Манускрипт всевластия - Харкнесс Дебора - Страница 97

— Ты пугаешь меня. — Адреналин поступал в кровь, унося остатки наркотика.

— Нет. — Со своей вздыбленной гривой он был вылитый волк. — Я почуял бы, если б ты боялась по-настоящему. Ты просто растеряна.

В горле у него нарастал грозный рокот — от удовольствия он рычал совсем по-другому. Я, в свою очередь, попятилась от него.

— Но хотя бы знаешь, когда надо бояться — уже хорошо.

— Что ты делаешь? — прошептала я, но он куда-то исчез. — Мэтью? — моргнула я.

Два ледяных буравчика ввинтились в мою макушку. Мэтью висел на дереве, как летучая мышь — ногами зацепился за ветку, руки распростер словно крылья.

— Я не твой коллега, и это не академический диспут. Речь идет о жизни и смерти.

— Ладно, слезай, я все поняла.

Я не видела, как он спрыгнул. Холодные пальцы ухватили меня за подбородок, запрокинули голову.

— Будь я Гербертом, ты бы уже умерла.

— Перестань, Мэтью. — Я стала вырываться — куда там.

— Э, нет. Ты уходишь от боя, потому что Сату пыталась тебя сломать. Ничего не выйдет: надо бороться.

— Я и борюсь. — Доказывая это, я снова дернулась.

— Не как человек. Как ведьма. — Сказав это, он снова пропал. На дереве его не было, взгляда я тоже не чувствовала.

— Я устала, пойду домой. — Не успела я сделать и трех шагов, как он меня перекинул через плечо и потащил в обратную сторону.

— Нет, не пойдешь.

— Если будешь продолжать в том же духе, Сара и Эм сами сюда придут. — Кто-то из них должен почуять неладное — не они, так Табита. Она уж непременно поднимет скандал.

— Не придут. — Мэтью поставил меня на землю. — Они обещали сидеть дома, как бы ты ни вопила.

Я пыталась спастись от его черных глаз, бросаясь из стороны в сторону, но он каждый раз оказывался прямо передо мной. Щиколотки стало обвевать ветерком.

— То-то же! — Мэтью принял позу охотника, скрадывающего оленя, и опять зарычал.

Бриз налетал порывами, но крепчать не желал. Зато чесотка спустилась от локтей в кисти, и на этот раз я не стала ее подавлять. Между пальцами затрещали синие дуги.

— Пользуйся своей силой, если хочешь меня побороть, — рыкнул Мэтью.

Не придумав ничего лучшего, я взмахнула руками. Мэтью налетел на меня, завертел волчком и скрылся в лесу.

— Ты убита, — донеслось справа.

— Ничего не выходит, как ни старайся! — крикнула я в ту сторону.

— Сзади, — промурлыкал он на ухо.

— Уйди! — взревела я во всю мочь. Ветер свистящим коконом окутал меня, но Мэтью, не страшась, протянул ко мне руки. Я инстинктивно выбросила навстречу свои, и его откинуло прочь. Удивление пробудило в нем хищника. Он снова попытался преодолеть ветровой барьер, а я приготовилась его отразить, но на сей раз воздух не подчинился мне.

— Ничего не делай насильно, — сказал Мэтью, держа меня за руки выше локтей. — Магия, связанная чарами твоей матери, отвергает любое принуждение, в том числе и твое.

— Как же мне тогда вызывать ее? И как держать взаперти, когда она не нужна?

— Сама мне скажи. — Взгляд Мэтью блуждал по моей шее, отмечая расположение вен и артерий.

— Откуда мне знать! — выкрикнула я в панике. — Я не ведьма!

— Не говори так — ты же знаешь, что это неправда. — Он отпустил меня. — Закрой глаза и иди.

— Что?

— Я наблюдаю за тобой много недель, Диана. — Он перемещался совсем как зверь, аромат гвоздики закладывал горло. — То, что тебе нужно, — это движение при ограниченной сенсорике. — Он подтолкнул меня и пропал.

Я обвела взглядом лес. Все живое притихло, чуя крупного хищника.

Закрыв глаза, я начала глубоко дышать. Что-то пронеслось мимо, туда и обратно — это Мэтью дразнил меня. Сосредоточившись на дыхании и постаравшись стать такой же спокойной, как лес вокруг, я сделала первый шаг.

