Манускрипт всевластия - Харкнесс Дебора - Страница 18

— А сегодня там нет занятий?

— Нет. Понедельник, среда, пятница и воскресенье.

— Вот оно что. Как там вообще?

— Затруднительно объяснить — увидите сами, — сказал он, сдерживая улыбку.

К моему удивлению, мы уже подъехали к воротам моего колледжа. Привратник Фред, увидев табличку Рэдклиффа, вышел посмотреть, в чем тут дело.

Клермонт проделал ритуал с дверцей. Я помахала Фреду и протянула вампиру руку.

— Чудесный завтрак. Спасибо за чай и компанию.

— Всегда пожалуйста. Увидимся в библиотеке.

— Машина что надо, — присвистнул Фред. — Это ваш друг, доктор Бишоп? — Знать о гостях как можно больше в целях их безопасности входило в его работу, а любопытство — неотъемлемая черта всех привратников.

— Думаю, да, — задумчиво ответила я.

Поднявшись к себе, я взяла из американских денег десятидолларовую бумажку, положила в конверт — просто так, без письма, — адресовала Крису, написала большими буквами «АЭРО», приклеила марки.

Крис в жизни не даст мне забыть, что выиграл это пари. Гарантия.

ГЛАВА 8

— Эта ваша машина… банально, честное слово. — Волосы, которые я пыталась убрать с лица, трещали и липли к пальцам.

Клермонт непринужденно прислонился к своему «ягуару». Костюм для йоги, опять-таки серый с черным, на вид прямо из магазина, выглядел все же менее фирменно, чем его библиотечные туалеты.

Элегантный вампир у шикарного автомобиля меня почему-то злил. День выдался не так чтобы очень: в библиотеке сломался конвейер, и своих рукописей я дожидалась целую вечность. Доклад пребывал в зачаточном состоянии; я с тревогой посматривала на календарь, воображая, как куча историков будет задавать мне заковыристые вопросы. Октябрь уже на носу, а конференция в ноябре.

— Думаете, мини лучше бы камуфлировала меня? — Он протянул руку за моим ковриком.

— Да нет, собственно… — В осенних сумерках от него так и разило вампиром, но аспиранты и доны[18] проходили мимо как ни в чем не бывало. Если они в упор не видят, кто он такой, то машина и вовсе не имеет значения. Злость продолжала накапливаться во мне.

— Я что-то сделал не так? — Серо-зеленые глаза смотрели невинно. Он открыл дверцу и потянул носом, когда я села в машину.

— Вы что, обнюхиваете меня? — взорвалась я, еще со вчерашнего подозревая, что мое тело снабжает его нужной информацией без моего на то разрешения.

— Не искушайте. — Мои волосы вздыбились на затылке, когда я вдумалась в смысл этих слов. Он захлопнул дверцу, положил в багажник мой коврик для йоги и одним плавным движением сел за руль, впустив внутрь ночной воздух.

— Неважный день? — с деланным сочувствием спросил он.

Я ответила уничтожающим взглядом. Он прекрасно знал, как сложился мой день. Они с Мириам опять торчали в Герцоге Хамфри, преграждая доступ другим сверхъестественным существам. Когда мы с ним ушли переодеться для йоги, Мириам осталась позаботиться, чтобы за нами не увязались демоны или кто-нибудь похуже.

Клермонт включил зажигание и поехал по Вудсток-роуд без дальнейших попыток завязать разговор.

— Куда мы едем? — спросила я подозрительно, видя по сторонам только жилые дома.

— На йогу, — невозмутимо ответил он. — Я бы сказал, что в таком настроении она будет вам весьма кстати.

— И где она, эта йога? — Мы направлялись куда-то в сторону Бленхейма.

— Может быть, вы передумали? — с бесконечным терпением спросил Мэтью. — Отвезти вас в студию на Хай-стрит?

Я содрогнулась, вспомнив о вчерашнем занятии.

— Нет.

— Тогда расслабьтесь. Это не похищение. Разве плохо, когда вами руководит кто-то другой? Притом вас ждет сюрприз.

— Хм. — Из стереосистемы полилось нечто классическое.

— Не думайте ни о чем. Слушайте, — приказал Мэтью. — Напрягаться под Моцарта попросту невозможно.

Не узнавая себя, я уселась поудобнее, закрыла глаза. «Ягуар» колыхал меня, снаружи почти ничего не было слышно — я плыла над землей, несомая волнами музыки.

