Манускрипт всевластия - Харкнесс Дебора - Страница 31

— Ты был прав, — торопливо вставила я: прежде чем переходить к Ноксу, требовалось сделать признание. — Магия никогда не уходила из моей жизни. Я использовала ее в работе, сама того не ведая. Обманывала себя долгие годы. — Мэтью молчал и смотрел на дорогу. — Теперь мне страшно.

— Я знаю. — Холодные пальцы тронули меня за колено.

— Что же мне делать?

— Мы подумаем и решим. — «Ягуар» свернул к воротам Олд-Лодж. На подъеме и спуске Мэтью не сводил с меня глаз. — Йога тебе сегодня по силам?

Я кивнула. Мэтью открыл мне дверцу, но руку не стал подавать — вместо этого он взвалил на плечо обе наши циновки. Товарищи по классу, проходя мимо, с любопытством поглядывали на нас.

Мэтью подождал, когда мы останемся одни. Чувствуя, что в нем идет какая-то внутренняя борьба, я запрокинула голову и посмотрела ему в глаза. Я только что призналась, что применяла магию без ведома для себя, — в чем же он-то никак не может признаться?

— В Шотландии я гостил у старого друга, Хэмиша Осборна, — вымолвил наконец он.

— У того самого? Которого газеты уговаривают баллотироваться в Парламент с тем, чтобы он стал канцлером казначейства?

— Он не будет баллотироваться, — сухо заявил Мэтью, поправив на плече спортивную сумку.

— Значит, он все-таки гей. — Мне вспомнилась одна ночная телепрограмма.

Мэтью испепелил меня взглядом.

— Да. Больше того, он демон.

При всем своем невежестве я знала, что иным запрещено состоять в политических и религиозных структурах человеческого общества.

— Вот как. Финансы — странноватая карьера для демона, но теперь понятно, почему он так ловко управляется с такими деньжищами.

— Не только с ними. — Молчание затягивались, но Мэтью не спешил войти в дом. — Мне было необходимо уехать и поохотиться.

Я не знала, что на это ответить.

— Ты оставила в моей машине свой свитер, — добавил он, словно это о чем-нибудь говорило.

— Мириам мне вернула его.

— Знаю. Я не мог больше выдержать — поняла почему?

Я потрясла головой. Он вздохнул и произнес нечто бранное по-французски.

— Моя машина пропахла тобой, Диана. Мне настоятельно требовалось уехать.

— Все равно не понимаю.

— Я не переставал думать о тебе. — Он запустил руку в волосы, отвел взгляд.

Мое сердце билось неровно, мозг из-за недостаточного притока крови работал плохо — но наконец до меня дошло.

— Ты боишься причинить мне какой-то вред? — Я с детства прониклась здоровым страхом перед вампирами, но Мэтью до сих пор вел себя образцово.

— Я ни в чем не уверен, — предостерегающим тоном ответил он.

— Значит, ты уехал не из-за того, что было в пятницу вечером. — У меня вырвался вздох облегчения.

— Нет. Никакой связи, — мягко заверил он.

— Эй, вы двое! Идете или будете делать упражнения прямо здесь? — осведомилась с порога Амира.

Мы пошли с ней и все занятие украдкой друг на друга посматривали. Первый честный обмен информацией все переменил между нами: мы оба пытались предугадать, что будет дальше.

Когда занятие кончилось и Мэтью стал натягивать свитер, я заметила, что у него на шее на кожаном шнурке висит какая-то серебряная вещица. Ее-то он и трогал под свитером, как талисман.

— Что это у тебя?

— Памятка.

— Интересно, о чем?

— О губительной силе гнева.

Питер Нокс предупреждал, чтобы я не доверяла вампиру.

— Сувенир пилигрима? — Экспонаты вроде этого я видела в Британском музее.

Мэтью кивнул и достал из-за ворота свой медальон. Тот был сделан в форме гробика и мог вместить разве что несколько капель святой воды.

— Привез из Вифании.

— Лазарь, — пробормотала я. В Вифании Христос воскресил Лазаря. Меня воспитали язычницей, но я знала, для чего христиане совершают паломничество: искупить грехи.

Мэтью спрятал ковчежец обратно, чтобы иные не видели.

Попрощавшись с Амирой, мы вышли. Дом, освещенный прожекторами, казался островком в темном море.

— Теперь тебе лучше? — нарушил тишину Мэтью. Я кивнула. — Тогда рассказывай.