Между глаз возникло сжатие. Я подышала в него, помня инструкции Амиры и совет Марты позволить видениям струиться свободно. Сжатие перешло в щекотку, и мой ведьминский третий глаз открылся впервые в жизни.

Он охватывал все, что существовало вокруг: фауну, флору, токи земли и движение вод под ней. Все имело свой цвет и свои оттенки. Я видела укрывшихся в дупле кроликов, слышала, как колотятся их сердца в страхе перед вампиром. Видела сов, чей дневной сон нарушило то же опасное существо, прыгающее с ветки на ветку, словно пантера. И кролики, и совы знали, что спасения от него нет.

— Царь зверей, — прошептала я и услышала в ответ тихий смех.

Никто из обитателей леса не победил бы его в бою.

— Кроме меня, — сказала я вслух.

Вампир, существо не вполне живое, трудно поддавался обнаружению среди кипящей повсюду жизни. Но я все же нашла его — скопление мрака наподобие черной дыры. Он светился красным по краям, где его сверхъестественная энергия встречалась с природными силами. Когда я инстинктивно повернулась к нему, он встревожился и ускользнул, растворившись между стволами.

Не открывая двух телесных глаз и пользуясь третьим, я пошла через лес. Чернота с красными краями отделилась от клена и последовала за мной, как я и надеялась.

— Мэтью, я тебя вижу, — не оборачиваясь больше, сказала я.

— В самом деле? И что же дальше, ma lionne? — Он продолжал красться за мной, выдерживая дистанцию.

С каждым моим шагом третий глаз становился все зорче. Слева росли кусты; я повернула направо, переступив через торчащий из земли камень.

Легкое дуновение подсказало мне, что впереди лежит небольшая поляна. Теперь со мной говорил не один лес. Все четыре стихии — воздух, вода, земля и огонь — посылали мне указания, покалывая кожу словно иголками.

Теневая энергия Мэтью налилась темнотой, приобрела глубину и взметнулась в прыжке, которому позавидовал бы любой лев. Его руки тянулись, чтобы схватить меня.

Лети, сказала я мысленно. Ветер и земля подбросили меня вверх. Мысль, как и говорил Мэтью, с легкостью управляла телом — воображаемая лента, за которую я держалась, вела меня за собой.

Мэтью перекувырнулся и приземлился на ноги там, где только что была я.

Я парила над лесом. Все три широко раскрывшихся глаза полнились морем, далью, солнцем и звездами. Волосы, струясь по ветру, превращались в языки пламени и лизали лицо, не обжигая его, а лишь согревая. Ворон, летящий мимо, сильно удивился при виде подобного явления в своем воздушном пространстве.

Мэтью запрокинул голову и улыбнулся, встретившись со мной взглядом.

Ничего прекраснее этой улыбки мне еще не случалось видеть. Желание и гордость за то, что он мой, пронзили меня насквозь.

Но тут я стала снижаться, и он ощерился, боясь, что я его атакую.

Я повисла в воздухе на уровне его головы, вверх ногами в резиновых сапогах. Ветер швырнул в его сторону прядь моих горящих волос.

Не троньте его, приказала я. Воздух и огонь тут же повиновались, третий глаз впивал вампирскую черноту.

— Погоди немного, — проворчал Мэтью, перебарывая желание броситься на меня. Царь зверей не любил, когда его в чем-то превосходили.

Не обращая на это внимания, я опустила ноги к земле, до которой оставалось всего несколько дюймов. Моя собственная энергия наполнила внутренний глаз мерцающим вихрем серебряных, золотых, зеленых и синих тонов. Я почерпнула из нее, глядя, как она перетекает из сердца в руку.

На мою ладонь лег пульсирующий шар, сотканный из моря, неба, земли и огня. Древние философы назвали бы его микрокосмом, маленьким миром, где частицы меня перемешивались с вселенской материей.

— Это тебе, — сказала я, протягивая Мэтью волшебную сферу.

Он поймал ее на лету. Шар припаялся к его холодной ладони и застыл, подрагивая, как ртуть.

— Что это? — спросил он, забыв об охоте при виде этого дива.

— Я.

Чернота зрачков в устремленных на меня глазах Мэтью захлестывала зелено-серую радужку.

— Ты не тронешь меня, и я тебя тоже.

Он держал мой микрокосм бережно, опасаясь пролить хоть каплю.

— Я и драться-то не умею, — констатировала я с грустью. — Могу только улететь.