В пасти Джарлака - Харькин Борис - Страница 34

– Именно.

– А раньше никак? – спросил Васян.

– Портал – это природный механизм, которым мы еще не научились управлять, – с грустью признался Кока. – Все зависит от расположения небесных светил.

– Так что, все дело во вшивой астрологии? – фыркнул Стольник.

Ботаник аж икнул от такого пренебрежения:

– Как можно называть величайшую из наук – вшивой?! Все-таки вы еще сильно отстаете в развитии… Да будет вам известно, что во вселенной все взаимосвязано и на открытие портала влияют миллионы факторов.

Василий указал на суперкомпьютер:

– А как эта твоя штука работает?

– Ты имеешь в виду, как навигатор рассчитывает расписание «окон»? Элементарно. Прибор фиксирует точку схождения векторов…

– Блин, я думал, ты на русском объяснишь, а не на суахили… Он хоть точно рассчитывает?

– Не совсем… Погрешность до трех миллисекунд.

– Знаешь, такая погрешность нас не смущает. Значит, раньше чем через два месяца мы домой не попадем?

– Ничего, – сказал я. – Как раз успеем найти Жорика.

Васян почесал лоб и растерянно произнес:

– Постой… получается, что с толкиенистами мы пролетаем. Жаль, Трор Густобород и компания нам бы очень пригодились, чтобы с гномами перетереть. Теперь придется выручать Пухлого самим.

– Попробуй уговорить сэнсэя с нами пойти. Он все-таки маг авторитетный.

Кока смотрел непонимающе, пришлось ввести его в курс дела.

– Сэнсэй, куда вы теперь? Домой? – спросил Васян.

– Теперь у нас нету дома. Если ельпы, засранцы, не спалили, то засаду там точно устроили. Уж очень они осерчали на то, что я их вокруг пальца обвел. Придется мне пока у старины Убарга пожить в Гадюшнике. Да и отваром его еще отпаивать надобно.

– Сэнсэй, пойдемте с нами, пожалуйста. С вашей помощью будет проще убедить гномов.

Мерриор задумался, погладил бороду.

Васян подкупающе улыбнулся и сказал:

– А заодно будете меня по дороге учить…

– Ладно, уговорил, неуч. Сходим к гнумам.

– Ура!

Вот и отлично! С волшебником не пропадем. А раз он идет, значит, и Ника тоже. И Убарг – потому что он еще не долечился. Ну и Ариэль – куда ей еще? Остается уговорить Зяббу и Коку. Нам – чем больше народа, тем весомее.

– Зябба, ты как? С нами? – спросил я.

– Я ваш должник! – рявкнул орк.

– Ну а ты, Кока, куда собираешься?

– Мне все равно, куда идти, мне тут все интересно. К гномам, так к гномам.

Здорово! Этого типа надо еще о многом расспросить.

Итак, подытожим: с нами Зябба, он теперь за мной в огонь и в воду. Мерриор с внучкой и с козой на поводке, куда ж без них! Убарг, Ариэль. И гражданин Первой параллели, путешественник Кока. Вот такая делегация.

«Гнумы» не устоят!

Впереди высились покрытые снегом вершины.

Три дня мы шли на восток. Вел Мерриор. Несколько раз он останавливал отряд, а потом мы сворачивали с тропы, чтобы обойти эльфийскую засаду. Хорошо, когда есть волшебник! Можно и вахты на ночь не выставлять, и не бояться костер разводить. Если что, старик ушастых за километр учует.

Ариэль готовила еду из раздобытых Зяббой куропаток и зайцев. Иногда Ника помогала орку охотиться.

К утру третьего дня дорога стала подниматься в гору. Лес постепенно редел, на пути попадались огромные валуны, которые приходилось обходить. Деревья тут росли раскидистые, но не такие высоченные, как в чаще, где им, чтобы выжить, необходимо тянуться к солнцу. В изумрудной листве беззаботно чирикали птицы.

Вскоре местность вздыбилась холмами, стали попадаться уже не отдельные валуны, а целые скальные массивы, поросшие бурым мхом. Вдали виднелась непреодолимая стена.

Хребет Мира!

Острые верхушки пиков, покрытые снежными шапками, искрились в лучах солнца.

К вечеру мы будем на месте.

