Манускрипт всевластия - Харкнесс Дебора - Страница 13

— Спасибо, Шон, — прозвучал из его глубины баритон Клермонта.

С одной стороны, хорошо, что мне не придется сидеть с вампиром в одном помещении. С другой, я не смогу ни выйти, ни заказать книгу без его ведома. К тому же сегодня он явился с помощницей: миниатюрная девушка в коричневом свитере до колен раскладывала бумаги и папки во второй нише.

Она обернулась, и я с удивлением отметила, что это вполне взрослая женщина. Глаза, черные с янтарем, прожигали холодом.

Этому сопутствовали вторичные признаки: прозрачная кожа и ненатурально густые, блестящие волосы. Локоны обрамляли ее лицо, вились по плечам. Сделав шаг в мою сторону и даже не пытаясь скрыть своей вампирической грации, она уничтожила меня взглядом. Ее явно привели сюда против воли, и она винила во всем меня.

— Мириам… — Клермонт вышел в проход, вежливо улыбнулся и расчесал пальцами волосы, отчего они легли еще красивее. — Доброе утро, доктор Бишоп.

Я пригладила собственную прическу, заправила за ухо выбившуюся прядь.

— Доброе утро, профессор Клермонт. Снова здесь, как я вижу.

— Да, но не в Селден-Энде. Нас любезно устроили здесь, где мы никого беспокоить не будем.

Вампирша сердито водрузила очередную стопку поверх всего прочего.

— Позвольте представить мою коллегу, доктора Мириам Шепард. Мириам — доктор Диана Бишоп.

— Доктор Бишоп. — Мириам протянула мне руку. Пожав ее, я вздрогнула от контраста между ее маленькими ледяными пальцами и своими, большими и теплыми. Она сдавила меня, как в тисках — получив наконец свою руку обратно, я с трудом поборола желание ею потрясти.

— Доктор Шепард. — Настал неловкий момент. О чем, собственно, принято спрашивать утром вампира? Я ограничилась чисто человеческой банальностью: — Ну что ж, пора за работу?

— Успешного вам дня. — Клермонт держался ничуть не теплее Мириам.

Рядом возник мистер Джонсон с небольшой стопочкой моих папок.

— Возвращаем вас на А4, доктор Бишоп, — радостно сообщил он. — Сейчас отнесу.

Широкие плечи Клермонта загораживали от меня его стол. Так и не рассмотрев, есть ли там какие-нибудь переплетенные рукописи, я отправилась в свой Селден-Энд.

Клермонт больше не сидел наискосок от меня, но я, вынимая карандаши и включая компьютер, все равно ощущала его присутствие. Усевшись спиной к пустой комнате, я взяла верхнюю папку, достала книгу в кожаном переплете, положила в лоток.

Привычная рутина чтения и заметок захватила меня целиком — с первой книгой я покончила быстро. На часах не было еще и одиннадцати — я решила посмотреть до ленча еще одну рукопись.

Следующая была тоньше первой, но в ней имелись интересные зарисовки алхимической аппаратуры и обрывочные рецепты, нечто среднее между поваренной книгой и пособием для отравителя. «Нагревайте вашу колбу с ртутью на огне в течение трех часов, — гласила одна инструкция, — при соединении же ее с Философским Младенцем снимите и предоставьте ей разлагаться, пока ее не унесет Черный Ворон». Мои пальцы, набирая скорость, порхали по клавишам ноутбука.

Я думала, что сегодня меня снова будут пожирать глазами разного рода нелюди — но вот уж час пробило, а я по-прежнему сидела в Селден-Энде почти одна. Единственным другим читателем был аспирант в бело-красно-синем шарфе Кебл-колледжа. Вперив взгляд в свои материалы, он довольно шумно грыз ногти.

Заполнив два новых бланка и упаковав рукописи, я, довольная утренними достижениями, вышла на ленч. Джиллиан Чемберлен злобно глянула на меня с довольно неудобного места под старинными часами, две вчерашние вампирши вогнали в кожу ледяные иголки, демон из музыкального зала привел с собой двух других. Все трое потрошили аппарат для чтения микрофильмов, на полу валялась размотавшаяся пленка.

Клермонт с ассистенткой сидели на прежних местах, у выдачи. Вчера он заявлял, что нечисть притягиваю я, а не он, но сегодняшняя картина доказывала обратное.

Сдавая рукописи, я изо всех сил притворялась, будто не замечаю его холодного взгляда.

— С этими все? — спросил Шон.