— Все из-за той самой рукописи. Нокс хочет ею завладеть, демоны тоже — по словам Агаты Уилсон, которую я встретила у Блэкуэлла. То же самое и вампиры. Сложность в том, что рукопись заколдована.

— Знаю, — в очередной раз сказал Мэтью.

Белая сова спикировала на нас откуда-то сверху. Я закрылась руками, уверенная, что она нападет, но птица улетела к растущим вдоль аллеи дубам.

Мэтью, открыв заднюю дверцу «ягуара», запихнул меня, охваченную паникой, внутрь.

— Пригни голову и подыши глубоко. — Сам он присел снаружи, положив руки мне на колени. Желчь подступила к горлу — в желудке у меня не было ничего, кроме воды. Я зажала рот, Мэтью бережно заправил мне за ухо упавшую прядку. — Все хорошо, сейчас все пройдет.

— Извини. — Тошнота отступила. — Со вчерашнего дня, после встречи с Ноксом, я сама не своя.

— Не хочешь пройтись немного?

— Нет, — торопливо сказала я. Не хватало еще гулять на резиновых ногах по этому огромному темному парку.

Мэтью всмотрелся в меня.

— Отвезу тебя домой. Продолжим потом как-нибудь.

Он извлек меня с заднего сиденья, пересадил вперед. Мы немного помолчали перед тем, как он включил зажигание.

— С тобой такое часто бывает?

— Нет, слава Богу. В детстве бывало, теперь уже нет. Все дело в избытке адреналина.

— Я знаю. — Как только я пригладила волосы, Мэтью отпустил ручной тормоз и выехал на аллею.

— По запаху?

Мэтью кивнул.

— Он накапливался с самого твоего признания в пользовании магией. Бег, гребля, йога — все из-за этого?

— Да, чтобы лекарства не принимать. Я от них плохо соображаю.

— Физическая активность полезнее в любом случае.

— Теперь и она не помогает. — Вспомнить хотя бы искрящие пальцы.

Мэтью выехал из ворот на дорогу. Меня приятно укачивало, но его вопрос нарушил блаженство:

— Почему ты мне позвонила?

— Из-за Нокса и «Ашмола-782». — Паника нахлынула обратно в полном объеме.

— Да, знаю, но почему мне? Разве у тебя нет друзей среди людей или чародеев?

— Никто из людей, с которыми я дружу, не знает, что я ведьма. Человеку надо еще втолковать, что ведьмы существуют на самом деле — если он, конечно, не сбежит сразу. Друзей-чародеев у меня нет, а своих тетушек я не хочу в это впутывать. Они не виноваты, что я сглупила и сдала рукопись, так и не поняв что к чему. — Я прикусила губу. — Не надо было звонить, да?

— Не знаю, Диана. В пятницу ты сказала, что ведьмам с вампирами дружить невозможно.

— Я много чего наговорила тогда. — Мэтью молчал, следя за дорогой. — А теперь не знаю уже, что и думать. — И я добавила, тщательно обдумав свои следующие слова: — Хотя одно знаю точно: лучше делить библиотеку с тобой, чем с Ноксом.

— Вампирам, когда они находятся среди теплокровных, нельзя полностью доверять. — Холодный взгляд на секунду уперся в меня.

— Теплокровные? — нахмурилась я.

— Люди, демоны, чародеи — все, кто сам не вампир.

— Я согласна рискнуть с условием, что Нокс не будет копаться в моих мозгах.

— А он пытался? — с явной угрозой осведомился Мэтью.

— Не то чтобы… Просто предупредил, чтобы не доверяла тебе.

— Правильно предупредил. Сути своей не изменишь, как ни старайся. Не романтизируй вампиров, Диана. Нокс, возможно, не бескорыстен, но здесь он прав.

— Я никому не позволяю указывать, с кем мне дружить — особенно ханжам вроде Нокса. — Пальцы закололо, и я села на них.

— Выходит, мы друзья?

— Думаю, да. Потому что говорим друг другу правду, даже когда это трудно. — Я принялась теребить воротник свитера, смущенная серьезностью нашего разговора.

— Друзья из вампиров получаются так себе. — Судя по голосу, он опять был сердит.

— Если хочешь, чтобы я оставила тебя в покое…

— Нет, конечно. Просто отношения с вампирами… сложно построить. Мы можем быть протекционистами, даже собственниками. Не думаю, что тебе это придется по вкусу.