Вторая кожа - ван Ластбадер Эрик - Страница 107

Николас вошел в узкую кухню, блестевшую нержавеющей сталью, и, не обращая внимания на недоуменные вопросы поваров, тщательно осмотрел помещение. Никакого другого выхода не обнаружил — это был тупик. Вернувшись в кофейню, он еще раз внимательно огляделся. Ни Акинаги, ни Джи Чи здесь не было, зато на глаза ему попался знакомый нихонин. Николас подошел к столику, придвинул свободный стул и уселся рядом с парнем и его друзьями.

Кава бросил на него ленивый взгляд.

— Привет, — сказал он и крепко, подражая американским рокерам, пожал протянутую Линнером руку. Его белые как снег волосы выглядели жутковато в приглушенном свете.

Кивнув в сторону крошечной сцены, Николас спросил:

— И тебе нравится эта бодяга?

— А что, годится, — отозвался Кава, и его друзья за столом захихикали. Он пожал плечами. — В данный момент это то, что мне нужно.

Придвинувшись к Каве поближе, Николас ощутил запах винного перегара и подумал: «Интересно, принимает ли он наркотики?»

— Ты случайно не видел здесь двух убегавших мужчин? — Он вкратце описал Акинагу и Джи Чи.

В глазах парня промелькнул интерес.

— Охотишься? — спросил он в своей странной манере сокращать фразы до стенографического минимума.

Получив утвердительный ответ от Николаса, он стал перешептываться со своими дружками. Наконец сказал:

— Ребята ничего не видели, спроси у Майи. Но вряд ли она что-нибудь соображает...

Николас повернулся к японке с выкрашенными под блондинку волосами и лихорадочным блеском в глазах. Пожалуй, Кава был прав — если она что-то и заметила, то это прошло мимо ее застывшего в наркотическом сне сознания.

— Не переживай, — подмигнул Кава Николасу. — Если эти двое, которых ты ищешь, действительно были здесь, то я, кажется, знаю, куда они могли подеваться.

— Покажи!

Линнер пошел вслед за Кавой на кухню, где остро пахло свежесваренным кофе, лимонами и горячим молоком. Кофеварочный аппарат шипел, как змеиное гнездо. Позади вонючего туалета было место, использовавшееся для складирования пластиковых пакетов с мусором и отходами. Дальше была глухая стена.

Однако Николас увидел, что ни один из пакетов не был прислонен к этой стене. Кава подошел к ней и нажал на скрытую кнопку. Бесшумно отодвинувшаяся панель открыла взору маленький лифт.

Какое-то время Николас молча смотрел на эту картину, как если бы увидел кобру с раздутым капюшоном.

— На нем можно спуститься на улицу?

— Нет, этот лифт поднимается вверх, в ресторан.

— Ты знаешь, как он называется? — спросил Николас, предугадывая ответ.

— Конечно, — кивнул Кава. — «Пул Марин».

Это был ресторан, в который вели все нити. В нем работали Хоннико и Джи Чи, выполняя задание Майкла Леонфорте.

— Как ты думаешь, управляющий этого заведения здесь?

— Я видел его какое-то время назад, — ответил парень, — кажется, он собирался уходить. Впрочем, обожди, я посмотрю.

Кава скрылся в облаке пара, выпущенном кофеварочной машиной, и через минуту вернулся, ведя за собой лысеющего человечка небольшого роста с остренькой мордочкой и хитрыми глазками.

— Это Сута-сан, — сказал нихонин, и человечек поклонился.

Николас, отвесив ответный поклон, достал удостоверение Танаки Джина, опередив Каву, который уже собирался представить его управляющему, и заметил, как при виде этого документа в глазах нихонина мелькнуло неподдельное удивление. Однако он ничем его не выдал.

— Чем могу помочь? — поинтересовался Сута-сан.

— Прокуратура расследует в настоящее время дело о серийном убийстве, — сказал Линнер, и в его словах была доля истины. — Следствие привело к этому зданию. Не могли бы вы сказать, кто является его владельцем?

Сута потер ладони, явно довольный тем, что каким-то образом принимает участие в проведении расследования.

— Во-первых, это комплекс зданий — три отдельных сооружения, соединенных между собой сетью очень старых подземных ходов, во всяком случае, мне так рассказывали.

