Путь к жизни (СИ) - Уксус Сергей - Страница 75

Потом была ещё одна застава, тоже на перекрёстке, а потом обоз наконец-то дополз до окружённого частоколом большого лагеря, раскинувшегося между лесом и высоким холмом. Здесь Зехвану дважды пришлось объяснять, кто он такой - сначала начальнику караула, а потом вызванному тем брату. Внимательно выслушав посланца, жрец с глазами смертельно уставшего человека указал рукой на холм:

- Вам туда, брат. Вон тот красный шатёр. Доложите досточтимому Римзо. Возможно, он сумеет вам помочь, - после чего коротко поклонился и быстро куда-то ушёл, оставив гостя подбирать отвисшую челюсть.

"Римзо - досточтимый?! Да этот толстяк даже генералом ордена становиться не хотел! Да он всю жизнь от политики, как Неправедный от "Света Веры", бегал! Да что, гоблины задери, тут происходит?!"

Коня пришлось оставить в импровизированной конюшне - несколько больших навесов с коновязями и без какого-либо намёка на стены - и подниматься на холм пешком, поскольку в пределах лагеря ездить можно было разве только на телегах. В другое время такой порядок изрядно бы удивил посланца, сейчас же ему просто было не до пустяков.

Подъём занял около получаса и оказался довольно утомительным. И это несмотря на ступени, вырубленные кем-то в довольно крутом склоне. Пару раз Зехван останавливался, чтобы перевести дух, и во время этих остановок изучал открывающийся с высоты вид. Прежде всего в глаза бросился ещё один лагерь, раскинувшийся примерно в двух полётах стрелы от армейского. Вокруг него не было частокола, палатки стояли вперемешку с шатрами и даже шалашами как-то бестолково, россыпью. А ещё выглядел второй лагерь странно пустынным, как будто его обитатели то ли разошлись кто куда, то ли попрятались. Внимание привлекла группа шатров, расположенных несколько наособицу: шесть из них окружали седьмой, над которым слабо колыхалось под ветром нечто, похожее издали на храмовый штандарт. Дыхание, которое начало было выравниваться, тут же опять сбилось: это что получается, святейший там?! Но почему?!

Забыв об усталости, Зехван чуть ли не бегом направился к вершине.

- …крошка с клеем.

- Что? - Зехван с трудом оторвался от созерцания колдовской фигуры, нарисованной чем-то белым на серой глине.

- Я говорю, - невысокий толстячок в поношенной рясе чуть повысил голос, - что это мраморная крошка с клеем. Когда высохнет, её ни одному ливню не размыть. А вам, брат, не стоит так долго смотреть на пентаграмму - можете не вернуться.

- Простите, досточтимый брат, - посланец уважительно склонил голову, - что значит не вернуться?

- Тело останется, а душа улетит… м-м-м… куда-нибудь. Хотя странно, - буркнул досточтимый себе под нос, - я думал, ваша устойчивость намного выше. Н-да. Или это усталость сказывается? Всё же долгое путешествие, опасности, да тут ещё и новости, - он ухватил себя левой рукой за подбородок и почесал пальцем щеку. - Хотя какая разница? М-м-м… Вы что-то хотели мне сообщить, брат Зехван?

Маг развернулся и не торопясь направился в обход чертежа, внимательно вглядываясь в идущие по кругу непонятные значки. Демонстративно почтительно держась чуть позади, Зехван шагал следом, не зная, с чего начать. Приставать с вопросами, выясняя обстановку, было невежливо, сразу требовать пропуска к святейшему… Врождённая осторожность начинала выть в голос при одной только мысли об этом. В конце концов, стараясь, чтобы голос звучал как можно более нейтрально, посланец начал:

- Досточтимый брат, мне необходимо доложить святейшему о выполнении поручения.

- Докладывайте, - не останавливаясь и не оборачиваясь, Римзо махнул рукой в сторону видневшегося вдали Дрегса. - Вас пропустят. Но только туда. А вот обратно - не обессудьте.

- Досточтимый брат?

- Не выпустят вас обратно. Слишком велик риск, что вы притащите с собой заразу.

- Простите, досточтимый брат, - теперь в голосе Зехвана звучало искреннее недоумение, - я не понимаю. По пути сюда я слышал разные разговоры и видел, как расстреливают ворон, но что за зараза и почему все так её боятся?