Скоро мы подъехали к высоким чугунным воротам — даже я, при всей сноровке, через них бы не перелезла. По обеим их сторонам тянулись красные кирпичные стены причудливой кладки. Я выпрямилась.

— Отсюда не видно. — Клермонт, посмеиваясь, опустил окно, набрал код. Раздался мелодичный сигнал, ворота открылись.

Хрустя гравием, мы проехали вторые ворота, еще древнее первых — это была просто арка между кирпичными стенами, намного ниже предыдущих. Ее венчала крохотная надстройка с окнами во все стороны, похожая на фонарь. Слева стояла великолепная сторожка, тоже из кирпича, с витыми трубами и окнами в мелких свинцовых переплетах. «Олд-Лодж» — значилось на потускневшей медной табличке.

— Как красиво, — ахнула я.

— Я так и думал, что вам понравится, — сказал довольный вампир.

В парке уже стемнело. Стайка оленей, вспугнутая фарами и шумом мотора, улепетнула в спасительный мрак. Мы поднялись на небольшой холм, сделали поворот. «Ягуар» едва полз.

— Ну вот, — показал вперед Клермонт.

Двухэтажный особняк в тюдоровском стиле был выстроен вокруг большого двора. Мощные прожектора освещали его фасад сквозь узловатые дубовые ветки.

Не сдержав эмоций, я выругалась. Шокированный Клермонт хмыкнул, подкатил к дому и припарковался рядом с последней моделью «ауди». На площадке стояло еще с дюжину машин, с холма спускались очередные.

— Вы уверены, что я здесь буду на месте? — Я занималась йогой больше десяти лет, но это еще не значило, что я ас. Кто их знает — может, они тут стоят вверх ногами, опираясь на одну руку.

— Да, конечно. Состав у нас смешанный.

— Ну-ну. — Мое беспокойство, несмотря на его ответ, поднялось на одно деление.

Клермонт достал из багажника наши коврики, пропустил вперед новоприбывших, подал мне руку. Это что-то новое, отметила я. Его прикосновения до сих пор вызывали у меня дискомфорт, разница наших температур поражала.

Он помог мне выйти и сжал напоследок руку, подбадривая. Наши взгляды встретились и смущенно разошлись в стороны.

Во двор вели третьи ворота. Особняк изумительно сохранился — ни одному архитектору не дали пробить в нем симметричные георгианские окна и прилепить к нему викторианские оранжереи. Мы точно перенеслись в прошлое.

— Невероятно, — пробормотала я.

Клермонт, усмехаясь, провел меня в большую, подпертую стопором дверь. Я так и ахнула — интерьер ошеломил меня еще больше, чем внешний вид. Во все стороны разбегались полированные стенные панели с орнаментом в стиле «льняные складки». Кто-то зажег огонь в огромном камине. Окруженный скамейками стол на козлах выглядел как ровесник самого дома — только электричество напоминало, что мы в двадцать первом веке.

На темных дубовых скамейках лежали грудами свитера с пиджаками, внизу рядами стояла обувь. Клермонт выложил на стол связку ключей, мы разулись и пошли дальше.

— Помните, я говорил, что состав у нас смешанный? — спросил он, подойдя к одной из дверей. Я кивнула. — Это правда, но войти в эту комнату могут только иные.

Он открыл дверь. Десятки любопытных глаз защекотали меня, облобызали, обдали холодом. В комнате было полно демонов, вампиров и чародеев. Сидя на ярких матах — кто поджав ноги, кто на коленях, — они ждали начала занятий. У некоторых демонов в ушах торчали наушники, чародеи вполголоса сплетничали, вампиры держались спокойно, не проявляя эмоций.

У меня отвисла челюсть.

— Виноват, — сказал Клермонт. — Я боялся, что вы не пойдете, если я расскажу, но это действительно лучшая школа в Оксфорде.

К нам направлялась высокая ведьма с короткими иссиня-черными волосами и кожей цвета кофе со сливками. Все остальные отвернулись и возобновили свою медитацию. Клермонт, при входе слегка напряженный, почувствовал себя заметно свободнее.

— Здравствуй, Мэтью, — хрипловато, с индийским акцентом сказала ведьма.

— Здравствуй, Амира. Это Диана Бишоп, о которой я тебе говорил.