Путь к жизни (СИ) - Уксус Сергей - Страница 23

Компанию, устроившуюся за длинным столом недалеко от стойки, можно было смело именовать представительной. И не потому, что кто-то из пятнадцати человек выглядел важно и значительно (хотя были и такие). Нет. Просто все сидящие на длинных лавках представляли какое-либо селение долины. Пусть даже маленькое, из пяти домов, лишь бы они, дома эти, стояли отдельно и вдалеке от соседей.

Остальной зал тоже не пустовал: и местные, и приезжие, закончив дела, приходили промочить горло и посмотреть бесплатное представление - никогда ещё подобные мероприятия не проходили спокойно, без ругани. И едва ли не ближе всех к советникам, почти сразу за спинами четвертьэльфа и случайно оказавшегося рядом с ним седобородого старейшины подземников, известного, как Гдахтург Наковальня, постепенно собрались Грибник, Садовод и Щепка. Последний, только что уполовинив кружку пива, шёпотом поинтересовался:

- Ну как?

- Пока не ругались, - тоже шёпотом отозвался Грим, прекрасно понимая, что интересует хуманса в первую очередь.

- Угу, - важно кивнул Щепка и, довольный тем, что самого главного не пропустил, потребовал подробностей: - А вообще?

- А вообще, - хмыкнул здоровяк, - на этих, вон, глянь. - Массивный подбородок указал сначала на ухмыляющегося Брухтарка, а затем на спину старейшины. - Видишь, довольные?

- Ну?

- Что "ну"?

- Ну… А-а-а! - наконец-то дошло до хуманса. - Заработать надеются! Причём много!

- Ну? - не остался в долгу Гримгирд, ухмыляясь.

- Запряги сначала! - с притворной сердитостью отозвался Щепка. - Похоже, на броню заказ получат. И на оружие, - Садовод с магом переглянулись и одобрительно закивали, - значит, будем нормальную дружину делать. Значит… - тощий немного помолчал, пожевал губами и наконец вздохнул: - А учить-то кто будет, а?

Тем временем господа советники перешли к последнему вопросу. Совершенно спокойно, даже с некоторой монотонностью в голосе, Ушастый изложил историю мертвеца (на всякий случай. Мало ли, что напридумывала молва. Слухи - они всегда склонны, мягко говоря, преувеличивать) и предложил отправить его на равнины, для обучения.

Некоторое время собравшиеся переваривали сказанное, а потом один из них - по виду орк с примесью неизвестно чьей крови и почему-то эльфийским именем Тормиэль - недовольно заворчал. Мол, раз нежить, значит, у неё хозяин должен иметься. И пусть, мол, этот самый хозяин за свой счёт своего мертвяка и собирает. Советники тут же разделились: одни согласно кивали, вторые, поглядывая на первых, кривились, третьи же косились на Элиранда. Кем-кем, а глупцом четвертьэльфа даже злые языки не называли. Недаром у Ушастого хозяйство одно из лучших в долине, да и детей он пристроил на зависть другим. А значит, вот так сразу говорить, что его новая мысль, мягко говоря, неумна… Сам же представитель в эту минуту с трудом сдерживался, чтобы не наорать на некоторых, поскольку их привычка спорить по любому поводу - лишь бы поспорить - успела изрядно утомить за сегодняшний вечер. Несколько раз глубоко вздохнув, Элиранд дождался, когда ворчание стихло, и коротко скомандовал:

- Вперёд!

- Что? - не понял смесок.

- Я говорю, идите и объясните мертвяку, что у него есть хозяин! А мы, - здесь Ушастый злобно оскалился, - потом обязательно похороним то, что от вас останется, - подождал немного, глядя на ошарашенного Тормиэля, и уточнил: - Если, конечно, господин Гельд-младший не найдёт вашим останкам применения.