- Не понимаете, - хмыкнул толстяк. - Я бы сказал, не знаете. Потому что… - он неожиданно остановился, присел, проколол извлечённым из широкого рукава небольшим кривым ножом палец и выдавил несколько капель крови на один из знаков. Потом продолжил, вставая: - Потому что понимать тут нечего. Дёргали дракона за хвост и додёргались. Чудовище проснулось.

- Досточтимый брат, вы говорите о Неправедном? - на всякий случай уточнил посланец и споткнулся на ровном месте, наткнувшись на взгляд внезапно обернувшегося мага.

Некоторое время толстяк над чем-то размышлял, потом с сожалением покачал головой и принялся объяснять:

- Как вам должно быть известно, брат, по ту сторону хребта тоже есть люди. И они не веруют в Справедливого. Соответственно, не подчиняются нашим досточтимым, досточтимейшим и святейшему. Что их, я говорю о досточтимых и так далее, совсем не устраивает. И потому эти досточтимые попытались распространить своё влияние за хребет. Вы, брат, можете об этом не знать, поскольку было это довольно давно, но вот о последовавшем ответе должны были слышать, - Римзо отвернулся и опять двинулся вокруг чертежа, не переставая рассказывать. - Я говорю о нашествии нежити, случившемся несколько десятилетий назад.

Зехван машинально кивнул: действительно, он об этом слышал. В его родной обители эту историю рассказывали всем послушникам, преподнося её, как пример коварства язычников и их неразборчивости в средствах. Правда, причины называли совсем другие - зависть, ненависть к служителям истинного бога, страх перед Его могуществом…

- Собственно, это был просто щелчок по носу, - между тем продолжал толстяк. Похоже, реакция собеседника его совсем не интересовала. - Не столько больно, сколько обидно. Нам просто указали наше место и погрозили пальцем. Не более.

- А нежить?! - не выдержал Зехван.

- А что нежить? - переспросил досточтимый.

- Она же людей ела!

- Главным образом простецов. Конечно, пришлось повозиться, отлавливая её и упокаивая, однако в конечном итоге это послужило укреплению веры и позволило братьям-паладинам показать себя во всей красе. Да и, строго говоря, ела нежить только тех, кто не догадался от неё убежать. Слабенькая тогда была нежить. Несерьёзная, я бы сказал. Н-да. На чём я… А! Так вот. Преподнесённый урок пропал втуне. Наши досточтимые, вместо того чтобы обратить своё внимание куда-нибудь ещё, стали посылать за хребет карателей с приказом уничтожить некромантов. И допосылались. Этим самым некромантам надоело, что их пытаются прикончить, и они ответили. И результаты этого ответа вы, брат, можете увидеть вон там, - взмахом руки толстяк указал на видимые с вершины холма стены города.

- Тоже нежить? - на всякий случай уточнил посланец, который так и не понял, в чём именно состояла опасность в этот раз.

- Тоже нежить, - согласно кивнул Римзо, - но значительно более опасная. Представьте, что вы зарубили какого-нибудь поднявшегося покойника, но он успел вас оцарапать… Представили? Как вы думаете, что с вами станет через некоторое время? А? Ничего страшного. Разве что царапины загноятся. А вот если вас оцарапает здешний покойник… - маг помолчал. - Хуже всего другое. Вы начнёте распространять заразу, ещё будучи живым. И вам вовсе не обязательно будет кого-то царапать или кусать. Достаточно просто забрызгать слюной, - он развернулся, всё так же неторопливо подошёл к установленной возле шатра длинной скамье с резной спинкой, опустился на неё и кивнул Зехвану на место рядом с собой: - Присаживайтесь, брат. Передохните.

Стоило посланцу сесть, как вынырнувший откуда-то молодой брат принёс им по кружке горячего ягодного отвара и тут же исчез.

- Мы с трудом научились определять тех, кто готов вот-вот превратиться в нежить, - пробормотал толстяк, сделав глоток исходящего паром напитка. - Но беда в том, что распространять заразу несчастные начинают ещё до этого. А ещё, мы так и не научились снимать это… Даже не проклятие, нет. С проклятиями мы как раз бороться умеем…