Манускрипт всевластия - Харкнесс Дебора - Страница 109

Сара приняла от него стакан.

— Мог бы ты убить своего сына, если бы он угрожал Диане?

— Не колеблясь, — кивнул Мэтью.

— Вот и он так сказал. — Сара кивнула на Маркуса. — Ему тоже дай выпить: легко ли знать, что твой отец способен убить тебя?

Мэтью налил Маркусу виски, Мириам — вина. Заплаканная, не похожая на себя Эм получила от меня кофе с молоком.

— Не знаю уж, как я с этим справлюсь, Диана, — прошептала она. — Маркус рассказал нам, что замышляли Джиллиан с Питером Ноксом, но как подумаешь о Барбаре Чемберлен, потерявшей дочь…

— Джиллиан Чемберлен была слишком честолюбива, Эмили, — сказал Мэтью. — Ей хотелось одного: заседать в Конгрегации.

— За это не убивают.

— Она свято верила в апартеид вампиров и чародеев — и Конгрегация, так и не добившаяся признаний от Стивена Проктора, поручила ей следить за Дианой. Она не успокоилась бы, не отдав Диану вместе с «Ашмолом-782» в руки девятерых.

— Из-за какой-то фотографии… — лепетала, вытирая глаза, Эм.

— Это была угроза. Я всего лишь дал понять, что не намерен стоять в стороне.

— Но Диану потом все равно похитили!

— Хватит тебе, Эм. — Я накрыла ее руку своей.

— Так что там насчет детей? — взмахнула стаканом Сара. — Неужели вы двое пойдете на такой риск?

— Хватит, — повторила я, стукнув рукой по столу. Все, кроме Мэтью и бабушки, подскочили от неожиданности. — Воевать так воевать. Не за рукопись, не за меня, не за наше с Мэтью право иметь семью, а за общее будущее иных. — На миг я увидела это будущее в виде тысячи ярких нитей, разбегающихся в разные стороны. — Эволюцию продолжат дети от смешанных браков — не наши, так еще чьи-нибудь. Никакое виски не поможет мне уснуть и выбросить все это из головы, и никому больше не придется проходить через весь этот ад из-за любви к тому, кого любить запрещается. Я этого не позволю.

Молодец, улыбнулась мне бабушка. Вот слова настоящей Бишоп.

— Мы никого не вербуем в свою армию, но знайте, что полководец в ней один — Мэтью. Не нравится — не записывайтесь.

Часы в холле начали бить полночь.

Колдовской час, кивнула бабушка.

— Ну что, милая? — сказала Сара, глядя на Эм. — Вступим вместе с Дианой в армию Мэтью, или ну ее к черту?

— Не понимаю, что вы все имеете в виду, говоря о войне. Мы будем сражаться в буквальном смысле? Вампиры и чародеи явятся сюда, к нам? — Голос Эм дрожал.

— Конгрегация полагает, что Диана может ответить на все их вопросы. Они не перестанут ее искать.

— Но нам с Мэтью не обязательно здесь оставаться, — заметила я. — Мы можем уехать прямо сейчас, еще до утра.

— Мать всегда говорила: свяжешься с Бишопами — света не взвидишь, — с проблеском улыбки сказала Эм.

— Спасибо, Эм, — только и сказала Сара, хотя лицо ее говорило о многом.

Часы пробили в последний раз и временно угомонились.

— А ты, Мириам? — спросил Мэтью. — Останешься или вернешься в Оксфорд?

— Мое место рядом с де Клермонами.

— Диана теперь тоже носит эту фамилию, — ледяным тоном заметил он.

— Да, Мэтью, я понимаю. Больше такого не повторится.

— Странно, — пробормотал Маркус. — Сначала у нас появилась общая тайна, потом мы дали присягу. Три ведьмы, три вампира — добавить еще трех демонов, и будет теневая Конгрегация.

— Вряд ли мы найдем в Мэдисоне трех демонов, — сухо ответил Мэтью. — И все, о чем мы говорили сегодня, останется между нами, понятно? Больше о ДНК Дианы никто знать не должен.

Все закивали: сборная армия Мэтью строилась, готовясь сразиться с неведомым, безымянным врагом.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи и поднялись наверх. Мэтью, обнимая меня одной рукой, безошибочно проделал все нужные повороты. Я скользнула между двух ледяных простыней и перестала стучать зубами, лишь прижавшись к холодному Мэтью.