Его маленькие ручки двигались так, как будто он их все время мыл. Николас ждал, что управляющий сейчас назовет в качестве владельца зданий какую-нибудь корпорацию, за названием которой стоит Тецуо Акинага.

— Этим комплексом зданий, — продолжал Сута, — около десяти лет владела корпорация «Стернголд». А недавно комплекс купила компания под названием «Тенки».

У Николаса голова пошла кругом. Хозяином корпорации «Стернголд» был Родни Куртц, германский промышленник, которого Мик сделал жертвой своего ритуального убийства. А «Тенки» была собственной компанией Майкла.

— Так что же «Стернголд» скупила все три здания? — спросил Линнер.

— Когда хозяином стала корпорация «Стернголд», эти три здания уже продавались как одно целое.

— Могу я спросить, как вам все это стало известно?

Сута кивнул лысеющей головой:

— Мой отец основал небольшую риэлтерскую фирму, которой я сейчас владею. — Он сделал красноречивый жест: — А этот клуб — просто мое хобби. Несколько лет назад у меня умерла жена, а я привык, чтобы моя жизнь была наполненной.

— Значит, куплей-продажей занималась ваша фирма?

— Да, — ответил Сута, кланяясь.

Мозг Николаса лихорадочно работал.

— Так у кого же «Стернголд» перекупила эти здания?

Сута неловко переминался с ноги на ногу.

— Я бы не хотел об этом говорить.

Это было интересно, и Николас спросил:

— Почему? От прокуратуры у вас не должно быть секретов.

— А у меня их и нет. Однако я не хотел бы задевать личные интересы частных лиц...

— Так весь комплекс принадлежал частному лицу?

Сута кивнул:

— Да, давно, еще до войны, этот комплекс принадлежал Оками-сан.

Николасу показалось, что его ударили в солнечное сплетение. Переведя дух, он уточнил:

— Микио Оками, оябуну якудзы?

— Нет, — ответил Сута, — его сестре, Кисоко. Час от часу не легче!

— Так вы хотите сказать, что комплекс был продан семьей?

— Нет, — снова возразил Сута, — сделка заключалась от имени Кисоко Оками.

Николас был не на шутку озадачен. Что могло быть общего между Родни Куртцем и Миком Леонфорте и Кисоко Оками? На этот вопрос он никак не мог найти ответа. Внезапно все его стройные гипотезы разлетелись в пух и прах. Еще пять минут назад реальность казалась совершенно иной. Линнер почувствовал, что Сута выжидательно смотрит на него, и поклонился.

— Вы оказали нам большую помощь, Сута-сан, — сказал он официальным тоном. — Я обязательно отмечу это в своем отчете.

На лице Суты появилось выражение облегчения. После бесконечных поклонов он наконец вышел из кухни, оставив Николаса и Каву у закрытой двери к лифту.

— Охота становится все интереснее, — ухмыльнулся парень, и Николас заметил в его глазах искру любопытства.

— Похоже, что так.

Кава наклонил голову.

— Ты поедешь наверх? — Он имел в виду ресторан «Пул Марин».

— У меня нет выбора. — Николас протянул руку и нажал на кнопку вызова. Тут же послышался глухой звук механизма, плавно опускавшего кабину лифта.

Линнер вошел в темную кабину. Пахло женскими горьковато-сладкими духами и дорогим мужским одеколоном. Освещение кабины не работало. Лифт стал подниматься вверх, хотя Николас не успел еще нажать ни на одну из кнопок. «Интересно, произошло ли это автоматически?» — подумал он и вдруг почувствовал легкое дуновение воздуха у своей щеки. Что это, вентиляция? Вряд ли она имелась в столь узкой шахте совсем небольшого лифта. Линнер почувствовал, что теряет равновесие.

Неужели опять Кшира? Вряд ли. Пчелы в мозгу молчали. Николас все же почувствовал странную слабость во всем теле. Последнее, что промелькнуло в его голове, прежде чем он потерял сознание, было слово «газ». Линнер провалился в бездонную тьму.

Вест-Палм-Бич — Токио

Чезаре отпихнул груду мусора, ила, песка и гниющих листьев от выхода из подземелья, который находился у причала частных судов на озере, выбрался наружу, отряхнул с себя пыль и грязь, затем помог Веспер сделать то же самое.