Путь к жизни (СИ) - Уксус Сергей - Страница 38

- Да уж, - тоже шёпотом отозвался король. - Найти бы того негодяя, что придумал, что декольте немодно.

- Я пытался, - разочарованно махнул рукой главнокомандующий. - Не лично, конечно. Разведку снарядил…

- И?

- Нашли десяток идиотов. Каждый кричит, что это он придумал, а остальные - мошенники.

Кирхан Четвёртый фыркнул и поинтересовался:

- А твои сказали, зачем ищут этого изобретателя?

- Сказали. Потом, - принц замолчал - как раз в этот момент они проходили сквозь высокие двустворчатые двери, отделяющие Хрустальный зал от Жемчужного.

- Ну? - поторопил Его Величество.

- Что ну? Идиоты ещё громче завопили. Только теперь орали, что мошенники - это они сами, а изобрёл… Ну, тут можешь называть любое имя из оставшейся девятки.

Представив себе эту сцену, король остановился и захохотал, запрокинув голову. Спустя секунду сдержанные смешки прокатились и по обоим залам.

Отсмеявшись, Кирхан снова сдвинулся с места: ещё нужно было пройти два зала, включая этот, чтобы показ себя подданным можно было бы считать завершённым. И что, что скучно? Зато - традиция! Якобы при такой прогулке любой подданный-дворянин может обратиться к своему королю. Если, конечно, сумеет каким-то чудом проникнуть во дворец.

Нет, можно, конечно, ещё подать прошение об аудиенции, но вот только никто не гарантирует, что оно не потеряется на длинном и извилистом пути от кабинета Министерства двора, где принимают эти самые прошения, до большого тронного зала, в котором даются аудиенции. Особенно если речь идёт о притеснении слабых сильными. Тут не всякий барон сумеет прорваться, что уж говорить о простых дворянах?

Увы, чем дольше живёт государство, тем сильнее его власть обрастает всякого рода прилипалами, начинающими вместо правителей решать, что важно, а что - нет. Причём - с непременной пользой для собственного кармана. И как ни крутись, всё в этом отношении становится только хуже, любые изменения работают только какое-то - весьма недолгое - время после введения. Потом превращаются в очередную бесполезную традицию. Вроде этой.

Некоторое время помолчав, Его Величество опять повернул голову к спутнику:

- Скажите, брат наш, а вы уже определились с гостями на свадьбе?

- Вы о моей свадьбе, государь? - без задержки отозвался главнокомандующий и, увидев подтверждающий кивок, начал рассказывать: - Ну, во-первых, я очень надеюсь на ваше присутствие, Ваше Величество, а во-вторых, уже отправил некоторым приглашение. Тем, кому предстоит дольше всего добираться. На север.

- На север, - задумчиво повторил король. - На севере у нас вольные баронства, не так ли?

- Да, Ваше Величество. Некоторые из тех, с кем я когда-то служил, осели в тех краях. А иные добрались даже до долин.

- Вот как?! Не знал, не знал… Будет любопытно взглянуть на них. Вот только… м-м-м…

- Ваше Величество?

- Мы слышали, что места там беспокойные. Вы уверены, что ваш посланец сможет передать приглашения?

- Не беспокойтесь, Ваше Величество, - усмехнулся Рисхан, - его хорошо охраняют.

Остаток прогулки прошёл в молчании. Главнокомандующий без всякого стеснения рассматривал дам, Кирхан Четвёртый же, машинально кивая и улыбаясь приветствующим его подданным, думал, правильно ли он понял намёк брата…

- Как ваше самочувствие, Наставник? - настоятель поднялся со скамьи, приветствуя возвращающегося с обхода Тервиза.

- Превосходно, волей Милостивого, брат, превосходно! - весело отозвался старик. - А вы, я гляжу, на солнышке решили погреться?

- Скорее, нос погреть, - улыбнулся жрец. - Зад - сами понимаете.

- Ну, у него судьба такая, брат Зорнис. Из хорошего ему мало что достаётся, зато за шалости остальных частей тела… - Злоглазый коротко хохотнул. - Может, присядем, брат, если вы ещё не замёрзли?

- Да не замёрз, хвала Милостивому, - подождав, когда усядется некромант, настоятель, демонстративно кряхтя, опустился на нагретое место. - Хорошо на улице. Не знал бы календаря, подумал бы, что весна началась.

- Да уж, - согласился старик, - тёплая в этом году зима выдалась, - и тут же, без всякого перехода, спросил: - Так что вы с тем мальчиком решили?