— Да. Там на столе еще две. Если можно взять еще эти, будет совсем хорошо. — Я подала ему бланки. — Не хочешь пойти на ленч?

— Валери пошла — придется посидеть тут, к сожалению.

— Ну ничего, в другой раз.

— Перерыв на обед, Мириам, — тихо сказал Клермонт у меня за спиной.

— Я не хочу, — ответила она мелодичным сопрано с гневными нотками.

— Вам полезно будет пройтись по свежему воздуху, — непререкаемым тоном настоял он.

Мириам шумно вздохнула, швырнула на стол карандаш и отправилась вслед за мной.

Днем я всегда перекусывала в кафе на втором этаже книжного магазина. Я улыбалась при мысли, что Мириам все эти двадцать минут придется торчать у Блэкуэлла среди закупающих открытки туристов, оксфордских путеводителей и детективных романов.

Взяв сандвич с чаем, я втиснулась в дальний угол переполненного кафе между смутно знакомым историком, читавшим газету, и студентом, занимавшимся попеременно МР3-плеером, мобильником и компьютером.

С чашкой в руках я выглянула в окно. Демон-читатель, которого я не знала, болтался у библиотечных ворот, глядя на окна кафе.

Ощутив на скулах поцелуйное прикосновение, я увидела перед собой другого демона — женщину с красивым, но ассиметричным лицом. Рот слишком велик, громадные шоколадные глаза посажены слишком близко, волосы слишком светлые для медового цвета кожи.

— Доктор Бишоп?

От ее австралийского акцента у меня по спине прошел холодок.

— Да, — ответила я шепотом, глядя на лестницу. Мириам не показывалась. — Диана Бишоп.

— Агата Уилсон, — улыбнулась она. — Ваша приятельница внизу обо мне не знает.

Что за старомодное имя для женщины всего десятью годами старше меня? И знакомое — мне оно, кажется, встречалось в одном бутике.

— Можно присесть? — Она кивнула на только что освободившееся место, откуда ушел историк.

— Да, конечно, — промямлила я. В понедельник вампир, во вторник колдун, пытающийся забраться мне в голову, среда начинает проявлять себя как день демона.

Они гоняются за мной по всему колледжу, а я о них знаю еще меньше, чем о вампирах. Их мало кто понимает: Сара на мои расспросы всегда отвечала невразумительно. Демоны у нее выглядели какой-то криминальной прослойкой. Избыток ума и творческой активности побуждает их красть, мошенничать, убивать — они знают, что им любое преступление сойдет с рук. Обстоятельства их рождения еще более непостижимы. Невозможно предсказать, где и когда проклюнется новый демон, поскольку они обычно рождаются у людей. Для тетушки это лишь подкрепляло их маргинальное положение в мире нелюдей. Ценя чародейские роды и традиции, она не одобряла подобной непредсказуемости.

Агата Уилсон села, помолчала немного и разразилась потоком слов. С демонами, по словам Сары, разговаривать невозможно — они всегда начинают откуда-то с середины.

— Такая энергия не могла не привлечь нас, — заявила она деловым тоном, словно я задала ей вопрос. — Ведьмы собрались на Мейбон, это прекрасно, но нельзя же быть такими болтливыми. Вампиры слышат все, что говорится поблизости. — Она сделала паузу и добавила: — Мы уже не чаяли увидеть ее еще раз.

— Кого? — прорвалась я.

— Книгу, — конфиденциально сообщила она.

— Книгу, — повторила я тупо.

— Ну да. После всего, что с ней сделали чародеи. — Взгляд Агаты был устремлен куда-то в центр зала. — Вы тоже ведьма, и я, наверно, зря говорю с вами. Но мне кажется, что только вы одна среди них способны понять, как они это сделали. А теперь еще вот. — Она грустно протянула мне газету, оставленную историком.

Заголовок «ВАМПИР В ЛОНДОНЕ» сразу бросился мне в глаза.

«Столичная полиция, — читала я, — не может предложить новых версий относительно двойного убийства в Вестминстере. Тела Дэниела Беннета, 22 лет, и Джейсона Энрайта, 26 лет, были обнаружены ранним воскресным утром позади паба „Белый заяц“ на Сент-Олбан-стрит владельцем паба Регом Скоттом. У обоих жертв рассечены сонные артерии и наличествуют многочисленные мелкие раны на шее, руках и торсе. Смерть, согласно судебно-медицинской экспертизе, произошла от сильной потери крови, хотя на месте преступления следов крови нет.