Спала я крепко и проснулась только раз за всю ночь. Мэтью, поблескивая глазами, лежал чуть поодаль.

— Спи, я тут, — сказал он, поцеловав меня за ухом. Руку он держал на моем животе, словно оберегая еще не зачатое нами дитя.

ГЛАВА 37

Назавтра наша маленькая армия вписала в свой устав первое правило: союзники союзников не едят.

Как ни трудно было тетушкам принимать вампиров у себя в доме, труднее всего приходилось как раз вампирам. Главная проблема заключалась не в привидениях и не в кошке; чтобы жить с теплокровными в одном доме, им требовалось что-то посущественнее орехов. В первый же день Маркус и Мириам, переговорив на аллее с Мэтью, съездили куда-то в «рейнджровере» и привезли маленький холодильник с красным крестом. Крови и медикаментов внутри хватило бы на полевой госпиталь; Сара по просьбе Мэтью выделила в буфетной уголок под банк крови.

— Это так, на всякий случай, — заверил он.

— Если у Мириам аппетит пробудится? — уточнила Сара, взвешивая на руке пакет с кровью первой отрицательной группы.

— Я ела перед отъездом из Англии, — чопорно заметила та и стала раскладывать припасы, ступая крохотными босыми ножками по каменным плитам.

Кроме всего прочего, они привезли противозачаточные таблетки в противной желтой коробочке с выдавленным на крышке цветком.

— Можешь начать прямо сейчас или подождать до менструации — она у тебя уже скоро.

— Почем ты знаешь, что скоро? — Мой предыдущий цикл закончился перед самым Мейбоном, до нашей встречи.

— Я знаю, когда ты собираешься перескочить через изгородь — что уж там говорить о скором кровотечении.

— А тебе можно быть рядом, когда я менструирую? — спросила я, держа коробочку осторожно, как бомбу.

— Dieu, Диана, — удивленно хохотнул он. — Будь у меня с этим проблемы, на свете бы ни единой женщины не осталось. Это не одно и то же, поверь мне.

Таблетки я начала принимать в ту же ночь.

Когда мы немного привыкли к совместному существованию, я стала замечать, что не далее чем в десяти футах от меня всегда находится один из вампиров. Они охраняли меня, как положено в любой стае.

Весь день у меня был расписан, даже ела я по часам — Мэтью говорил, что мне надо как следует поправиться после Ла Пьера. Между завтраком и ленчем мы с ним занимались йогой, после ленча Сара и Эм обучали меня заклинаниям. Видя, что у меня ничего не получается и я начинаю беситься, Мэтью уводил меня на прогулку. На обед в семейную комнату сходились все обитатели дома. Когда теплокровные заканчивали с едой, мы еще долго сидели за столом, обсуждая текущие события и старые фильмы. Маркус откопал где-то шахматы и играл с отцом, пока мы с Эм убирали посуду, Сара, Маркус и Мириам любили фильмы в жанре нуар, которые мы теперь в основном и смотрели. Счастливое совпадение обнаружилось, когда страдающая бессонницей Сара сошла среди ночи вниз и застала двух вампиров за просмотром «Из прошлого».[72] Помимо этого, их троих объединяла любовь к попкорну и скрэблу. Все остальное семейство, встав поутру, обнаруживало на кофейном столике доску, надбитую миску с буквами и два потрепанных словаря.

Лучшим игроком оказалась Мириам, знаток длинных архаических слов.

— Что за «артикуляция»? — бушевала Сара. — «Артикул» я еще понимаю.

— Это значит «механизм внятного произношения», — защищалась Мириам. — Посмотри сама, если не веришь.

Сара, ворча, удалялась на кухню готовить кофе.

— Ну, и кто выиграл? — спрашивала я.

— Могла бы и не спрашивать, — довольно улыбалась вампирша.

В свободное от скрэбла и кино время Мириам вела курс вампироведения. Эм уже многое знала о значении вампирских имен, законах стаи, ритуалах, сверхъестественно острых чувствах и режиме питания. Пора было переходить к более сложным темам — например, как убить вампира.

— Перерезанное горло тоже не дает результата, — втолковывала Мириам своей ученице (они с Эм сидели в семейной, я готовила чай на кухне). — Для массивной кровопотери нужно вскрыть еще и паховую артерию.