- С которым? - попытался было изобразить непонимание Зорнис, однако встретив насмешливый взгляд учителя, вздохнул: - Извините, Наставник. Вы же знаете…

- Знаю, юноша, знаю, - покивал старик. - Но ведь не вы начали этот разговор, а я задал вопрос. Значит?…

Отвернувшись к кладбищу, настоятель некоторое время молчал. Некромант его не торопил, но и отступать явно не собирался - в конце концов, планы иерархов Храма, среди которых было несколько учеников Злоглазого, касались и его тоже.

Минут через пять Зорнис вздохнул:

- Наставник, а может, вы выскажете свои догадки, а я… м-м-м… э-э-э…

- Хорошо, - согласился Тервиз. - Если вам это кажется более удобным… Итак. Светлые обо мне знают. Наверняка. За столько времени, даже не будь у них наблюдателя при храме…

- Наблюдателя? - перебил настоятель. - Вы знаете, кто это?

- Знаю, юноша. Но его не имеет смысла трогать. Даже если сюда прибудет лич.

- Но, учитель…

- У него нет магических способностей, брат, - усмехнулся старик. - И амулета, позволяющего видеть ауру, тоже уже нет.

- Уже? - приподнял бровь настоятель. В его голосе прозвучало лёгкое недоверие.

Злоглазый усмехнулся:

- Деревяшка, которую он таскает с собой, теперь показывает то, что нужно мне! Конечно, повозиться пришлось… Гм, лет пять возился, да. Разные варианты пробовал. Однако же… Н-да… Главная трудность состояла не в том, чтобы сделать его - я про амулет - неправильно работающим, а чтобы меня он показывал правильно. А теперь его опять переделывать придётся… Хм… В прин-ци-пе… ес-ли…

- Отец настоятель, отец Наставник! - послушник, выскочивший из небольшой двери, уважительно поклонился и протянул сидящим две большие глиняные кружки, исходящие паром, и маленькую склянку: - Отец Наставник, отец повар… - при этом слове Зорнис хрюкнул и отвернулся, скрывая улыбку, - отец повар приказал напомнить вам о лекарстве!

- А разлить эту гадость где-нибудь по дороге ты не мог?!

- Да я бы с удовольствием, отец Наставник! - стукнул себя в грудь кулаком юнец. - Только…

- Учитель, ну чему вы молодёжь учите! - деланно возмутился настоятель, поворачиваясь. - А ты брысь отсюда!

Поглядев вслед послушнику, Зорнис покачал головой и вздохнул:

- Эх, молодость! Я в его время…

- Был точно таким же, - хмыкнул Тервиз. - А иногда и похуже. Этот, по крайней мере, мне мелких пакостей не делает, в отличие от тебя.

- Э-э-э…

- А то я не знал, кто мои тапочки вечно в какой-нибудь угол засовывает и склянки в лаборатории переставляет!

Поглядев на смеющегося учителя, настоятель вздохнул ещё раз и приложился к кружке. Ответить на обвинение было нечем.

Осушив одним глотком склянку, некромант скривился: совсем не горькое зелье имело устойчивый неприятный привкус. Очень устойчивый. И ни отваром, ни вином смыть его было невозможно. Ругнувшись несколько раз и всё же отхлебнув горячей жидкости, Злоглазый вернулся к разговору:

- На чём я… А! Так что, брат Зорнис, по поводу соглядатая вы не беспокойтесь. Иллюзию живого я на лича наложу, а аура будет выглядеть не тёмной, а тёмно-серой. Н-да… И не слишком сильной. Так что останется только придумать, кто он есть и откуда взялся. И зачем. Главное, чтобы он приехал.

- Но всё же, Наставник, кто этот шпион?

- Кто… Брат Люрех, конечно же!

- Лю… Кх… кх… - настоятель поперхнулся отваром и закашлялся.

- Ну вот, юноша. Разволновались, - Злоглазый от всей души приложил начальника между лопаток. - И чего беспокоиться? Занимается человек своим делом - и пусть занимается. Собирает своим клювиком всякий мусор - и пусть собирает. А то, что на сторону его выбрасывает, так и пусть. Главное, что ничего опасного не видит. И не увидит. А если вдруг всё же увидит, всё равно никому рассказать не сможет. Потому как немолодой он уже, восьмой десяток разменял, вот сердечко у него и не выдержит. Слабенькое у него сердечко. Старенькое. Побаливает.