Путь к жизни (СИ) - Уксус Сергей - Страница 4

Страж не шелохнулся, как будто и не слышал, однако полное отсутствие реакции десятника не обескуражило. "Понятное дело, - подумал он. - Все говорят, что к хозяину и что с важным делом. А потом выходит, что у него прыщ на заднице сидеть мешает. Объяснить надо. Подробно".

- Мы, почтенный, преступников привели. Вон тех, - Драхг ткнул пальцем в двоих связанных соплеменников. - Вон тот, сивый, - при этих словах один из охранников вытолкнул указанного вперёд, - он на свои поганые недоделки чужое клеймо ставил, а…

Снова порыв ветра, и не успевший даже ойкнуть изготовитель фальшивок повис на проткнувшей его грудь мёртвой руке, на глазах высыхая и превращаясь в мумию…

- И чё теперь? - десятник, успевший сходить к могилам старого Гельда и его убийцы, собрал своих и устроил импровизированный военный совет. - Старые штольни бросать, так, что ли?

Речь шла о выработках, заложенных ещё первыми переселенцами и до сих пор не истощившихся. О богатых жилах драгоценных камней, железа и серебра. О лабиринте, кормившем добрую треть подгорных жителей. И о том, что вгрызавшиеся в недра гор подземники то и дело натыкались на большие и маленькие пещеры, заселённые далеко не безобидной живностью. Оголодавшие в своих тесных мирках твари - ползающие и прыгающие, летающие и сидящие на месте - радостно приветствовали незваных гостей, потирая лапы, щупальца и сглатывая набегающую слюну. И хорошо, если, как в этот раз, слишком жадный добытчик, не прислушавшийся к данному народу дварфов чувству камня, успевал поднять тревогу. Да и то до спасительной перегородки с тяжелой дверью, отгораживающей большой участок штолен от главного коридора, четверть из шести десятков работающих добраться не смогла.

Само собой, способ борьбы с такой напастью у соплеменников Драхгарка имелся: пробиться к дыре, заделать её, а потом постепенно, шаг за шагом очистить захваченный зверьём участок. Беда была в том, что ни разу ещё такое дело не обходилось без жертв. Иногда - больших. И подгорные маги помочь в этом деле могли мало: магия земли сильна, но слишком уж нетороплива.

- Ну, так чё? - переспросил Драхгарк минут пять спустя. - Так назад и отправимся?

- Зачем так? - не выдержал измученный долгим молчанием молодой. - Зачем так-то? Этого наймём! - и ткнул толстым, поросшим рыжими волосами пальцем в мертвеца, всё с тем же безразличием сидящего на крыльце башни.

Безмолвный страж не обратил на этот весьма неуважительный жест никакого внимания. Не потому что не увидел его, нет. Увидел. Да и разговор гостей слышал, хотя и не слушал: старый некромант вложил в своё детище достаточно большие возможности, но, что бы ни воображали визитёры, не сумел дать главного. Разума. То, что заставляло "ожившую" мумию двигаться, реагировать на оскорбления и совершать множество прочих действий, в каком-нибудь другом мире назвали бы программой. В этом же если и было когда-нибудь соответствующее слово, оно, как и многие другие слова, знания и вещи, затерялось в глубинах времени. Того самого времени, которого не хватило Гельду, чтобы исправить закравшиеся в тщательно составленную схему взаимодействия Сил недочёты. Отпусти Судьба магу ещё хотя бы год жизни… Пока же на каменных ступенях сидело существо, обладающее, главным образом, всего лишь задатками. Семенами, которые - возможно! - когда-нибудь прорастут. Если будет Сила. Жизни, выпиваемые из врагов, из преступников, из тварей. Такие же, как те, что сейчас вытекали сквозь прорехи в сети заклинаний, рассеиваясь в окружающем мире и оставляя высосавшему их лишь ничтожную часть.