Всю дорогу Мерриор отпаивал Пришибленного отварами, и тот явно шел на поправку. Он наконец забыл про свои «бу», «гы» и тому подобные реплики. Теперь орк изъяснялся предложениями из двух-трех слов, а это уже очевидный прогресс. Зябба даже как-то заметил, что Пришибленный стал настоящим орком, не то что раньше – до полета.

Иногда во время привалов волшебник отводил Васяна в сторонку и что-то упорно втолковывал. Или же засыпал вопросами, проверяя знания, после чего частенько награждал нерадивого ученика подзатыльником. Когда я пытался узнать у друга, как продвигается обучение, он неохотно отвечал, что занятия магией требуют упорного труда, а за короткие привалы много не выучишь.

Пока Мерриор занимался со Стольником, Зябба учил меня фехтовать на деревянных мечах и сражаться без оных. Не могу сказать, что я был от этого в восторге. Разбитый нос или фингал под глазом на уроках Зяббы считались мелочью. Хорошо, что привалы устраивали не так часто.

А Ариэль с Никой, похоже, снюхались. Они постоянно шушукались и хихикали. По-моему, нас с Васяном обсуждали. Ну и пускай секретничают. У нас нашлись дела поинтереснее, чем прислушиваться к их шепоту. Когда Мерриор с Зяббой оставляли нас в покое, мы наседали на Коку. Василий даже на время забыл об Ариэль, настолько мы увлеклись расспросами жителя Земли Первой параллели.

Кока рассказывал с энтузиазмом, он оказался общительным и дружелюбным. Лишь иногда у него проскальзывало чувство превосходства. Как же, ведь он гражданин Первой параллели – самого высокоразвитого мира из всех открытых, включая и перпендикулярные.

Васяна это нервировало, а мне было пофиг. Я же не переживаю из-за того, что японцы опережают нас в технологиях. Всему свое время, и мы себя покажем.

Еще раздражал Кокин ботановский диалект. Если закрыть глаза, то можно подумать, что разговариваешь не с восемнадцатилетним пацаном, а с умудренным годами профессором. Или со сверхтехнологичным компьютером. Васян даже как-то предположил, что мы общаемся с навороченным роботом.

Оказывается, в Кокином мире к власти пришли Гринпис и ВКУ – Всемирная Коалиция Ученых. Земле Первой параллели не зря присвоили класс безопасности «А» – про войны там забыли, что такое нищета и голод тоже помнили только по старым книгам и фильмам. Нации настолько перемешались, что теперь осталась только одна – гражданин Земли Первой параллели. Языком был всеобщий, который сформировался в основном из английского. Только из него поубирали все лишние правила, чем значительно упростили.

– Кстати, о языках, – спросил Васян, – как так получилось, что мы тут все друг друга понимаем?

– Ученые до сих пор ломают головы над этим феноменом. Между прочим, вы можете говорить здесь на любом языке своей Земли, хоть на английском, хоть на русском, хоть на эсперанто, а здешние жители все равно будут вас понимать и даже разницы не заметят.

– Сейчас проверим, – хмыкнул Стольник. – Эй, Зябба, kiss my ass!

– Че ты провякал, шибздик?! Я щас твой зад вот этим «поцелую»! – Зябба показал топор.

– Э-э-э… I’m sorry! Извини, не то хотел сказать.

– Смотри у меня, сопляк! Если б я не был вашим должником, если б вы меня из эльфийской ямы не вытащили, я тебе рыло бы начистил!

– Прости, прости, вырвалось…

– Еще раз вырвется, я тебе язык вырву, усек?!

– Да, да… – Васян повернулся к Коке. – Точно. Работает. Как же так получается?

– Это одно из многочисленных свойств портала. Одно из многочисленных непонятных свойств. Видите ли, работа портала до сих пор до конца не изучена и во многом парадоксальна!

– Вы его еще толком не изучили, а уже им пользуетесь?!

– Многие физические законы поняты не до конца, но люди пользуются ими с древних времен. А что касается портала, его изучают круглосуточно столько наших лучших умов, что вы и представить себе не можете! Знали бы вы, сколько подопытных мышей прошло через эти порталы.

– А откуда они вообще взялись? – спросил я.

– Мыши?

– Порталы!

– Есть гипотеза, что их создали ученые из будущего – из какой-нибудь параллели, доступ в которую закрыт. Вероятно, они пытались построить дверь между мирами, и им это удалось. Но теперь они ею не пользуются. По каким причинам – неизвестно. Также есть гипотеза, что порталы – ошибка мироздания.