Пока изумлённые посетители таверны - а слышали четвертьэльфа все, кто находился в это время в зале - переваривали это заявление, Наковальня, старательно сохраняя на морщинистой физиономии безразлично-внимательное выражение, мысленно прикидывал, на сколько придётся урезать планы расширения подземного города. Если, конечно, Элиранду удастся образумить своих. А ведь планы эти…

Поначалу и сам почтенный мастер возражал против отправки нежити куда-то далеко, несмотря на все заявления Грибника об опасности необученного мага. Поначалу. Потом Брухтарк перестал пугать старейшин и зашёл с другой стороны, объяснив, сколько подгорные жители смогут на этом заработать. Надо ли говорить, что ему не поверили? Тоже поначалу. Однако услышав подробности…

"Во-первых, - маг неторопливо загибал свои толстые, но чуткие, как у ювелира, пальцы, - можем ту пещеру, что к Старым Штольням примыкает… Ну, ту, в которую наши всё время дыры делают… Ага. Её, в общем, перекрыть. Я гору слушал - там всего четыре прохода, причём через два речушка идёт… Во-от, амулеты я сделаю, Гельд их заполнит, вот и… А потому, почтенный Грартуг, что на каждый амулет не меньше двух больших накопителей надо! И амулетов не четыре, а девять - там в одном месте не дыра, а расщелина. Длинная. Где я вам столько лишней Силы-то найду, а?… Вот именно. На чём я?… А! Благодарю вас, почтенный. Так вот, во-вторых, малыш его потом… Да мертвец, конечно! Молодой он ещё! В общем, он потом тварей пожрёт, да. В-третьих, он потом ещё камней зарядит, так что…"

Но всё это - если и мертвяка, и его спутников снарядят сами дварфы, без вмешательства наземных, поскольку только один-единственный большой заполненный камень стоит… стоит… А тьма его знает! Что Гдахтург помнил, так это ругань мага каждый раз, когда неотложные дела заставляли его тратить эту самую Силу. И ещё более страшную ругань, когда он возвращался от некроманта, к которому ходил договариваться о заполнении этих самых накопителей… Ах, какие проклятия тогда звучали! Какие проклятия! Вспоминая некоторые, Наковальня испытывал истинное наслаждение - видеть работу мастера всегда приятно. Даже если это мастер по крепким выражениям.

Отогнав несвоевременные воспоминания, Наковальня вернулся к наблюдению и подсчётам. Пока что, к счастью, Ушастый достиг совсем немногого - мертвеца перестали считать чьей-то собственностью. Всего лишь. Старейшина наклонил голову, притворяясь, что заинтересовался чем-то на столе - то ли царапиной, то ли щелью между не слишком хорошо подогнанными досками - и облегчённо вздохнул: пока что всё шло не так уж и плохо. И даже прозвучавшие в эту минуту слова четвертьэльфа, что он собирается отправить с Гельдом младшего сына, беспокойства не вызвали - маг предупредил. Собственно, как раз наличие спутников и должно было дать едва ли не половину ожидаемого дохода - броня, амулеты, оружие опять же… Правда, по поводу последнего Гдахтург сомневался - копьё и арбалет ещё ладно: держать первое все мальчики с детства учатся, как-то приспособиться ко второму за неделю можно. А меч? Или хотя бы топор? Да тот же кинжал! На что, казалось бы, бесполезная ковырялка, однако ж гости с равнин и её вниманием не обходят, да и добрая треть заказов (знал бы старейшина, что большая часть этой трети служит лишь подтверждением богатства носящего!) на эти недоножи приходится… Однако ж надо, потому как положено по равнинным обычаям. Вот и набегала цена. Немалая, конечно, но и камни пойдут совсем не мелкие. И не какие-то там рубины, а самые настоящие изумруды, огранённые, как когда-то умели в империи… Одним словом, любому встречному понятно станет, что непростой путешественник ему попался. Совсем не простой. А очень даже знатный.

Заметив, что опять отвлёкся, Наковальня начал было укорять себя за невнимательность, однако махнул рукой: в крайнем случае Грибник откажется от дополнительных накопителей. Конечно, часть прибыли будет потеряна, вот только хуже от этого станет прежде всего самим долинщикам - стараниями некроманта они успели обзавестись немалым количеством всяких амулетов, а заряжать их кто будет?… Вот то-то! Что старейшину удивляло, Ушастый до сих пор об этом не упомянул! А казалось бы - намекни на не слишком радостное будущее и предложи выход! Забыл, что ли? Или не хочет? Да какая в конце концов разница? И вообще, пора уже уходить: хмельного не наливают, нормальной еды - Гдахтург грустным взглядом обвёл стол, уставленный мисками с сухарями, орешками и даже мелкой вяленой рыбёшкой - не дают, так что…