Между тем визитёры, обсуждавшие очень важный вопрос - согласится ли нежить на предложенную оплату или же потребует предоставления кого-нибудь живого для поедания - решили попробовать всё же договориться о первом. Само собой, высокая честь была доверена никому иному, как всё тому же десятнику: мол, ты самый главный, тебе и расхлёбывать. Драхг, другого от соплеменников не ожидавший, только вздохнул и, почесав в затылке, отправился беседовать с тем, кто не то что словами, а даже жестами объясняться упорно не желал. Поскольку же статус трупа повысился с обычного охранника до возможного делового партнёра, начать дварф решил со знакомства:

- Почтенный, я прошу прощения, сразу не догадался. Меня Драхг зовут. Драхгарк Мастер Ножей из рода Румхарка Каменного Молота, - свои родословные подгорные жители вели с тех времён, когда ещё не знали металла, и страшно гордились этим, задирая носы перед прочими расами. - А ты?

Вместо ответа мертвец опять повёл десятника к могиле своего создателя, где указал сначала на неё, а потом на себя.

- Гельд, значит, - догадался дварф. - Как сына, значит, тебя назвал, - бормотал он себе под нос на обратном пути. - Как старшего, значит…

Бормотание это продолжалось до тех пор, пока оба не вернулись к крыльцу, где Драхг наконец-то вспомнил, ради чего завёл этот разговор. К его удивлению, новый владелец башни, выслушав предложение, не стал ни думать, ни торговаться. Молча кивнув, Гельд-младший просто поднял из травы валявшийся там длинный дрын, аккуратно подпёр им входную дверь в знак того, что хозяина нет дома, и застыл, выражая своим видом готовность отправиться немедленно…

Любые разумные существа, собравшись для решения важных дел, начинают спорить. И чем больше существ, тем дольше этот спор длится и тем сильнее накал страстей. И всякие попытки как-то с этим бороться, избирая или назначая всяких там председателей, ведущих и так далее, если и помогают, то очень слабо. Увы, такова природа разумных: сколько голов, столько и мнений…

Дварфы, как существа очень даже разумные, исключением не являлись. Скорее, наоборот: таких отъявленных спорщиков было поискать. На поверхности даже ходила злая шутка: от пары подземников шума больше, чем от десятка гоблинов. Стоило двум коротышкам сойтись где-нибудь, как тут же начиналось обсуждение… Да чего угодно! Какой способ проходки лучше, у кого клинки и кольчуги качественнее, сменила ли дочь такого-то уже восьмого любовника или пока только пятого…

Старейшины, собравшиеся на совет для решения важного вопроса - стоит ли выпускать нанятую нежить обратно на поверхность - были истинными сынами своего народа. Разгорячённые и охрипшие, успевшие заплевать друг другу бороды и припомнить все грехи пра -, пра - и ещё много раз "пра"пращуров, они наконец-то пришли к согласию: спросить совета у мага и поступить по его слову. Решили и тут же сделали: одного молодого послали в старые штольни, где ходячий труп воевал со зверьём, второго - в кладовую, за пивом. Не терять же зря времени? Да и в глотках давно уже пересохло…

Гельд же, не подозревая, что решается его судьба, медленно шагал в это время метрах в пяти перед стеной щитов. Медленно - не из-за темноты: мёртвые видят не глазами, и потому свет им не нужен. Медленно - потому что идущим сзади приходилось сохранять строй, что в коридорах, постоянно меняющих свою ширину, было не так уж и просто. То и дело кому-нибудь из щитоносцев приходилось либо отставать, либо, наоборот, выдвигаться вперёд, закрывая образовавшуюся брешь. А ещё - усталость, а ещё - почти полное отсутствие у подгорных жителей профессиональных вояк.

После очередной остановки, понадобившейся для заделки бокового прохода, с безразличием ожидающего окончания работ неживого бойца подозвал маг:

- Меня Брух зовут, - представился он, роясь в поясном кошеле. - Брухтарк Грибник. Я гляжу, не в обиду тебе, плохо умеешь ты пока Силу собирать. Совсем, можно сказать, не умеешь. Так что, - на свет появились несколько довольно крупных - с ноготь большого пальца - мутноватых кристаллов, - возьми их. Как тварь выпьешь, что не сможешь ухватить, туда сливай. Это просто. Не мешай тому, что утекает, утекать, только поток подправляй.