никогда бы не подумал, что в Московской Зоне обитает столько живых существ. Хотя о чем я! Мертвых я тоже слышал. Не эмоции, конечно, а фон. Как после… Как в Припяти после атаки…

— Я понял. — Столяров яростно потер колючий подбородок. — Ничего себе! А в «венце» ты всего этого не слышишь?

— Слышу. Но с ним я намного лучше могу контролировать процесс. Как с «Виагрой», понимаешь? Только с настоящей таблеткой, а не с куском голубого мела, который продается в аптечном ларьке на вокзале. Зачем ты подсунул мне фальшивку?

— Опять двадцать пять! — Михаил шлепнул ладонями по баранке. — Ты сам ее себе подсовывал раз за разом.

— А ты мне в этом помогал! — парировал Олег, но тут же взял себя в руки. — Ладно, проехали. В «венце» я могу игнорировать второстепенные шумы и слышать только то, что хочу. Например… — Гарин наконец открыл глаза, затем — рот и неожиданно расхохотался.

— Что еще?

— Извини… — Олег хохотал и все никак не мог успокоиться. — Я случайно. Я, честное слово, не хотел!